На вечер памяти киноактера Петра Зайченко прибыл еще более известный артист Сергей Гармаш. Перед встречей с публикой Сергей Леонидович нехотя согласился пообщаться с прессой. К журналистам звезда вышла с кислым выражением лица. Артист потребовал, чтобы его не снимали на мобильный телефон, потому что не хочет быть в интернет-каналах. Против традиционных телекамер он не возражал. Как человек, немного знакомый с Зайченко, решил начать общение с Гармашом я.
- Сергей Леонидович, а как вас судьба свела с Петром Зайченко?
- Судьба нас пересекла в первый раз на картине Вадима Абдрашитова “Армавир”. Мы вместе приехали в Севастополь. В кино мы не пересекались, но жили вместе на теплоходе. Так мы встретились, там же подружились, стали общаться. Потом были другие фильмы, встречались на каких-то фестивалях, на “Мосфильме”. Петр Петрович часто приезжал, подолгу жил в Москве, когда снимался.
- А каким его образ остался в памяти?
- Слушайте! В двух словах об образе... Вот сейчас выйду на сцену - расскажу. Я вообще не очень понимаю цель вашего интервью. Давайте вопросы, я не слышу их. Всё? Один человек задал два вопроса - на этом всё?! - актер с яростью посмотрел на молодую журналистку напротив.
- Мы просто растеряны, - призналась она.
- А чего вы растеряны? А зачем вы пришли?
- Что вы почувствовали, когда не стало Зайченко? Какие у вас остались воспоминания о Петре Петровиче? - собралась девушка.
- Не задавайте вопросы, на которые знаете ответы. Что я чувствовал, когда Петр Петрович умер? Вы же прекрасно знаете ответ!
- В плане... - попробовала уточнить журналистка.
- В плане чего?!
- Что вы почерпнули от него, каким он был товарищем?
- Слушайте, он был совершенно удивительным человеком. Люди с такой фильмографией, как у Петра Петровича, в провинции не задерживаются. Они уезжают в Москву, в Петербург. Он был совершенно другим человеком. Очень земным, очень простым. Его фильмографии очень многие могут позавидовать. Картины брали призы на Каннском фестивале. Он не то что никогда этим не бравировал, никогда этим не воспользовался. “Воспользоваться” это не его слово. Он был потрясающий друг и товарищ. С ним было интересно, смешно, озорно и весело. Я не думал, что так рано он умрет. Последние годы мы очень часто общались. Помогал я ему чуть-чуть со здоровьем. И на могиле у него я был.
- Сергей Леонидович, кое-кто из ваших московских коллег при жизни Зайченко его охарактеризовали так: “Ума у Пети немного, но натура!” - вспомнил я историю, свидетелем которой был.
- Кто это вам сказал? - перебил Гармаш.
- Я не буду называть фамилию...
- Значит, вы задавали такие вопросы: “У кого ума не очень много?” У него, кстати, было очень много ума. И вообще в интервью о человеке, день памяти которого мы проводим, говорить, что “ума у Пети немного”, несколько неприлично. Не кажется вам?
- Я все-таки закончу вопрос. Каким он был для вас: казачья стихия или ближе к образу актера-интеллектуала?
- Я вопроса услышать не могу. Давайте вы, - Гармаш указал на другого журналиста.
- Как вы думаете, сегодня в театре есть актеры, приближающиеся по уровню Петра Зайченко?
- Ну, конечно, есть. Зачем способности человека мерять каким-то уровнем? Если бы Петр Петрович был запредельного уровня, то ваш город относился бы к этому немного по-другому. А он никогда не относился к нему как к человеку, самому медийному в вашем городе, с точки зрения кинематографа.
- Когда-нибудь он с вами делился, почему остался на волгоградской земле? - вновь спросила молодая журналистка.
- Он был прост. У него была здесь любимая жена, были внуки. Он ко всему этому прирос. А потом время шло. Конечно, он любил свой дом. Жизнь его была бы другой, если б он куда-то переехал. Но он был неприхотлив, непритязателен. Если б человек, который его не знал, сел б и пообщался с ним, он не сразу бы понял, что перед ним артист. И артист очень большой и мощный.
- Сергей Леонидович, может быть, такие творческие встречи, как сегодня, должны стать доброй традицией? - вопрос от уже упомянутого коллеги.
- А сегодня не творческий вечер, - не скрывая неприязни, ответил Гармаш. - Сегодня вечер памяти - это разные вещи. Если вы хотите меня спросить, должны ли проходить вечера памяти, то да, должны. Потому что это человеческая традиция. И людям вашего возраста они нужны. Потому что, посмотрев три-четыре картины со своим земляком Петром Зайченко, вы сказали бы ему огромное спасибо.
Не забудьте прочесть: