Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Тот возраст, когда из задорного пьяницы ты становишься алкашом в глазах окружающих.

Потому что всему своё время. Когда мне было 18 - алкоголя в моей жизни не было совсем. Я не пила ни пиво, ни вино, ни коктейли, а высокоградусные напитки даже не пробовала. В компаниях сверстников выпивали все - даже самые тихие отличники Я не жила в разъебанном посёлке, где бухло и совокупления - единственная радость в жизни. Нет. Но всё же бухнуть пивка после учёбы а тем более после экзамена - было традицией. Для ботанов - бутылка пива была признаком того, что он умеет расслабляться и не является уж совсем конченным задротом. Я же не пила вообще. Поэтому в компаниях сверстников считалась, как минимум странной, как максимум - смертельно больной. Меня, чаще всего, не звали в развеселые компании, потому что я не могла так же безудержно отрываться, а потом дружно изрыгать свои кишки в кустах. По причине своей перманентный трезвости я не только не показывала голые сиськи хмельной толпе, но даже и не давала подержать себя за задницу. Поэтому я не пользовалась большим интересом у сверс
Выпила водку - береги пелотку (с)
Выпила водку - береги пелотку (с)

Потому что всему своё время.

Когда мне было 18 - алкоголя в моей жизни не было совсем.

Я не пила ни пиво, ни вино, ни коктейли, а высокоградусные напитки даже не пробовала.

В компаниях сверстников выпивали все - даже самые тихие отличники

Я не жила в разъебанном посёлке, где бухло и совокупления - единственная радость в жизни. Нет. Но всё же бухнуть пивка после учёбы а тем более после экзамена - было традицией. Для ботанов - бутылка пива была признаком того, что он умеет расслабляться и не является уж совсем конченным задротом.

Я же не пила вообще. Поэтому в компаниях сверстников считалась, как минимум странной, как максимум - смертельно больной.

Меня, чаще всего, не звали в развеселые компании, потому что я не могла так же безудержно отрываться, а потом дружно изрыгать свои кишки в кустах.

По причине своей перманентный трезвости я не только не показывала голые сиськи хмельной толпе, но даже и не давала подержать себя за задницу. Поэтому я не пользовалась большим интересом у сверстников. На меня чаще заглядывались "дяденьки" за 30.

Когда затевалась грандиозная попойка , подруги не звонили мне, так как знали, что я гордо вскину бровь и скажу "да ну вас, вы опять будете рыдать, блевать и целоваться с кем-нибудь в сортире прокуренного клуба".

Иногда я сама напрашивалась в шумные компании, чтобы там наращивать своё ЧСВ и смотреть на присутствующих как на говно.

Сверстники называли меня высокомерной и чересчур замороченной. Особые любители синих развлечений говорили, что гулять со мной - это скукотища смертная. Типа как с мамкой тусоваться. Одно время меня даже дико расстраивало это. Молодость как будто проходила мимо. Но все же развлечения по-синеве были мне отвратительны.

Юность быстро прошла, началась взрослая жизнь с большими радостями, достижениями, а также с большими проблемами и депрессией. Куда без этого.

Так вот бухать в 30+ это уже совсем, как оказалось, ни в какие рамки приличного общества не лезет. После 25 лет, пьющее окружение совсем растворилось и круг общения уже составлял из "мамочек в декрете", просто "мамочек", успешных коллег и друзей по трезвым интересам.

Поэтому, к тому моменту, как я узнала, что под синькой можно неплохо расслабиться и развлечься - сверстники уже не разделили мой интерес.

Это я четко поняла, когда 8 марта родительский комитет 1 "А" класса предолжил всем дружно пойти в кафе. Активная глава родительского комитета агитировала всех за дружбу и сплочение коллектива.

В кафе мы быстро отделались от детей с помощью активного аниматора. Обустроившись за большим столом, многие, к моему легкому разочарованию, заказали сок, и совсем небольшая группа лиц взяла по бокальчику вина. Я решила взять быка за рога, и откинув все сомнения прочь - заказала 200 грамм виски с колой.

Небольшое количество папаш, сопровождавших нашу компанию, с завистью посмотрели на меня, шумно сглотнув слюну, но не смогли взять на себя ответственность настолько громогласно заявить - я отец Вани Сидорова и я алкаш.

В итоге, этот томный вечер напомнил мне одиночество моей безалкогольной юности. Только в этот раз, никто не хотел разделить со мной пьянство. Даже более того, кто-то прошептал "ого", когда я быстро хлопнула свой стакан 😂.

Так как с двухсот грамм спиртного мне уже давно не сносит напрочь башню, я предпочла веселиться внутри себя, не показывая остальным, что они, по моему мнению - унылое говно и сидеть с ними - адская мука.

Допив свое горячительное, я заскучала со страшной силой. Обсуждение училки и учебников совсем не входило в мои планы.

Я всё ещё ждала, что та часть компании, которая начала с винца присоединиться ко мне, но чуда не случилось.

Короче говоря, среди особо активных мамочек я выделила ту, которая взялась развозить всех "безлошадных" по домам, и попросила её подкинуть моего ребятенка до дома после окончания банкета. И ушла, сославшись на срочные дела.

Оказавшись дома, я поняла, что опять стала белой вороной в кругу уже новых "друзей".

Ну что же, видимо придётся все-таки бросать пить или начать пить в одиночестве.

Второй вариант оказался мне ближе. Был и третий вариант - начать общаться с алкашами, тусующимися с 7 утра у КеБика. Но это совсем уж не прельщает.

Такие дела. Все-таки пить в 18 и пить в 30 - совсем уж разные истории.