В доме культуры энергетиков был очередной праздник.
В буфете орудовала Валька Третьякова: кому не довешивала, кому не доливала, при этом успевала весело балагурить с покупателями. Меня заставили работать с ней в свой законный выходной, при том — бесплатно. Вздохнуть было некогда, я резала овощи, колбасу, сыр, окорок.
Валька , не только водку наливала в графины, но и сама пила за ширмой. Работали до глубокой ночи. Когда все разошлись, Валька, задрав юбку, помочилась прямо в пальму, что росла в ящике посреди зала. Я со стыда не знала, куда деться.
Сошли мы с крыльца ДК, кромешная ночь, сильный ветер.
Идти до моего общежития надо через пустырь, мне боязно. Тут Валька и говорит:
-пойдём ко мне, переночуешь, мой дом рядом!-
Ну я и пошла без задней мысли. А вот зачем с нами попёрся Гоша, мне на ум не пришло. Гоша играл в оркестре, был высоким сутулым брюнетом. Я с ним встречалась, но дальше поцелуев дело не шло. Он был разведён и старше меня на целых 15 лет. Я его считала если не старым, то зрелым.
В квартире у Вальки ему постелили на диване, а мне на кровати. Я сразу отключилась, так устала! Вдруг, среди ночи, ощутила, что кто-то на меня навалился всем весом. Я поняла, что это Гоша, я откровенно начала с ним бороться. Ничего хорошего ждать не приходилось. Я была в шоке от напора и наглости, он был в большей весовой категории. Он уговаривал отдаться по хорошему. Он просто давил массой. Мы чуть не перевернули кровать, на которой я спала.
Удивляюсь, как Валька в соседней комнате не услышала грохота.Возможно хозяйка квартиры решила сделать услугу этому Гоше, положив нас в одной комнате, от неё всё можно было ожидать. Во время нашей борьбы бабушка с ночным горшком проплыла через нашу комнату, пришлось затаиться. Как только бабка скрылась на кухне, я успела из-под него вывернуться и прыгнуть на его диван, он остался на кровати. Утром он пытался со мной поговорить, уверял, что любит. Я твёрдо решила, что он мне не нужен, хоть бы этот козёл играл в ста оркестрах.
У меня в общежитии появилась моя младшая сестра, повесив на меня свою нехилую проблему. Тут я обо всех Гошах и думать забыла.
Приехала Ленка, (как говорится), без звонка. У ней было дело к тёте Фае (которая, как известно, помогала женщинам избавляться от «плода любви»).
И потащились мы с сестрой в гости, я иду шаг вперёд-два назад, так неохота было идти на эту экзекуцию.
Тётя Фая велела принести бутылку водки, которая нужна для проведения «операции».Я не знала, что делать, ведь магазины уже закрыты, был поздний вечер.
Пришлось мне в ресторанном буфете просить водку взаймы (у нас в помещении столовой с семи вечера работал ресторан).
Мне дали бутылку «столичной» со штампом, что означало ресторанную наценку. Когда мы с Ленкой вошли в этот ресторан, там был дым коромыслом, курить разрешалось.
Буфетчица на меня подозрительно посмотрела, ведь я просила бутылку взаймы со слезами на глазах, так жалко было сестру, ей исполнилось только 17. И уже такие проблемы в результате её поведения!
Я этих проблем боялась как огня, поэтому не вступала, пока, в серьёзные отношения. Можно же обойтись объятиями и поцелуями, зачем терять голову? Родителей нет, в случае чего, помощи ждать не от куда. Хотя, тётя Фая в пьяном виде всегда говорила:
-Рая, приходи, я тебе всегда всё сделаю!-
Она это начала говорить когда мне было ещё 14 лет. Тогда я не понимала, зачем она меня приглашает, Тамара (моя подруга, её дочь), мне всё популярно объяснила.
Но, слава Богу, не пришлось к ней обращаться!
Тётя Фая моей Ленке помочь не смогла, а может схитрила, как делала всегда, когда ей не платили за эту работу, она сама об этом говорила по пьянке. А мы с сестрой ей денег не давали, их просто не было.
Сестра уехала не солоно хлебавши. Потом была ещё одна попытка, она ездила к бабке на станцию около Свердловска, опять безрезультатно.
У ней живот болел, тёмные круги под глазами и всё.
Когда я переехала в Свердловск, жила пока с сестрой. Живот у ней всё рос, она всё ещё мечтала избавиться от ребёнка.
У его отца мы с Ленкой были, только зачем ходили, не очень понятно. Пошли мы к нему вечером, он жил в бараке на окраине.
Стучимся, выходит такой, с сигаретой в углу рта, смотрит с пренебрежением. В проёме двери видно молодую женщину, которая расчёсывает мокрые волосы после мытья.
Я на него сразу наехала:
-ты зачем оставил мою сестру в таком положении, ведь она ещё несовершеннолетняя!-
-Я ей ничего не обещал,
-заорал он и закрыл дверь перед моим носом.
И пошли мы обратно, Ленка расквасила губы и ревёт в три ручья.
Я чувствовала себя, как оплёванная, тьфу! Ненавижу что-нибудь выпрашивать!
Потом уже, на позднем сроке плод замер, сестру положили в роддом. Ребёнка привязали за ножку и вытягивали через блок с помощью бутылки из-под шампанского. Ребёночек был такой хорошенький, ручки, ножки, как перевязанные, но не живой. Это всё рассказывала соседка Ленки по общежитию, которая в то время лежала в этой больнице.
А сейчас мне сестра жалуется, что её свекровь, в своё время, упрекала этим выкидышем. Ничего себе, выкидыш! Его выживали да выживали!!!
Так и жили...