Людмила позвала Аркадия ужинать.
— Можно идти есть, — сказала она. — Всё готово.
— Ура! — радостно закричал Аркадий, выскакивая из постели и одеваясь. — Ужинать, ужинать! А что на ужин?
— Сегодня на ужин утка по-пекински.
— Ура! — заорал Аркадий. — Утка по-пекински! Обожаю.
Людмила не сама готовила. Еду она заказывала в ресторане. Потому что очень хотела замуж за Аркадия. Но Аркадий был женат. И Людмила терпеливо ждала, когда наступит её очередь. Она не торопила Аркадия. По двум причинам. Первая причина — знала, что мужчины этого терпеть не могут. И вторая причина — чувствовала, что её очередь скоро подойдёт.
«В таком деле мужик должен дозреть, — думала она, — и сам уйти. По собственной воле. А если буду торопить, он, может, и уйдёт, но раньше срока. Недозрелым. И после сама же есть не смогу. Придётся выкинуть».
Но Людмила ждала не пассивно. Она оказывала Аркадию множество таких услуг, которые, по мнению Людмилы, способствовали его созреванию. Вкусная кормёжка из ресторана была в том числе. Это её подруги научили, которые тоже когда-то были в положении терпеливого ожидания.
И в этот день Аркадий тоже собирался ночевать у Людмилы, и теперь она звала его ужинать.
Но только Аркадий сел за стол, взял в руки утку и хотел уже её надкусить, как ему позвонила Светлана.
— Нашла же время, — сердито сказал Аркадий, глядя на лежащий перед ним телефон.
— Жена, что ли? — как бы между прочим, спросила Людмила.
В ожидании чего-то хорошего её сердечко забилось чуть сильнее.
— А кто ещё-то, — ответил Аркадий. — Только она и может позвонить в такой момент. У неё насчёт этого — талант. Удивляюсь, почему она раньше не позвонила, когда мы оба в спальне были.
Телефон продолжал звонить.
— Интересно, чего ей понадобилось, — сказала Людмила
— Сейчас узнаем, — сказал Аркадий, не выпуская утку из рук. — Включи на громкую.
Людмила включила телефон на громкую связь.
— Ну, чего тебе надо? — грубо спросил Аркадий. — Чего ты всё время звонишь? Русским ведь языком сказано было! Не звони, когда я работаю. Чего ты добиваешься?
— Звоню сказать, что я от тебя ушла, — спокойно ответила Светлана. — Детей с собой забрала.
Услышав это, Людмила обрадовалась. Наконец-то сбылась её давняя мечта. И жена бросила-таки своего неверного мужа.
«Свершилось, — подумала она. — Не зря, значит, я месяц назад анонимно позвонила его жене и всё ей рассказала. И теперь я могу сказать, что сбылись все мои мечты. Теперь он уже не отвертится. Не скажет, что не уходит от жены, потому что она непутёвая, и он боится детей с ней оставлять».
А вот Аркадий воспринял эту новость несколько иначе. К разводу он был не готов. Ни морально, ни материально. Ему нравился тот образ жизни, который он вёл. Очень нравился. И менять его он не собирался. И поэтому не хотел разводиться. И жене своей запретил думать о разводе. И, конечно же, он не знал о подлом поступке Людмилы, которая сдала его жене со всеми потрохами.
— То есть? — не понял Аркадий. — Как ушла? Я ведь тебе запретил даже думать об этом. В какое положение ты меня ставишь? Ты хоть понимаешь? Я — серьёзный человек. И тебе это известно. У меня ответственная работа, в конце концов. О ней ты подумала?
— Да плевать мне на твоё положение, Аркадий. И на твою работу плевать.
— Как на мою работу плевать? Ты хоть соображаешь, что сейчас говоришь? Да за такие слова тебя...
— Считай, что мы теперь чужие люди. Я от тебя ушла. Всё.
— Нет не всё! — закричал Аркадий. — Не всё.
Если руки Аркадия по-прежнему служили ему верой и правдой, и крепко держали утку, то вот голова стала отказывать. Мысли в голове его перепутались. Он не соображал, что ответить.
Не понимал, что вообще мужчины, занимающие такое же, как и он положение в обществе, говорят своим жёнам в таких случаях.
— А почему раньше было не плевать? — закричал Аркадий первое, что выдала ему его голова. — Почему раньше не уходила?
— Не уходила по двум причинам. Во-первых, глупая была, вот и не уходила. Думала, что всё ещё можно исправить. Надеялась на что-то.
