В деревне летом на улице очень хорошо. Солнце светит ярко и греет сильно. Яне было всего шесть лет, она бегала по двору, не думая ни о чем, у нее было беззаботное детство.
— Интересно, почему бабушка сегодня так долго не выходит из дома? – остановилась девчонка и смотрела на кур, которые ходили голодными.
Но эта мысль не долго ее волновала, Яна отвлеклась на что-то, и вот, уже снова бежит по тропинке. Девочка могла выбежать в огород, там было еще интереснее. Так она носилась до самого обеда, а потом проголодалась, и зашла домой.
— Бабушка, я кушать хочу, — с порога заявила Яна.
— Сейчас, милая, — встала та со стула, и пошла в кухню.
Уголок был отгорожен занавеской, за которой стояла кровать, на которой лежала мама. Она уже давно болела, бабушка все время ухаживала за ней. А сегодня просто сидела рядом, не отходила.
— Баба, а что с мамой, почему она молчит? – тихо спросила Яна, она сидела за столом и за обе щеки уплетала салат и картошку.
— Не знаю, лапушка, — незаметно смахнула слезинку женщина.
Но и после этого девчушка ничего не заподозрила, она продолжала сидеть на стуле, болтать ногами и работать ложкой.
— Я на улицу! – после обеда сказала Яна, и готова была уже надевать сандалии.
— Погоди, — протянула к ней руку бабушка.
— Что такое? – уставилась внучка на нее.
— Подойди, — попросила ее женщина.
Яна подошла, она смотрела на бледное лицо матери, и ничего не могла понять.
— Бабушка, почему мама ничего не говорит? – сейчас Яне было уже не до шуток. Мать хоть и лежала последнее время, но она всегда подзывала к себе дочку, разговаривала с ней, улыбалась.
— Уходит она, — заплакала бабушка.
— Куда? – наивно спрашивала Яна, она была настолько мала, что еще не могла понять этого.
— Не спрашивай ничего, посиди рядом с мамкой, может, чего и скажет, — не могла сдерживаться женщина.
— Мама, мамочка, — теребила ее дочка за руку.
— Яночка, — кое-как проговорила та.
— Вставай, — тянула девочка ее за руку.
— Прости, родная, не могу, — последние слова были уже совсем непонятными.
— Мама…, — как будто что-то поняла и захныкала дочка.
Она держала ее за руку, когда та уходила, бабушке было больно смотреть на все это, она отвернулась.
— Ох, Лариса, и что же ты наделала…, — причитала женщина, она понимала, что всего этого могло бы и не быть.
— Мама что нас не любит? – повернулась к ней внучка.
— Любит, очень любит, просто, ей очень плохо, — бабушка присела рядом с Яной, и увидела, что ее дочка уже не жива.
— Мы куда? – не хотела девчонка уходить от кровати мамы.
— Все, милая, ее уже нет с нами, она сейчас будет стоять у тебя за спиной и всегда оберегать, — всхлипнула женщина.
Яна повернулась, и посмотрела на маму, ей показалось, что он похудела, лицо вытянулось. Девочка заплакала, от этого ей стало почему-то стыдно, она отвернулась и убежала. Она еще не понимала, что у нее осталась только бабушка, и больше никого.
Через несколько дней в доме собралось много народа, все о чем-то говорили, некоторые плакали. Яна смотрела и пока до конца не понимала, что происходит.
С этого момента девчонка и бабушка остались жить вдвоем. Было тяжело, но надеяться не на кого, все выносила женщина на своих плечах.
— Яна, просыпайся, пора в школу, — говорила бабушка с утра.
— Ой, как не хочется, — потягивалась девочка.
— Не хочется, а надо, если будешь учиться, у тебя потом все будет, и работа, и деньги, — уверяла ее бабуля.
— Я знаю, — Яна лениво поднималась с постели, вставала, шла умываться, потом завтракать, на столе ее всегда ждали ароматные оладушки или блинчики. А потом нужно было идти на учебу.
Девочка не жаловалась, ей было неохота всего лишь просыпаться утром, а учиться и общаться с ребятами было легко.
— Мария Степановна несмотря на то, что Яна рано потеряла мать, она так хорошо воспринимает информацию, для своих лет девочка очень хорошо развита, — говорила учительница на собрании.
— Ой, это очень радует, дома, когда учит стихи только диву даешься, прочитает, и уже все знает, — улыбалась в ответ женщина.
Чем старше становился класс, тем тяжелее было бабушке. Утром она должна была не только собрать в школу внучку, но и потом еще управиться во дворе. Яна во многом помогала, чему нельзя было не порадоваться.
В седьмом классе девчонки начали сбиваться в стайки. Они шептались о парнях, начали ходить парочками, в клуб, на дискотеку.
— Янка, привет, — подошел к ней как-то Петька, который жил на другом конце деревни.
— Чего тебе? – повернулась девчонка к нему.
— Пойдем гулять? — хоть все и были здесь, танцевали, он хотел ее оттуда забрать.
— Не хочу, — Яна была тогда в восьмом классе, и о мальчиках еще не думала.
— Ну и ладно, — отошел он от нее.
С подружками они танцевали до конца дискотеки, а потом девушка пошла домой.
— Яна, — снова услышала она знакомый голос.
— Петька, напугал, — увидела она его в кустах.
— Почему ты не хочешь со мной гулять? – пристал он снова к ней с этим вопросом.
— Так бывает, — шла она мимо.
— Ничего, я все равно тебя добьюсь, — сжимал мальчишка кулаки.
Яне льстило, что она нравится многим мальчишкам, и то, что Петька первым начал за ней бегать. Она пришла домой, вошла в свою комнату, свет включать не стала, выглянула в окно, парень стоял за кустами, улыбнулась.
— Что это ты там высматриваешь? – заглянула к ней бабушка.
— Тихо, — приложила девчонка палец к губам.
— Молчу, молчу, — вышла обратно бабушка.
Когда Яна пришла к ней, она уже переоделась, села за стол.
— Петька, — не смотрела она на женщину.
— Что Петька? – не поняла та.
— До дома провожал, только не в открытую, а так, по кустам, — засмеялась внучка.
— Это как? – присела бабушка после того, как поставила перед внучкой тарелку с ужином.
— Пристал, я отказала, вот и пришлось так провожать, — Яна посмотрела на бабушку таким взглядом, что та поняла, что девушка больше не хочет об этом говорить.
— Как в школе дела? – перевела тему Мария Степановна.
— Все хорошо, троек нет, четверок практически тоже, — жевала и говорила Яна.
— Умница ты моя, — подходила к ней бабушка, в этот момент она вспоминала о ее матери.
— Ничего, бабушка, все у нас будет хорошо, — говорила ей внучка.