Я посмотрела на полное ведро замаринованного накануне мяса и внутренне содрогнулась. Это ведь мне не только всё на шампуры нанизать нужно, но и пожарить.
А на улице холодрыга. Точно на пользу затянувшемуся кашлю не пойдет.
Держит для статусности
– Вер, ты там не затягивай, ладно? – муж пробежал мимо меня, держа в руках охапку дров для камина. – Ребята там на салатиках твоих долго не протянут. Военные все, им мяса надо, и побольше. Что нам твоя трава?
– А военные сами не могут шашлыки пожарить? – поинтересовалась я, уже заранее зная ответ. – Мясо ведь женских рук не терпит.
– Не, Вер, мы сто лет не виделись. Нам пообщаться надо.
И ускакал, закрыв за собой дверь, чтобы не выстудить нутро коттеджа.
«Зато не пьет, не бьет и не гуляет», – постучались в мозг недавние мамины слова.
Это точно, и не поспоришь. Муж у меня правильный. Военный, спортсмен, красавец. Не жадный. Вот только… не любит он меня. Держит для статусности. Это я давно поняла.
«Не знаешь, кто его настроил?»
Посуду я закончила мыть уже во втором часу ночи. Пока разместила по спальным местам оставшихся ночевать друзей Стаса, притерла полы... До посуды добралась уже в ночи.
– О, Верунчик, ты не ложилась еще, что ли? – на кухню вошел Даниил, коллега мужа. – Я попить встал, слышу, кто-то на кухне возится. Смотрю, ты.
– Нет, не ложилась. Дела доделала, собираюсь.
– Вер, а ты в курсе, что Стас увольняется? – продолжил Данила.– Не знаешь, кто его настроил в бизнес податься и военную службу бросить?
Я открыла рот от изумления, но что ответить, не нашла.
Не позволю!
– Почему ты не сказал мне? – пытала я мужа, когда мы вернулись в город после выходных.
– Не видел необходимости, – пожал плечами тот.
– Я уже все решил.
– Боже-боже, – стенала я. – Но, скажи на милость, каким бизнесом ты собрался заниматься? И откуда деньги на авантюру?
– Деньги есть, я скопил кое-что. Буду кроликов разводить, на мясо. Я уже и клетки заказал. Потеплеет, вырублю вишни. Все равно от них толку нет. Там сарай и поставлю. Куропаточек еще разведу.
Я застонала. Не хотела я ни кроликов, ни куропаточек. И уж тем более не хотела, чтобы вырубали мою владимировку и шоколадницу. Намоталась по гарнизонам, наконец, все устаканилось, сад развела, как всегда мечтала, – и на тебе, «вырублю вишни»!
– Не позволю, – отчеканила я. – Сад мой. Выстраданный. Надо кроликов разводить? Отдельный участок покупай и разводи.
«Замуж возьмёшь?»
Развелись со Стасом мы быстро. Дача, как я и хотела, досталась мне. И все мои вишни, сливы, яблоньки и абрикос остались на местах. И на душе почему-то стало легко-легко.
Из задумчивости выдернул звонок мобильного:
– Верунь, на даче? – раздался в трубке как всегда восторженно-радостный голос Даниила. – Я заскочу, помогу, если что надо. Ты звони, не стесняйся.
Я обомлела. Не успела от одного военного отделаться, как на тебе, второй...
– Мне Стас рассказал, что вы развелись. Тебе тяжело, наверно, одной-то. Так я мигом. Что вскопать, привезти, полить. Зови.
– И замуж возьмешь? – решила я с порога охолонуть ухажера. В трубке стихло, минуту слышалось только сопение.
– Возьму. Только я сам хотел предложить, по-человечески, – обиженно проговорил Даниил.
Я рассмеялась и отключила мобильник. Голова кружилась. А пока кофейку пойду попью, надо все хорошенько обдумать.