Глава II 1967 – 1979 (отрывок)
Воскресные дни не всегда были выходными, так как в то время почти каждую неделю в каком-нибудь театре в Вест-Энде проходили благотворительные гала-концерты. Как правило, они представляли из себя большие эстрадные шоу с участием оперных певцов, артистов балета, актёров и актрис театральной сцены и кино, звёзд эстрады. Довольно часто танцоры, которые выступали, просили одного из нас помочь им в этот вечер. Мне довелось увидеть выступления всех главных звезд того времени, принявших участие в том или ином концерте.
Это было начало октября 79-го года, когда мы, находясь в костюмерной, услышали о ежегодном большом благотворительном гала-концерте, который балетная труппа будет устраивать в конце месяца. И так как было уже решено, какие костюмы понадобятся, то для того чтобы у нас было время найти их и подготовить, нам дали всю необходимую информацию. Отчасти это удивило не только меня, но и практически всех: будут постоянные гости, прибывающие со всего мира, плюс совершенно особенный исполнитель, который согласился принять участие в шоу, – Фредди Меркьюри, певец группы Queen. Ему не нужны были костюмы, так как у него были свои собственные. Ну, и на этом всё – шоу продолжались как обычно, а также проводились репетиции, во время которых упомянутый мистер Меркьюри был замечен в здании.
Однажды вечером, во время представления, я спросил Уэйна Иглинга, как и почему они взяли Фредди. Уэйн объяснил, что танцоры хотели кого-то отличающегося, особенного, неожиданного и подумали о Фредди. Он и Дерек Бин, другой организатор, пошли к сэру Джозефу Локвуду, одному из руководителей Королевского балета, являющемуся одновременно исполнительным директором EMI, звукозаписывающей компании, с которой сотрудничали Queen. Сэру Джо понравилась идея, и он озвучил её Фредди, который сразу же согласился. Он должен был выступить с двумя песнями: впервые представить публике новый сингла Queen 'Crazy Little Thing Called Love' и исполнить свой неувядаемый хит 'Bohemian Rhapsody'.
Во время исполнения этих двух песен танцоры должны были поднять Фредди на руках и перемещать по сцене. Во время выступления я занял место в передней части балкона Колизея и наблюдал за шоу. Весь вечер я находился под впечатлением от выступлений, каждое из которых сопровождалось бурными аплодисментами, но «крыша чуть не слетела» после выступления Фредди и танцоров, которые тоже внесли свою лепту. Возможно это произошло потому, что 'Bohemian Rhapsody' закончилась тем, что танцоры держали Фредди в форме перевёрнутого креста, а Брайони Бринд, восходящая звезда труппы, поднесла ему микрофон ко рту, чтобы он спел последние слова «Any way the wind blows».
Важной частью этого события были костюмы, которые Фредди выбрал и использовал во время своего выступления. Он вышел на сцену в кожаных брюках, белой футболке, кожаной куртке, кожаной байкерской кепке и солнцезащитных очках и исполнил 'Crazy'. Во время аплодисментов он ушёл со сцены, чтобы переодеться, и появился, одетый в чёрный комбинезон из спандекса с блестками в верхней части, и начал петь 'Bohemian Rhapsody'. Во время "оперной" части он исчез за стеной танцоров, и вновь появился в завершающей части номера, поднятый парнями и облачëнный в блестящий серебряный костюм.
После шоу была организована вечеринка, на которой я хотел встретиться с некоторыми своими друзьями. Я пробирался сквозь толпу, и прямо передо мной оказалась небольшая группа людей. В центре ее стоял человек, который выглядел немного неуверенно, чувствуя себя как бы не в своей тарелке. Это был Фредди Меркьюри. Я подоспел вовремя, когда толпа рассеялась, и я остался стоять с Фредди и человеком, которого, как позже я выяснил, звали Полом Прентером. Я просто поздравил Фредди с выступлением, сказав, что, по моему мнению, его голос, музыка Queen и мои танцоры были «союзом, заключённым на небесах». Он был очень любезен, согласившись с этим, а затем озадаченно посмотрел на меня и сказал, что видел меня в оперном театре, когда приходил на репетиции, и спросил, чем я там занимаюсь. Я объяснил, что занимаюсь гардеробом артистов, и рассказал, как мы ухаживаем за костюмами, одеваем танцоров перед выходом на сцену, а затем относим грязную одежду наверх для чистки. Он поблагодарил и ушел с Полом, а я продолжил поиски своих друзей.
Наступило утро понедельника, и мы принялись за чистку костюмов, оставшихся с выходных, и подготовкой к следующему шоу. Примерно неделю спустя Майклу Брауну позвонили. Мы слышали его часть разговора, так как находились достаточно близко и занимались своей работой. Он положил трубку и сказал, что звонили из офиса Queen Productions и спрашивали, сможет ли человек, с которым Фредди разговаривал на вечеринке, отправиться в шестинедельное турне с Queen, чтобы следить за их костюмами. Мы все переглянулись, и я понял, что это должно быть я, так как больше никто ничего не сказал. Я поднял руку, подошёл к Майклу и спросил, что именно было сказано, и он повторил то, что уже сказал: это будет шестинедельный контракт на предстоящее турне. Я сидел и размышлял, когда Майкл сказал, что работа здесь, в оперном театре, не будет меня ждать, если я соглашусь. По крайней мере, это прояснило для меня ситуацию: большой скачок в неизвестность или постоянная работа.
Я сделал свой выбор и подал двухнедельное уведомление об уходе из Королевского оперного театра. Я связался с офисом Queen и получил инструкции. За мной заехали и отвезли на одну из студийных съëмочных площадок в Западном Лондоне, чтобы я посмотрел костюмы и опрелелился, что мне нужно для организации моей работы. Мое последнее шоу с балетом было с горько-сладким привкусом – я понимал, что в последний раз нахожусь со своими друзьями в рабочей атмосфере. Признаюсь, я сомневался, правильно ли поступаю, но я быстро отмахнулся от этих мыслей. Я был на пороге следующего приключения, и кто знает, что оно принесет!
Перевод: Светлана Мещерякова
Редактирование: Светлана Соколова
✦✧✦
Продолжение перевода книги вы можете прочесть здесь, перейдя по хештегу #RightPlaceRightTime внизу этой публикации.