Аранэя
Ледяные порывы ветра били в лицо и ещё сильнее понижали градус моего настроения, которое и так уже было ниже некуда. Буря только набирала обороты, забираясь под наши плащи и больно кусая за щёки. Я надвинула ниже капюшон своего плаща, в надежде спастись от ненастья, но попытки мои были тщетны. Поэтому через несколько минут я бросила это неблагодарное занятие и просто обхватила себя руками, пытаясь сохранить то тепло, что ещё не забрала метель.
Впереди шёл мастер Эмольсин, прокладывая наш путь к лесу, а рядом чинным шагом - противный Вольгран, искоса поглядывая в мою сторону. Мне не нравился его интерес. Интуиция подсказывала, что в его непробиваемой головушке зарождались какие-то гадкие мысли. Я всячески делала вид, что не замечаю присутствия этого наглеца. Однако его это нисколько не смущало, и через пятнадцать минут нашего мучительного пути я услышала:
– Меня давно мучает вопрос, Аранэя…
– Вот и оставь всё так как есть. Это замечательное чувство и тебе оно кстати! – перебила его и прибавила шагу, чтобы отвязаться от назойливого типа. Но зря я рассчитывала, что на этом он остановится.
– Как ты смогла достичь такого результата на боевой практике? – в момент догнав меня, ошарашил своими умозаключениями.
– Что ты под этим подразумеваешь? – его вопрос напряг. Но вспомнив последнее занятие, я попыталась расслабиться и сделать совершенно равнодушный вид. Нет, он не мог догадаться о моих знаниях, которых не должно быть у второкурсника.
Я всё делала аккуратно и незаметно. Те заклинания, что использовала в последнем спарринге с одногрупником, я замаскировала менее сложными, но именно теми, которые мы уже изучили. И технику применения я отработала идеально, чтобы ловко ими пользоваться и случайным образом себя не выдать. Столько сил и времени не пропали даром. Я многое смогла освоить и узнать. А в переплетении со знаниями, переданными в семье, получилось более чем отлично.
Я, конечно, не одна такая, кто получил доступ к семейным тайнам ещё до поступления в Академию, что строго запрещалось. Точнее их применять в академии, а если быть ещё точнее, то те, которые являются боевыми или опасными в применении. Но мало кто этим пользовался, боясь вылететь из учебного заведения. И совсем уж единицы, кто осмеливался изучать и применять на практике знания со старших курсов.
– Ты использовала несколько приёмов, которые изучают на последних курсах. Нам запрещено их применять на практике, – продолжал свой допрос Вольгран, чем всё больше вводил меня в замешательство. Он ещё на первом курсе вызывал у меня множество вопросов. Например то, как в нём уживаются непреодолимая тяга к знаниям, способности к магии и абсолютно отвратительный характер, который не единожды становился причиной его бед, а также отсутствие инстинкта самосохранения, судя по всем его выходкам.
– Ты бредишь, Вольгран, – совершила очередную попытку отмахнуться от него, внутренне пугаясь того, что он смог увидеть и понять про меня.
Нужно успокоиться! Ведь я уже прокрутила всё в своей голове и нет причин для беспокойства. Он что-то там заметил, да не может понять что именно, как и доказать что-либо. Поэтому делаю глубокий вдох и смотрю на хмурое небо.
Оно прекрасно! Переплетение тёмно-синего, почти чёрного, серого и мазков голубого цвета - непередаваемо красивое зрелище. А сквозь зелёные лапы елей - просто сказка! Морозный воздух обжигал горло при глубоких вдохах, но дарил чувство истинной свободы. Обожаю нашу Академию! За все красоты, которыми нам выпала честь любоваться. А таких очень даже много. Один только сад чего стоил, сочетая в себе огромнейшее множество различных растений. Мечта любой ведьмы попасть в наш сад, ведь там находилось чуть ли не всё, что растёт в нашей Империи, да и в соседних.
– Ты неплохо прикрыла свои действия, и даже наш преподаватель этого не увидел. Но я следил за тобой, – выдернул меня из мыслей голос Вольграна.
– Звучит пугающе! – искренне ужаснулась я.
Пока я подбирала слова, чтобы отбиться от его предположений, мы зашли в глубь зимнего леса. Мастер Эмольсин остановился и повернулся к нашей “дружной” компании. Он стоял широко расправив плечи и до сих пор не застегнул пуговицы у горла, словно его совершенно не волновал холодный ветер. А между прочим это именно нас с Волем не должна была особо заботить такая погода. Наш дар любил зиму. В эту пору он был особенно силён и максимально напитывался природными стихиями. Но мы ещё не достигли должного уровня силы, чтобы холод нас не жалил. Нет, он не убьёт нас, но дискомфорт доставляет.
Преподаватель смерил нас строгим взглядом и не менее строгим голосом провозгласил:
– Адепты, приступайте к своей отработке!