Михаил Хазин в передаче Экономика по-русски высказался по следующему вопросу:
Я все больше и больше начинаю понимать, что те процессы, которые происходят сегодня, и те, которые происходили там в конце 19-го - начале 20-го века, они настолько похожи.
И именно по этой причине меня страшно волнует то, что происходит в Соединённых Штатах Америки, потому что впервые тот кризис, который был в 1907-1908 годах, в 1930-1932 году, кризис 70-х годов - он впервые в мировом масштабе.
Не на кусочке мировой экономики, не в половине мировой экономики, а во всей мировой экономике.
Алексей Бобровский:
Мы же им подарили это время развалом Советского Союза. Они, бедолаги, не понимают и думают, что это они развалили Советский Союз. Не понимают, что если бы у них был Михаил Сергеевич, то можно было бы и без них справиться, и у них бы всё было бы то же самое.
Но вот эта обманка, она им сейчас даёт основания думать, что надо еще потерпеть, надо русских зажать, и по тому же самому плану Рейгана можно дальше продолжать действовать, как в 1982 году. Вот они по кальке, по трафарету всё то же самое применяют.
Михаил Хазин:
У них нет того ресурса.
Алексей Бобровский:
Это верно. У них нет того ресурса, но есть вот эта иллюзия в голове. Нет мозгов у большинства представителей политической элиты, хотя, очевидно, что не у всех.
Ясно, что не Бербок рулит процессами. Там есть люди более серьезные. Но вот эта обманка даёт им основания думать, что можно повторить и сейчас. Но вот мы же им эти 30 лет благодаря своим ошибкам подарили.
Для меня важно, в том числе и в таких разговорах, понять точные процессы, точно их понять, и расставить точные акценты. Потому что мы любим себя самообманывать. Мы, может быть, не до конца понимаем, в том числе экономические процессы, которые очень многое определяют в ходе истории.
Мы любим штампами, если что, так сказать, рубить. И никто нам до сих пор не объяснил, хотя попытки были, скажем, послевоенное советское экономическое чудо - при росте экономики наблюдалось снижение цен. Директивно? Конечно, директивно, безусловно.
Михаил Хазин:
Потому что мы резко увеличили рынки. Увеличили сферу разделения труда.
Алексей Бобровский:
То есть можно идти против той модели деления труда, которая, как нам говорили, единственная. И вот эти уроки сегодня необходимо не просто систематизировать, а изучить всем, кто принимает решения.
К большому сожалению, мы такой возможности пока не имеем ни временной, ни физической. В наших вузах пока нет возможности это реализовать. Вот об этом и речь. А все умные люди там, на западе, они воспитывают и историков, и историков экономики.
Михаил Хазин:
У них сейчас большие с этим проблемы, поскольку они все либеральные. А в нашей стране остались школы альтернативные, у нас остались политэкономические школы, но их в вузы не пускают.
Алексей Бобровский:
Их нужно, конечно, сейчас всячески продвигать наверх, и вокруг них расширять количество людей, которые получают это знание. Это просто жизненно необходимо.
Михаил Хазин:
Я тут не могу не сказать про нашу книжку по теории власти “Кризис и власть”, которая вышла две с половиной недели тому назад из типографии. Первый тираж уже раскуплен. В некоторых интернет-магазинах они ещё остались, но уже вот на складах нету. Поэтому я считаю, что наше общество сейчас очень сильно рвётся к неким знаниям.
То что происходило там 100 с лишним лет назад, то, что происходило там после Второй мировой войны, - до безумия похоже. И актуально. И это означает, что экономическая наука существует, потому что процессы повторяются.
И наша задача состоит в том, чтобы в этих процессах наконец разобраться и, самое главное, - перевести вот это понимание в публичную сферу для того, чтобы не делать детских ошибок.
Читать в продолжение темы:
Почему все вопросы должны быть решены в 2023 году?
