- Федька, ты когда женишься? – спросила бабка Аграфена.
- Вот дом построю, тогда и женюсь. А сейчас мне одному места мало.
- Третий год слышу от тебя одно и то же. Ты хоть начни, хотя бы фундамент залей.
- Чего его заливать, зимой морозы жуткие, все размерзнется… - Аграфена махнула рукой и пошла по своим делам. И задела-то она Федора просто по привычке, надо же было ей с кем-то поговорить.
Федька рос у нее на глазах.
Они сюда в шестидесятых приехали. Он ещё пацаном был. А отец его – трудоголик, на все праздники получал грамоты от руководства. Трактористом работал. Подсобное хозяйство здесь раньше богатое было. Это сейчас, все, что можно, разворовали… Правда, трактора тогда простенькие были, но Митяй освоил каждый, подвластны ему были и гусеничные, и колесные… А вот жена его, Зойка, особым трудолюбием не отличалась. Вкусно готовить не умела, за одеждой сына и мужа не следила, ходили-то они всегда в рваной куртке или рубахе, огород каждое лето заросшим стоял…
Аграфена знала, что толку из Федьки не будет. Что тут скажешь? Одним словом, «балабол». В этом ремесле ему, пожалуй, равных в поселке не найдется. Мальчонкой Зойка водила его всегда с собой на все посиделки, ребенок был в курсе всех событий. Оттого, наверное, он является разносчиком всех новостей и слухов не хуже деревенской сплетницы. Мать дома больная лежала, а сынок прохлаждался, переходя с одной скамейки на другу.
Когда Федору пришло время жениться, все девчонки от него отворачивались, за лентяя никто не хотел замуж. Соседская Ленка, к которой он питал особые чувства, сразу укатила в город и больше никогда не показывалась в поселке. Парень оправдывался:
- Жена должна быть работящей, стройной, красивой, чтоб по хозяйству все умела, а Ленка так себе. Найду себе лучше. Вот дом построю, как мухи на мед полетят…
Вот уже двадцать лет прошло с тех пор, а дом не строится, девки к нему не «летят». Мать умерла два года назад. Пока болела и была прикована к постели, тоже была помехой.
- Строительство подождет, не вынесу же я матушку с кроватью на улицу.
И вот Федор до сих пор живет в маленьком домике, который и домиком-то назвать трудно, так, развалюха какая-то. Теперь причина другая: колхоз развалился, работать негде. Живет на случайные заработки, благо в свое время окончил училище, получил корочки электромонтера. Но не каждый день жители нуждаются в его услугах.
Пытался найти вторую половинку, но его посылали в известном направлении. Если бы не Вера, работавшая в сельсовете, так бы и жил один.
Муж у нее был не подарок, разные грешки за ним водились, пришлось уйти от него, а идти некуда, вот ей и посоветовали бобыля Федьку.
- Мужик-то он не пьющий, и бабы к нему не липнут, и крыша, хоть худая, но у тебя будет. Авось, образумится. Возьмется за дело.
У Веры выбора не было, тридцать лет ей уже, а детьми так и не обзавелась.
И вот в домике Федора почувствовалась женская рука. Федор вначале как бы встрепенулся, обрадовался, что у него есть женщина, потом опять продолжил свои байки.
- Федька, ты чего ж не обзаводишься наследником? Ума что ли не хватает? -с сарказмом интересовались мужики.
- У меня детей по белу свету – ого-го, еще по молодости от баб отбоя не было.
- Говори, да не заговаривайся, а то люди и правда поверят, что ты не штаны по лавкам протирал, а с бабами проводил.
С первым замужеством Вере не повезло, надеялась, что сможет образумить Федора разными женскими хитростями, но не тут-то было. О работе он даже и думать не желал. Когда женился, посчитал, что им двоим одной зарплаты жены вполне хватит. И вовсе перестал ходить по найму.
Пришло время женщине забеременеть. Эта новость для Федора стала обычном делом.
- Федя, ты бы все-таки устроился на работу, вон мужики на стройку ездят, и ты бы с ними подзаработал, с малышом расходы прибавятся.
- Я свою обязанность перед тобой выполнил, теперь ты просто должна меня ублажать и ничего не спрашивать и не требовать.
Но все-таки калымить продолжал. И то не по своей инициативе, прибегали жители поселка и просили помочь с электричеством. Иногда ему случалось неплохо заработать, тогда он снова садился на скамейку и расхваливал себя, какой он грамотный и крутой специалист. Люди ему чуть ли не в ноги кланяются, когда он им устранит неисправность…
Вере от его разглагольствований легче не становилось. Беременной женщине трудней становилось управляться с огородом.
- Федя, помоги прополоть, тяпкой я сама, в некоторых местах надо руками полоть, мне тяжело сгибаться.
- В огороде возиться – не мужская работа.
- Тебя послушать, в нашем доме вообще нет мужской работы. По крыльцу пройти уже страшно, того и гляди ногу сломаю, тебе некогда, кто же будет старушек смешить своими бреднями…
- На следующий год новый дом буду строить, двухэтажный, чего зря время и деньги переводить, как-нибудь перезимуем и с этим крыльцом…
Трудно Вере далось решение – оставить Федора, но перебиваться с копейки на копейку с малышом она не намерена. К этому ее подстрекали все соседи.
- Вера, не губи ты свою молодость с этим балаболом, кроме как поговорить, он ничего не умеет. Женщины с несколькими детьми остаются и не пропали, а одного сама поднимешь, - уговаривала женщину Сидорчиха, жившая в доме напротив.
Как только пошла Вера в декрет, тут же собрала свои пожитки и переехала к матери в соседний поселок.
- Не думай, что на тебе сошелся белый свет клином, - вдогонку крикнул Федор, - я еще жених хоть куда, не одна сочтет за счастье жить со мной.
Но так ни одна женщина не осчастливила его скудненькое гнездышко.