Мне нужна свобода. Прямо жизненно необходимо уединиться туда, где я ничья не мама и не жена, а просто сама по себе Ирка и каждый раз за свободу приходится платить очень странную цену.
Иногда это перевозбужденные дети, которых я вижу по возвращению и долго не могу уложить спать. Часто это дом, в котором разбросаны вещи, заляпаные полы и мебель, а грязной посуды столько, что проще купить новую, чем перемыть эту. Иногда плата за свободу — это не сделанные дела, которые, конечно, не рассосуться сами по себе, а добавятся к завтрашним. В сутках по-прежнему 24 часа, но дел будет значительно больше.
Плата за свободу — это пропавший плов, который пришлось заменять фастфудом, потому что кто-то забыл убрать его в холодильник. Плата за свободу — это чумазые дети, разбитые тарелки, пятна от шоколада, крошки от печенья в самых неожиданных местах . Плата за свободу — это испорченная косметика, белые носки, превратившиеся в черные, накопившиеся за день отсутствия мамы претензии: «Мне было скучно!» или «Полина сломала мою куклууууу!!!»
Я регулярно сбегаю на свободу, но всегда стою перед дилеммой стоят ли эти несколько часов свободы той платы, которую буду платить после. Всё же стоят. За те два часа тренировки моя кукуха паркуется на место и не отлетает до следующего посещения зала. Я разгружают, отвлекаюсь, переключаюсь.
Однажды я пошла на маникюр оставив папу на хозяйстве. Через три часа меня ждала рыдающая старшая дочь, у которой в волосах запутался пластилин, и младшая— страдающая из-за того, что папа не дал ей накормить собаку конфетами и собака, которая в суматохе так и не поела.
Как-то решила пойти к подружке. Когда вернулась, обнаружила, что средняя разрисовала коридор кремом для обуви. Хорошо, что у нас ремонт и до вещей она не добралась.
Еще одна свобода — поход за туфлями — и дети нашли мою косметику. Как я над ней плакала....
Ладно еще платить за свободу, которая отдых, приятное общение, вкусная еда и взрослые разговоры, но другое, когда к маминой свободе приравнивается даже поход к врачу. Ведь свобода – это всегда райское наслаждение, не так ли?
«Разумеется!» - уверено мамино окружение и позволяет маме свободу восьмидесятого уровня – отпуск всей семьей.
— Ура! Мы едем отдыхать!
— Мама, я собрала свои вещи!
Барби, вся ее семья и плюшевый заяц- не вещи, поэтому остальное запихиваю к себе.
Мама Ира составила списки вещей, собрала аптечку и крем от солнца, косынки, книжки, настолки, перекусы, воду...
«Мама, у меня руки грязные!», «Мама, я пить хочу», « Мама, мне эта косынка не нравится!», « Мама, я есть хочу!», «Мама, еще долго ехать?», «Я хочу какать!».
В круговороте задач, которые необходимо решать сеюминутно, отложив свободу еще на чуть-чуть, дети со скрипом соглашаются потерпеть до туалета на ближайшей заправке и заводят светскую беседу:
— Мама, а ты хочешь в отпуск?
— Конечно.
— А ведь наш папа устает больше?Он же рабооотает...
—А я?
—Нууу...ты...ты... из дома работаешь...
Дальше мне приводились доказательства того, что я только и делаю, что отдыхаю. Они были настолько убедительны, что захотелось выйти из машины, торжественно вручить мужу вещи детей, самих детей, собаку и вернуться домой: дальше к уборке, готовке и куче заказчиков, но уже в одиночестве. А папа пусть отдохнёт, ему нужнее.
Хорошо, что наш папа вовремя спохватился, понял чем запахло и переубедил детей, но осадочек, знаете ли, остался....
Что ж...дети рано или поздно подрастут и плата за свободу будет все ниже и я ещё буду скучать по этому времени.