Часть 1
Как бы не насмехался Ефим Петрович над дочерью, успевшей за столь короткое время влюбиться в приезжего паренька, но не мог не признать - он ему и самому понравился. Вежливый, имеющий поддержать беседу, обходя острые углы, и к тому же хорошо воспитанный.
- Я думаю, вы торопитесь. Давайте хотя бы на осень свадьбу наметим. А ты, сынок, можешь приезжать в любое время. Надо ведь все по-человечески - чувства ваши проверить, с родителями твоими познакомиться...
- Вы правы, Ефим Петрович. - Внял его доводам Борис. - Но так не хочется с Полей расставаться. Может быть, хоть на конец мая свадьбу наметим?
- Папа, ну пожалуйста!- сложила дочь руки.
- А, делайте что хотите, - махнул рукой Ефим. - Только же сватов пришли, чтобы все как положено.
- В следующую субботу! У меня замечательные родители, я как только приехал домой две недели назад, рассказал им про Полину, им самим не терпится с ней познакомиться.
- Ну вот и славно. Так и порешим, - погладив бороду, произнес Ефим.
Борис ушел, а Полина сияющими глазами смотрела на отца.
- Спасибо тебе, папа. Правда, я очень боялась, но теперь понимаю, что зря.
- Рано или поздно тебе нужно выйти замуж, а Борис вроде хороший парень, но я все равно не советую так быстро бежать под венец, узнайте друг друга получше.
- Папа, а давай Дуняшу пригласим? У нас еще пирог остался, и чай я по новой заварю.
- Зови, шут с тобой. Ты же не отстанешь. С другой стороны мне вскорости хозяйка в доме понадобится, - улыбнулся отец.
Поля позвала Дуняшу, а сама, едва соседка пришла, улизнула из дома. Ей даже не верилось, что так гладко все прошло. Может и правда отец изменился? Он всегда был строгим и суровым, а здесь проявил несвойственную ему мягкость...
- Полька, ну как? - Борис обрадовался, увидев ее у дома председателя.
-Все хорошо, ты же сам слышал.
- Пойдем, погуляем.
- Пойдем. Там Дуняша в гостях у папы, оставила их двоих, чтобы не мешать.
- Это правильно, - согласился Боря.
Она пришла домой когда уже опустилась ночь на село. Борис должен был выехать в пять утра и они уже попрощались на неделю.
- Эта неделя будет для меня тянуться вечно, - прошептал Боря.
- И для меня. Я пойду спать, во сне тебя увижу еще раз...
- Я тоже снюсь тебе? - удивился он.
- Почти каждую ночь.
- Тогда, Полинка, это и правда судьба. Я тоже полюбил спать, потому что во снах вижу тебя.
Когда Поля ложилась спать, она на календаре зачеркнула день. Он еще не уехал, но она уже по нему скучает. Но ничего, обещал Боря приехать с родителями, вот тогда и наметят дату свадьбы.
Отца в доме не было, зато у Дуняши в окне светился огонек и видны были тени. Полина хихикнула и потерла руками - все выходит как она задумывала. Отец не останется один...
На следующий день был праздник, село устроило гуляния, Полина веселилась от всей души. А чего не радоваться, коли в один миг так стремительно изменилась ее жизнь?
-Полька, как же я рада за тебя, - Мила обняла подругу. - Слушай, а что если мы с Гришей, и ты с Борей в один день поженимся? Было бы здорово!
- И правда, надо с Борей и с папой поговорить!
Вечером, зайдя в дом, Поля застала отца на кухне за покраской яиц.
- Что ты делаешь?
- Не видишь? Яйца крашу в луковой шелухе. Ты пирог испечешь пасхальный? Завтра уже Великий Праздник, а у нас ничего не готово. Дуняшу позовем...
- Испеку.. Папа, а может не надо этого делать?
- Дочка, это немногое, что осталось от моей прежней жизни. Дуняша, кстати, тоже втихую Пасху справляет, будет с кем мне красного винца испить, что в городе прикупил.
Поля занялась куличом, а сама все о Борисе думала. Интересно, как они в семье относятся к этому церковному празднику? А папа.. Он всегда чтил традиции и очень страдает от того, что в округе нет действующих церквей, но все равно продолжает красить яйца и зажигать свечу пред иконой.
Так было и наутро. Поля с утра пошла кормить курей, пока отец зажигал свечу и лампадку. За забором Дуня собирала постиранное с вечера белье.
