Начал читать книгу философа Владимира Соловьева «Китай и Европа», в 1889 году опубликованную. В процессе буду делиться с вами, мои уважаемые читатели, своими размышлениями о прочитанном. Быть может, позже это позволит ответить на вопрос, вынесенный во вторую часть заглавия.
Нет, Владимир Сергеевич, которого, строго говоря, можно назвать философом-неоплатоником и человеком всецело западной культуры, вовсе не был профессиональным синологом. Однако.
Однако Востоком интересовался живо. В дневниках – самих по себе очень содержательных и интересных, мною читанных-перечитанных – современника мыслителя и также человека выдающегося, святителя Николая Японского, можно найти строки и о его знакомстве и последующей беседе с Соловьевым.
Позволю себе привести ее полностью. Запись от 2 апреля 1880 года. Святитель отправляется из Петербурга в Москву, в рамках своей последней поездки по России с целью включить расходы на созданную им японскую Миссию в государственный бюджет.
«К семи часам был на Николаевском вокзале; взял билет второго класса. Дорогой - кондуктор: "Не Вас ли спрашивает один господин, в первом классе, худой, бледный"; я отделывался незнайством – но господин наконец, при одной остановке, сам подошел ко мне: "Мне нужно видеться с Епископом Николаем – не доставите ли мне случай?" – "С кем имею честь?" – "Владимир Соловьев" (а его карточку я сегодня же нашел у себя на столе). Я очень обрадовался знакомству.
Он едет в Москву на полугодовое поминание своего отца, историка Соловьева, имеющее быть послезавтра, четвертого апреля, и потом возвращается в Петербург, где в следующее воскресенье, шестого апреля, у него диспут на доктора философии - защита диссертации "Критика отвлеченных начал". Ему о чем-то нужно поговорить со мною, что и условились сделать в Москве. Путь до Москвы был покойный и благополучный.
Вернувшись, застал у Преосвященного Алексия философа Владимира Сергеевича Соловьева и профессора Павлова. Первый спустился со мною ко мне, чтобы интимно поговорить, и удивил меня, сказав, что хочет постричься в монахи, и на первые годы просится пожить в Миссии - будет полезен в это время преподаванием в семинарии. Я прямо стал отсоветывать ему монашество – на том основании, что и для Церкви полезней, если он, стоя вне духовенства, будет писать в пользу Церкви. Побуждением к монашеству он выставляет "слабость характера своего" – тем более ему нельзя быть монахом. Вообще, эта личность – весьма яркая и поражающая; смотрит истинным философом, довольно мрачным».
Последние строки в цитате, что называется – в точку, достаточно взглянуть на фотографии Владимира Сергеевича, одна из которых посещена выше.
Говорят, он обладал пророческим даром. Не берусь судить. но, кажется, ему принадлежат слова. на исходе позапрошлого века произнесенные. Я их не заключаю в кавычки, поскольку привожу по памяти. : Китай полка спит, но горе будет когда проснется.
Что ж, Китай давно уже проснулся…
Игорь Ходаков
Если Вам понравилась статья – подписывайтесь на мой канал.