— Надеялась? — недоумевал Аркадий, всё ещё не выпуская утку из рук. — На что надеялась?
— Что ты вспомнишь, что у тебя двое детей, и возьмёшься за ум.
Здесь Аркадий не выдержал и начал есть утку. Он нервно отрывал зубами от неё большие куски, и, толком не прожёвывая, глотал.
— С чего ты взяла, что я не помню насчёт детей? — чавкая, сказал Аркадий. — Светлана! Я всё помню. Любонька и Машенька. Две девоньки. Любоньке — семь. Машеньке — четыре. У меня отличная память.
— Вкусно? — шёпотом интересовалась Людмила.
В ответ Аркадий только махнул рукой, состроив перед этим на своём лице зверское выражение. Дескать, не до тебя сейчас и не до твоей утки.
— И часто ты видел их за последний год? — спросила Светлана.
— Кого видел? — не понял Аркадий.
— Любоньку и Машеньку.
— При чём здесь это? У меня ответственная работа. Ты же знаешь, я...
— Ты ведь почти каждый день пропадаешь у своей Людмилы Владимировны, — продолжала Светлана. — Думаешь, я не знаю? И все деньги ты тратишь на неё. А нам отдаёшь только по двадцать тысяч в месяц.
Аркадий посмотрел на Людмилу. Та в ответ только испуганно поморгала и пожала плечами. Дескать, ни сном ни духом.
— Какой ещё Людмилы Владимировны? — закричал Аркадий и поперхнулся. — Какие все деньги? — с трудом проговорил он.
Некоторое время он откашливался, а Людмила стучала ему по спине.
— Я не знаю никакую Людмилу Владимировну, — продолжил кричать Аркадий, когда прокашлялся. — Я сейчас в командировке. Выполняю сложную, ответственную работу. А ты меня подозреваешь, не пойми в чём. Да! Я зарабатываю несколько больше. Но я трачу их не на...
— Ни в какие командировки, Аркадий, ты не ездишь. И не ездил никогда, — сказала Светлана. — Каждый раз, когда ты надолго уходил из семьи, ты жил у Людмилы. С которой встречаешься уже больше года. Так что не рассказывай мне сказки насчёт ответственной работы. Знаю я, какую ты работу выполняешь. Жрёшь небось сейчас.
— Кто жрёт? — возмутился Аркадий. — Я? Да я, если хочешь знать...
— А вторая причина, почему я от тебя ухожу, — продолжала Светлана. — Потому что я полюбила другого.
После таких слов и руки отказали Аркадию. Недоеденная утка свалилась на пол.
— Вот же ты змея, Светка, а, — слабым голосом сказал Аркадий. — Не ожидал. Чего угодно ожидал, но это. Другого она полюбила. Да когда же ты успела-то? Да как же ты теперь детям своим, дочерям моим, в глаза посмотришь? Муж целыми днями в командировках. Надрывается, чтобы семью прокормить. А она? Полюбила другого! И так спокойно об этом заявляет! Кто он?
— Мы познакомились, когда ты два месяца со своей Людмилой прохлаждался. И моя совесть чиста. Я думала, что ты навсегда ушёл.
— Как навсегда. Я ведь тогда вернулся. Забыла? И сорок тысяч тебе дал. За два месяца. Как честный человек.
— Я каждый месяц выплачиваю за нашу квартиру по двадцать пять тысяч. А ты мне только по двадцать тысяч в месяц давал.
— А зачем тебе больше? Ты ведь больше ста тысяч зарабатываешь.
— Ты тоже больше ста тысяч зарабатываешь. А отдаешь мне только двадцать.
— Вот же ты наглая, Светка, а. И в кого ты только такая уродилась? Откуда ты знаешь, сколько я зарабатываю?
— А откуда я знаю, что ты у Людмилы живёшь? Вот оттуда и про зарплату твою знаю.
— Так ты следила за мной? Да?
— Очень надо за тобой следить. Нашлись добрые люди, которые позвонили и всё рассказали. Короче. Не хочу больше с тобой разговаривать. Встретимся на суде.
— Как на суде? А квартира наша, как же? За неё ведь ещё 15 лет платить!
— Квартиру продадим, деньги поделим. Но поделим с таким расчётом, что все эти пять лет за неё платила только я. © Михаил Лекс Буду рад лайку и комментариям. Поделитесь с подругой через стрелку. Новые истории здесь:
