Санька Шкодин учился в параллельном классе, слыл откровенным, неисправимым троечником, равнодушным оболтусом, уличной мелкой шпаной. По причине плохой успеваемости его даже в пионеры не приняли.
Будучи выше всех на голову, он в шестом классе без красного галстука выглядел как октябрёнок - акселерат, наглухо застрявший в начальной школе.
Друзьями, а тем более приятелями, мы никогда не были, тем не менее жили в одном дворе и достаточно много времени проводили вместе: гоняли мяч, играли в чику, баловались куревом. Впрочем, мы оставались совершенно разными: я в четырнадцать выглядел мелким и трусоватым пацаном, а смелый Сашка мог запросто подстрелить из рогатки ворону и зажарить её на костре, ему нравилось издеваться над кошками и бродячими собаками; одним словом, в нём сидела какая - то непонятная негативная чертовщина, толкающая этого шалопая к отвратительным поступкам.
Ясно дело, он здоровее и сильнее меня, но чтобы хоть как - то сравняться с этим дылдой, в конце шестого класса я записался в секцию бокса, усердно посещал тренировки, пахал в поте лица и в седьмом выиграл первенство Томской области по новичкам. Как это удалось? Когда соперники на ринге видели мою левостороннюю стойку, тут же сникали, оставалось лишь двумя - тремя точными ударами добивать их. Однако, сейчас не об этом.
До сих пор не могу понять, по какой - такой причине наша классная руководительница как - то после уроков затеяла национальную перекличку, в смысле, кто есть кто по происхождению. Меня до сего дня абсолютно не интересовала национальность одноклассников. Естественно, перекличка выявила только русских. Всё же один мальчик гордо заявил, что он еврей. Такой поступок граничил с полным безрассудством, поскольку усилиями Советской пропаганды евреи считались сионистами, агрессорами, угнетателями арабов, пособниками мирового империализма. Некоторые известные евреи - А. Райкин, М. Чухрай и другие деятели театра и кино - строчили гневные петиции, осуждающие Израиль. Придворный шут и клоун Райкин рад бы отречься от национальности и вмиг сделаться хотя бы грузином, на худой конец - цыганом, но внешность не позволяла. За право тупо лицедействовать на эстраде, юморить на ТВ, критиковать алкашей и мелких несунов, он платил, не побоюсь этого слова, предательством собственной нации, то же самое делали некоторые представители культуры, учёные, музыканты. Пусть это останется на их грязной, холуйской совести!
Вернёмся в наш дружный 7 "А". После того, как Миша Попкур объявил во всеуслышание, что он самый настоящий еврей, все тут же смолкли, ошарашенные необычным известием. Мне сразу стало ужасно неловко, безумно отвратительно, что рядом учится еврейский мальчик. В нашей русской семье никогда не поддерживался антисемитизм, ни разу в жизни родители не обсуждали еврейский вопрос, считая все нации равными, а мне, тем не менее, сделалось не по себе.
Прошло больше сорока лет после окончания школы, тем не менее, мне бесконечно стыдно перед одноклассниками за давнишние крамольные мысли и непонятную неловкость. Миша, прости, если сможешь!?
Сие неожиданное признание вместе с тем возымело весьма негативные последствия. Многие ученики школы стали как - то подозрительно коситься на Мишку, как будто тот в один миг стал врагом или прокажённым; девочки таинственно шептались за его спиной, а пацаны зло сверкали глазами.
Недалёкого ума Санька Шкодин неистово носился по школе и как ненормальный орал во всё горло: "Здравствуй, Мойша - сионист! Мы антисемиты!".
Похоже, он совершенно не понимал смысла данной отвратительной фразы, тем не менее, где - то её услышал, наверняка, от родителей или на улице.
В то смутное, застойное время ангажированный советский академик Арбатов и махровый антисемит Примаков подписывали многочисленные открытые письма против израильского государства, в защиту бедных арабов, между прочим, вооружённых до зубов советским оружием.
Израильтяне в Шестидневной войне мужественно защищали свои дома, семьи, молодую страну, зарождающуюся демократию.
Как - то после уроков я пошёл в раздевалку забрать пальто и невольно стал свидетелем мерзкой сцены. В дальнем углу Шкодин зверски мутузил Попкура, приговаривая: "Вот тебе, жид пархатый! Получай, сионист проклятый! На тебе, еврейчик!".
- Саня, а ну стой! Что ты творишь!
- Отвали, заступничек, не то тебе достанется!
- Я что, не понятно сказал?
- Чеши своей дорогой, Баевич, какая тебе разница, ведь ты же, вроде не еврей!
- Нет, я не уйду!
Четырнадцатилетний антисемит Шкодин отпустил хныкающего Мишку и с кулаками наперевес бросился на меня. Он занёс руку для атаки, однако мгновенно получил с левой по челюсти. Причём, удар получился такой сильный и точный, что его передний зуб, как подрезанный, переломился пополам. Я сам не понял, как это вышло. Тем не менее, взбешённый и разъярённый, тот не остановился, а сплюнув половину зуба, снова попёр в атаку. Следующий резкий тычок по печени мгновенно охладил его пыл. Присев на задницу около вешалки, подонок горько рыдал в голос и упавшим голосом хрипел: "Предатель! Гад! Ты жидов защищаешь?".
- Я заступился за одноклассника.
В этот же день после уроков произошло громкое разбирательство инцидента с участием моих родителей, директора школы и, конечно, четы Шкодиных.
Для меня та история закончилась достаточно хорошо, похвальную грамоту, правда, не дали, но отец вечером за ужином серьёзно высказался: "Серёжа, всё правильно сделал! И впредь поступай так же!".
Отпетого троечника и злобного забияку Шкодина с позором выгнали из школы, родители тут же перевели его в другую. Во дворе же он старался не показываться на глаза. К концу восьмого класса он связался с криминальной шпаной, и в конце концов, оказался в колонии для несовершеннолетних. А дальше, как по накатанной.
После окончания школы я случайно встретил во дворе Саню Шкодина и поначалу того не признал. Моему взору предстал законченный урка с золотыми фиксами и наколками на руках.
- Ну как, прочухал кто я?
- Нет, не узнаю, Шкода. Да и узнавать не имею ни какого желания.
- Мы до седьмого класса в одной школе чалились. Ты ещё зуб за жида конкретно сломал.
- Жаль, надо было все выбить! Гляжу, ты окончательно фраером стал.
- Ладно, Серый, не кипишуй! Проехали!
P. S. Любое совпадение имён и фактов считать вымыслом автора.