Среди копателей, много любителей прогуляться по лесу, в одиночестве. Мы, кладоискатели, не только ищем древности в лесу, но и собираем грибы и ягоды, как простые любители, или просто хотим остаться наедине с дикой природой, отдохнуть и набраться сил перед новой трудовой неделей. И лес всегда щедро делится своими богатствами, умиротворяет и исцеляет нас от духовных недугов.
Но не нужно забывать о том, что лес бывает страшным и коварным, вернее, мы зачастую сами бываем беспечными, когда, собираясь в дикие чащи, отмахиваемся от элементарных правил лесного копа и сбора даров. Это касается не только начинающих собирателей, но и довольно опытных людей, которым кажется, что с ними в лесу ничего такого ужастного произойти просто не может. И наивно горько ошибаются.
Многие бывалые кладоискатели-грибники признаются, что и не всегда берут навигатор, и даже телефон в лес, несмотря на опыт, много раз блуждали по лесным дебрям и лишь случайно отыскивали правильный путь к выходу из леса. Так что заблудиться может абсолютно любой из нас, особенно в хмурый пасмурный день.
Однажды, я тоже попала в такую ситуацию, и заплутала. Хотя до этого, считала себя неплохим следопытом. А помог мне выбраться из глухого болота, не совсем обычный, прабабушкин секрет, который если что, поможет и вам отыскать нужную тропу к дому, и избежать трагедии.
В один из летних дней, я отправилась за черникой, в ельник, в тот год ее наросло столько, что хоть горстями загребай. И даже не заметила, как солнце пошло к закату,в лесу стемнело, а потом и вовсе скрылась за черными дождевыми тучками. Я распрямилась и попробовала сориентироваться на месте. Сосновый подлесок был для меня знаком, уже много раз я облазила его вдоль и поперек с металлоискателем. Но сейчас он выглядел не таким, а был страшным и неизведанным, словно впервые попала я в это место.
Я сразу постаралась взять себя в руки и успокоиться. Потом попыталась для начала определить стороны горизонта. Но увы, в этот раз у меня ничего не получилось. Кругом густо стояли только сосенки и елки, как близняшки, высотой под пять метров и выше. Да еще, на мою беду, заморосил холодный дождик. Сверху вода льет, под ногами мокрые моховые кочки, и два пятилитровых ведра черники, а куда шагать-неизвестно.
Я выбрала направление, точное или нет, непонятно, ориентируясь на высокое дерево вдали. Добрела до него и поняла, что мне нужно совсем не в эту сторону. Здесь начались непролазные буераки с кочками, кривыми деревьями и травой в человеческий рост. Попыталась вернуться на исходную позицию, там хоть лес повеселее выглядит, а не как в страшной сказке. И опять мне не повезло: его я даже не смогла отыскать. Дождь усилился, начало быстро смеркаться. Куда идти – непонятно! Наугад пошла отыскивать тропу, еле-еле перебирая ноги по мокрому мху и траве. А в руках у меня давит груз – два ведра черники, баба я жадная до этого добра-бросить не могу. И тут до меня наконец-то дошло, что я основательно заблудилась нахрен.
Проплутала я тогда часа три, и все без толку, выхода из леса просто нет, испугалась. Вообще показалось, что хожу я кругом, и этот круг все увеличивался в диаметре. Стою я вся мокрая, с головы до ног, посреди какого-то болота, пахнущего тиной и гнилью, и рыбой что ли. Поваленные с корнями березки, преграждали мне путь. Обойдя очередной полусгнивший ствол дерева, я по-пояс провалилась в коричневую жижу. Прям, как в кино! С трудом выбралась, не затягивало, просто овражек маленький, в темноте. Я уже начала подумывать о том, что не мешало бы освободиться от надоевшего ягодного груза, и налегке продолжить искать дорогу. Но оставить два ведра спелой и дорогой черники- было выше моих сил. Ради чего я тогда блужу тут.
На свое счастье, вспомнила я рассказы моей прабабки Лукерьи, ушедшей в иной мир полтора десятка лет назад. Рассказчиком она была потрясающим, таким же, как и я. Она любила лес, была грамотной травницей и знахаркой, много народу избавила от нехороших заболеваний, да пагубных привычек. Много баек она мне поведала в детстве, иногда быль перемешивала с небылицами, безбожно врала, но так интересно, что слушала я ее взахлеб, и отчетливо запомнила один ее рассказ, о том, как леший все водил ее по лесу, двое суток. И как освободилась она от чар хозяина леса, это она рассказала во всех подробностях.
Я человек не очень суеверный, но все же, нелепой показалась ситуация, в которой я очутилась тогда. Не могла я, ни с того, ни с сего взять и заблудиться, да еще и на ровном месте. Да так лихо, что забрела в глухое и неведомое болото, коего и не должно быть в этом лесу. Удрученная и продрогшая, промокшая насквозь, и усталая, а вдобавок еще и очень голодная, я села на поваленную сосенку, и по совету моей покойной прабабки, сняла сапоги, надела левый на правую ногу, правый – на левую. Затем так же быстро сняла куртку, вывернула ее наизнанку, и вновь напялила на мокрую кофту. Ну, и не забыла проговорить заветные слова, которым учила прабабка: «Овечья морда, овечья шерсть, не балуй и отпусти». Даже вспомнила ее наставления.
Сделав все, как надо, взяла ведра в руки, как бесценный груз, и безумно матерясь на весь лес, пошла прямо туда, куда глядели глаза, вернее, наугад, потому, что на болото опустилась густая июльская ночь. Дрожа больше от страха, я шла напролом, через не пойми, что. Прабабка говорила еще, что нужно обмануть лешего, то есть думать одно, а поступать по-другому. Так я и поступила, хоть это и сложно на стрессе. Прошла я метров пять, и резко повернула направо, при этом всем своим видом показывая, что хочу идти налево, затем пошла налево, опять же думая наоборот. Такая большая, а все в леших верю, и в сказки.
Через десять минут болото закончилось, и вновь появились сосенки, а я вскоре, неожиданно для себя, вышла на известную мне тропу. Дождь прекратился, подул слабый теплый ветерок, который за считанные минуты немного высушил мою одежду, но я промерзла от него. На небе засверкали мириады звезд, и я поспешно побрела к машине, которая блестела в свете луны. Перед самым выходом из леса, в молодом осиннике, мне почудилось, что трепещущие на ветру листья осин, вроде прошептали человеческие слова:
– Уууу. Догадалась все-таки, шельма. Вся в бабку...
В ту ночь, я прям дико поверила рассказам своей прабабки, хотя и не всему. Уж слишком неправдоподобные бывали у нее байки. Но этим способом я обязательно воспользуюсь, если, конечно, мне будет суждено еще раз так сильно заблудиться. Да и детей научу своих.
После этого случая, я с еще большим уважением начала относиться к лесу, и его мистическим жителям, и продолжать прабабкино дело, собирать травы и делать сборы. И, как учила меня прабабка, перед заходом в него, я всегда отдаю ему низкий поклон на все четыре стороны, а выходя благодарю за лесные дары.