Я мечтала стать пионером или пионеркой, не знаю, как правильней. Просила маму купить галстук заранее, очень боялась, что ко Дню пионерии все галстуки раскупят и мне не достанется заветный пионерский символ.
Училась завязывать галстук на маминой синей косынке. Перед зеркалом салютовала и громко произносила слова пионерской клятвы:
- «Я, юный пионер Советского Союза, пред лицом своих товарищей, торжественно обещаю: горячо любить свою Советскую Родину; жить, учиться и бороться, как завещал великий Ленин, как учит Коммунистическая партия».
Кстати, именно так произносили клятву мы, вступая в пионеры. На просторах интернета я читала немного другой вариант клятвы.
Итак, третий «Б» класс, средней школы №6. Май месяц, общий сбор октябрят. За всех моих товарищей говорить не буду, а про себя скажу, что я была не очень уверена, что все ребята проголосуют за то, что я достойна быть Пионером Советского Союза. Водился за мной «грешок», не зря боялась.
Дня за два до сбора, я, как часто со мной бывало, подралась. Дралась я исключительно с мальчиками, с девочками дружила и защищала их от мальчишек-драчунов. Так учил нас папа – защищать слабых, не бояться сильных, а он был примером для нас с сестрой и авторитетом во всём.
Драка с Игорем была дракой за «правое дело», он подставил «ножку» Рите Зубковой на перемене. Рита упала рядом с отопительной батареей, обошлось без травмы. Защищать девочку я бросилась, забыв, что скоро состоится главный сбор, от которого зависит приём в пионерскую организацию.
Дрались с Игорем до крови, он поцарапал мне лицо, я – разбила ему нос. Царапина быстро зажила, а нос – опух как раз к сбору.
Ну, вот и дошла очередь до меня. Вставали командиры «звёздочек», активисты и активистки класса, учительница, все говорили хорошие слова о Гале:
- она хорошо учится; в своей «звёздочке» выполняет все поручения; в классе отвечает за чистоту рук, ушей и головы всех октябрят; занимается спортом и помогает отстающим по арифметике.
Казалось, что галстук уже завязан на моей шее, но…
Тут встаёт Игорь Тюрин с поднятой рукой:
- Галя не достойна стать пионером, то есть пионеркой. Она дерётся, вот, мне нос на переменке разбила, а давно, зимой, стукнула меня портфелем по спине.
- Не по спине, а по жё…, - вступился за меня Коля Чугунов.
- Коля, нельзя так говорить, сядь на место, - остановила Колю Людмила Николаевна.
Игорь покраснел и продолжил:
- Ты, Чугунов, тоже не достоин, у тебя брюки грязные и двоек много, а ещё, ты сопли всегда рукавом вытираешь, платка у тебя нет.
Тут все про меня забыли и накинулись на Игоря:
- Ты, Тюрин, может тоже, не достоин стать пионером. Зачем Ритке «подножку» подставил?
- Не Ритку, а Риту. Пионеры так не называют друг друга, тебя тоже нельзя в пионеры.
Людмила Николаевна металась от одного кандидата в пионеры к другому, пытаясь остановить череду обвинений, опутавших класс. Вскоре в классе не осталось ни одного октябрёнка, достойного стать пионером, шум стоял на всю школу.
Спасло наш класс появление старшей пионервожатой. Тётя Валя (так звали её почти все ученики младших классов) была женщиной строгой и очень справедливой. Войдя в класс, Валентина Васильевна гаркнула:
- Отряд, равняйсь! Смирно!
И мы притихли. С перепугу, те, кто стоял, сели, сидевшие – встали. Тётя Валя не растерялась и ещё громче заорала:
- Только тех, кто любит труд…
- Октябрятами зовут, - пропищали испуганные будущие пионеры.
- Так назвали нас не зря, - продолжала пионервожатая,
- в честь победы Октября!
Класс умолк, а тётя Валя, поправив пилотку и галстук, выплыла за дверь.
Собрание продолжалось ещё два часа…
P.S.
Меня оправдали «за недостаточностью улик», и Чугунова тоже оправдали. Пожалели и Игоря, он расплакался. Девочки, которые не любили, когда мужчины плачут, единогласно проголосовали за него.