Есть книги мрачные, есть жестокие, есть забавные, есть просто занятные, а есть белые и пушистые — вот как у Мэтью Квика. Нюанс в том, что за белым и пушистым скрывается подгоревшая основа, которая как бы напоминает: жизнь это… жизнь. И в ней есть не только радость, но и горе.
В маленьком городке Мажестик произошла трагедия — подросток расстрелял посетителей кинотеатра. Событие глубоко потрясло всех до единого жителей. Один из выживших — Лукас. До трагедии он работал с трудными подростками, и именно у него во дворе однажды поселился младший брат стрелка — Эли. Просто пришел, поставил палатку и наотрез отказался выходить.
Весь роман — это письма Лукаса к его психотерапевту Карлу. Они с ним проводили много встреч, увлекались юнгианским анализом, но после трагедии их общение не возобновилось — они оба потеряли самых близких людей, и если Лукас отчаянно жаждал продолжения их бесед, то Карл ушел в глухую оборону — письма, во всяком случае, игнорировал. Однако Лукас продолжил писать ему и рассказывать обо всем, что происходит в его жизни.
Фактически с первых страниц становится понятно — с этим самым Лукасом что-то сильно не так. Он строчит письма Карлу и регулярно бегает к его дому, за что не раз и не два получает предупреждения от полиции, а еще видит ангела и потому относится ко всем с некоторым снисхождением — к ним-то ангел не приходит. Воспоминания о стрельбе в кинотеатре и отношение к ней у него специфические. Но, стоит отдать Лукасу должное, в своем помешательстве он ушел в сторону света, а не тьмы, и когда у него во дворе появился Эли, он решил помочь. Вместе они придумали план, как вместе пережить трагедию и сплотить жителей города.
Роман, если честно, наивный. Я читала «Цену нелюбви» Лайонел Шрайвер (в другом переводе «Нам нужно поговорить о Кевине»), куда более реалистичное произведение на ту же тему, нон-фикшн о школьных стрелках и некоторое количество статей по теме. Логично (и печально), что ярость людей всегда обращается на родителей и близких родственников стрелка. Но в Мажестике как будто не только Лукас, а все не от мира сего. Никакой злости, лишь горе и, по мнению Лукаса, даже понимание, что стрелка, мол, взрастил сам Мажестик. Хотя люди в нем добрейшие, и максимум, на что они способны — это делать вид, что близких стрелка не существует, ну или, наоборот, беззастенчиво на них пялиться со скорбным выражением лица. Поменять свою точку зрения на проблему они готовы в мгновение ока. Самое большое зло здесь — кроме стрельбы, разумеется, — это высокомерное игнорирование добрых намерений Лукаса.
Это прекрасно, без шуток. Хотелось бы, чтобы и правда было так. Но увы — не верилось ни на миг. То ли дело травля матери Кевина из вышеупомянутого романа Шрайвер, и я бы с огромным интересом прочитала произведение, в котором эту волну ненависти сумели бы обуздать. Но в Мажестике ненависти как будто вовсе не существует, в нем — одна доброта. Поэтому роман воспринялся как сказка с приземленным сюжетом.
В посыл автора — что свет — это каждый из нас — хочется верить. Что любовь и доброта могут сокрушить любую беду, если запастись терпением. Все так; но, читая роман, кажется, что на это способны только такие люди, как Лукас — которые, простите, несколько отошли от реальности. Потому что чтобы так вдохновенно и уперто достигать благой цели, надо, действительно, видеть ангелов. А если не видишь, то только и остается, что душераздирающие крики, звуки выстрелов, и тела расстрелянных близких на руках.
Читать ли роман? Если хотите немного доброты и наивности, то — конечно. Но за суровым реализмом точно не сюда.