-Дуняша, приедете к нам? - ласково спросила Поля.
- А как же! После обеда загляну обязательно. - Дуня покраснела, а Поля улыбнулась.
- Мы будем ждать вас.
Зайдя в дом, Поля села на колени возле отца и стала читать молитву и вдруг дверь с треском распахнулась и они увидели лицо сердитого председателя.
- Я так и знал! Я знал!
- Что ты знал, Андрей Михайлович? -встав с колен, спросил Ефим.
- Ты что же, Ефим, сам колени пред иконой преклоняешь, так и дочку к этому приучил? Ага, а это что? Куличи и яйца? Изымаю!
Свернув все в скатерку, Андрей Михайлович вышел из дома и направился размашистым шагом к сельскому совету.
- Вот бес, прости Господи. Мало того, что в дом вошел без спросу, так еще и пасхальные угощения прихватил с собой. А ведь сожрет, и глазом не моргнет.
- Папа, ты не переживай, давай все по новой сделаю.
- Нельзя. Нельзя сегодня трудиться. Ладно, дочь, в следующий раз осторожнее буду.
Дуня пришла, винцо они испили, к тому же соседка свои угощения принесла. Хозяйкой она была отменной. Дверь Ефим запер, чтобы второй раз такой оказии не вышло.
А вот наутро их ждала неприятность - в село въехали представители органов и буквально ворвались в дом Ефима, сопровождаемые председателем.
- Вот, смотрите. Ну что Ефимка, твои это крашенки и булки?
- Мои, - не стал отрицать Ефим, поняв, что бесполезно.
- Что же вы, товарищ...В партию надо верить, в Советскую власть, а вы иконам поклоняетесь в то время когда наше государство пытается вразумить народ, - покачал головой один из прибывших, мужчина в форме, которая едва сходилась на его пузе. - Может, еще и пост держите?
- Держу. И вам бы не помешало, - ответил Ефим. - Вы же моих годов, неужто не крещеный?
И тут он упал от удара кулаком в лицо, Поля вскрикнула.
- Я таких как ты, знаешь, куда отправляю? Вещи собирай! - прошипел тот, которого спросил Ефим.
- Зачем? Куда вы нас забираете? - ужаснулась Поля.
- Твой батя плотник? Вот и поедет работать по профессии, на лесопилку. раз в колхоз вступить не хотел. И ты с ним. Не сам же он кулич пек. И Андрей Михайлович своими глазами видел как ты тут молитвы шепчешь. А на лесопилке руки нужны, даже такие, как у вас.
Ефим с укором посмотрел на председателя, поняв, что тот успел все доложить.
- На какую лесопилку? Пощадите! - Поля упала на колени.
- Не нужно, дочь. Они все равно не услышат, - тихо произнес Ефим.
- Боря! А как же мой Боря?
- Куда мы поедем? Нам нужно будет оставить свой адрес, - утирая кровь, спросил Ефим.
- А вот это ни к чему. Вещи собирайте, а иконы я изымаю. Федоров, сожги их во дворе.
Ефим пытался их вырвать из его рук, но не преуспел, на него был направлен револьвер.
Они выходили за ворота с тремя узелками, как пять лет назад.
- Фимочка, Фимочка! Я все знаю, - Дуняша подбежала к нему. - Я как увидела людей, так бросилась сюда, меня этот, -она указала рукой на того, который у ворот стоял, - не пустил. Сказал, что за вами приехали. Куда вас?
- На лесопилку. А вот куда, один Бог знает.
- Я с тобой. Я с тобой поеду.
- Ты одурела, Дуняша? Куда ты со мной? В ссылку?- пытался образумить ее Ефим.
- И пусть. Я с тобой хоть на край света.
Пока в сельском совете оформляли бумаги, Дуня успела собрать вещи и отдать ключи от замка соседке напротив. Поля, глядя на нее, удивлялась. неужели она готова все бросить и уехать за отцом? А как же Боря? Он приедет, а ее не будет...
Как только она доберется до лесопилки, отправит письмо Миле, пускай она Боре передаст.
Крупные слезы катились по ее щекам, когда она вновь и вновь думала о нем.
- Прости меня, дочь, - шептал отец. - Из-за меня все. Прости.
Поля отвернулась и ничего не сказала. А что здесь скажешь?
Продолжение