— Благовещение сегодня, — сказал племянник Серёжа своему дяде Васе. — А ты ни сном, ни духом. Бродил где-то целый день, работал, что ли? Вот уж зря. В церковь надо было идти, молиться, свечи ставить. Вообще, знаешь, такой день!
— Что ж ты не добавил с лёгкой укоризной: "Эх ты, дядя?!", — спросил дядя Вася ласково. — Это бы неплохо было. Вот эдак вот: Скажи-ка, дядя, был ты на Благовещение в церкви? Не был? Я так и знал! Эх, ты, дядя...
— Да ну тебя, — отмахнулся племянник. — Сегодня, между прочим, рыбу есть можно.
— А я омлет съел, — пристыженно сказал дядя.
— Да ну тебя! — совсем уж огорчился племянник. — Омлет он съел. Рыбу надо было, рыбу! Эх ты, дядя...
— Так меня, так, — мягко сказал дядя. — Правильно, Серёжа. Вот же дядя у тебя, съел омлетину, а едва раскаивается.
— Но всё-таки, раскаиваешься? — спросил с надеждой племянник.
Серёжа смотрел на дядю просительно. Умоляюще смотрел. Дядя Вася залюбовался его румяным лицом, карими глазами.
— Хороший ты у меня, Серёж, — сказал дядя.
Серёжа вдруг всхлипнул.
— Да что ты?! — встревожился дядя.
Племянник пожал плечами и уткнулся лбом в стекло. С той стороны о стекло мягко облокотилась ночь. Она устроилась на стекле, как кошка на тёплой печке и ворчала, пыхтела, устраиваясь поудобнее в ожидании утра.
— Всё как-то, знаешь, хочется, — пропыхтел Серёжа, — чтобы тихо и красиво было всю жизнь. Не получается!..
— Господь с тобой, Серёжа, — тихо сказал дядя, обняв Серёжу за плечи. — Радуйся.
Благодатная Мария склонилась над горизонтом. Она вглядывалась в силуэт солидного ангела в освещённом окне. Ангел взмахнул крыльями и тут же вместо одного образовались два ангела, поизящнее.
Они усердно благовествовали, и Мария зарделась от смущения.
Другие истории о дяде и племяннике
И многое другое!