Этот текст вызван воспоминаниями киноведа Ольги Сурковой "Тарковский и я. Дневник пионерки", которые я начал читать. Ольга Евгеньевна долгое время дружила с Андреем Арсеньевичем, была соавтором "Книги сопоставлений", которая затем вышла под названием "Запечатлённое время"... А затем произошёл драматический разрыв.
Вот как объясняет Ольга Суркова появление книги воспоминаний: "Я должна была переосмыслить и передумать всё заново, поражённая его (авт. — Тарковского) смертью. Ведь в конце концов, что бы ни было, я так бесконечно любила и потому после, увы, так мучительно ненавидела всё то, что связывало меня с Тарковским, Ларисой (авт. — речь о жене А.Т.), их бытом, стилем жизни, их окружением. Душа моя должна была освободиться от многолетнего плена, мысли проясниться, чтобы я смогла, подобно заикающемуся мальчику из пролога "Зеркала", обрести уверенность: "я могу говорить".
Что же случилось между Сурковой и Тарковским? Я ничего не будут писать об этом. Я бы только сказал так: ничего особенного не случилось. Или, напротив, нечто особенное — жизнь. Но это, конечно, совершенно общая фраза, не объясняющая ничего, это банальная фигура умолчания. Потому, что жизнью, конечно, объясняется вообще всё. Однако же я подразумеваю под под "жизнью" сейчас не форму существования белковых тел и не жизнь духа, а иллюзорность наших представлений о себе и других.
Иллюзии опасны же не сами по себе, а тем, что мы они порождают другие иллюзии и человек воспринимает их как то, чему можно доверять и то, на что можно опираться — в делах, словах, размышлениях.
- "Рыбная ловля — беспечное занятие. Но в руках вы держите орудие, могущее лишить жизни. Игра в шахматы — безобидное развлечение. Но оно внушает мысль о смертельном поединке. Нельзя не видеть: из всех дел самое приятное — безделье, а великая правда безыскусной жизни превыше самой тонкой изощренности". Из собрания "Вкус корей" китайского мудреца Хун Цзычена.
Горькую и целительную книгу написала Ольга Евгеньевна Суркова. Она, как вы понимаете, описывает опыт преодоления иллюзий. Но на месте одной рассеянной иллюзии тотчас появляетяся другая. Неиллюзорна лишь благодарность. И память смертная.
"Но кто мы и откуда,
Когда от всех тех лет
Остались пересуды,
А нас на свете нет".
"Свидание", Борис Пастернак.
Это стихотворение цитирует в своей книге Ольга Суркова, вспоминая о ранних встречах с Андреем Арсеньевичем и его будущей женой Ларисой и пишет далее: "Как молоды мы были, полагая, что только начинаем свой жизненный путь, и самое главное, что конец его, а тем более "пересуды" о нём где-то очень далеко, за невидимым пока горизонтом. Но как, в сущности, быстро потом все скрылись за ним, а "пересуды" остались..."
Так вот. Для читаталей эта книга может быть очередным "пересудом". Для автора она — насущная необходимость и попытка избавиться от толковищ в своей душе.
Точно так и для Андрея Тарковского фильмы были единственным доступным ему способом быть цельным. И он переводил негармоничные пласты бытовых "низких истин" в мучительный и не всегда целительный для себя творческий самообман. Мы же не можем себе позволить быть заворожёнными любым творческим актом, кроме одного, который всегда случается в нас, едва мы сделаем усилие и отвергнем мучительное эго. Это доверие к жизни.
- "Только тот, кто постиг в себе самого себя, может предоставить всем вещам быть тем, что они есть. Только тот, кто возвратил Поднебесную Поднебесной, может пребывать вне мира, находясь в мире." "Вкус корней". Хун Цзычен
Подписывайте, пожалуйста!
И читайте разные тексты!