В семье Васька был старшим из четырех братьев. Шел ему двенадцатый год. Кроме того что он приглядывал за младшими братьями, встречал и провожал корову в стадо, была у него обязанность ходить в магазин за хлебом. В семье его так все и называли - Завхоз. Вот и сегодня, с полной авоськой хлеба, довольный он возвращался из магазина. В руке у него была большая, похожая на карандаш конфета. В яркой бумажной упаковке, с золотистыми и коричневыми полосками. Эту конфету ему дал водитель хлебовозки, в знак благодарности за то, что Васька помог ему загрузить в фургон пустые хлебные лотки. Улыбаясь, Васька представлял, как обрадуются братья, увидев необычную конфету. Как он разделит ее на четыре равных части и раздаст братьям. Как то так сложилось, что братья в семье делились всем между собой. Если угостят конфетой или шоколадкой, то никто ее не съест в одиночку, а принесет домой и поделится со всеми. А если на улице начинали обижать кого то из них, то все вступались друг за друга. Так было принято в семье. Васька прошел уже более половины пути, как внимание его привлек мальчишка лет восьми. Мальчик был не деревенский, одетый в городскую одежду, он был приезжим. Васька его уже видел несколько раз, мальчик всегда гулял в одиночестве. Когда деревенские мальчишки играли, крича на всю улицу, он сиротливо стоял в стороне. Наверное, он не решался подойти первым, да и местные тоже не спешили знакомиться с новеньким. От одинокой фигуры мальчишки исходила необъяснимая безысходность и, Ваське, почему то было жаль его. Ему всегда было не по себе, когда кому то было плохо. Поэтому он всегда вступался за того кто был слабее. Не раз ему приходилось драться с мальчишками, которые обижали младших. Вот и сейчас проходя мимо и, увидев слезы в глазах пацана остановившись, спросил – Чего ревешь? Шмыгнув носом, мальчик не ответил. – Что случилось? - не отступал Васька. – Ничего не случилось, - ответил пацан и отвернулся. Вид у него был несчастный и вызывал жалость. Наверное, его обидели деревенские мальчишки - подумал Васька. Не зная чем помочь и утешить, он растерянно молчал. Затем спросил – Звать то как тебя? – Меня Васькой зовут. Но пацан молчал, всхлипывая и растирая кулаками слезы. Ваське еще больше стало жаль мальчишку. И тогда ему пришла в голову мысль, отдать конфету пацану, что бы его успокоить и как то расположить к себе. Несколько мгновении он колебался, раздумывая, вспомнил о братьях, но чувство жалости к незнакомому мальчишке пересилило. – Вот возьми, - протянул он ему конфету. Яркая упаковка и необычная форма которой заинтересовали пацана. Он перестал всхлипывать, вытер слезы, взял конфету и деловито стал ее разворачивать. Васька даже обрадовался, что пацан перестал плакать. Ему всегда было приятно, когда он кому то делал хорошее. Развернув фантик, в которую была завернута конфета, пацан оглядел ее со всех сторон, надкусил и, сморщив нос, выплюнул, затем размахнулся и бросил конфету в дорожную пыль со словами, - Фу, даже не шоколадная. И повернувшись, побежал по дороге. Сделал он это так легко и просто, как от мухи отмахнулся. У Васьки даже дыхание перехватило от изумления и обиды. Он так и стоял, хватая открытым ртом воздух, глядя вслед мальчишке. Этот поступок, поразил его до глубины души, своей наглой обыденностью. Васька не мог поверить что конфета, которая еще несколько секунд назад грела его душу, рисуя в воображении радужные картины лежала, утопая в дорожной пыли. Конфеты ему было не так жаль, а вот непонимание и обида захлестнули душу. Ведь он хотел как лучше, от всего сердца, а в душу ему просто плюнул этот плаксивый мальчишка. С таким пренебрежением Васька в жизни еще не встречался. Долго еще он стоял, глядя вслед мальчишке. Он даже ничего не успел сказать ему вслед. Да и что он мог сказать, его детский ум не мог найти никаких слов. Придя домой, Васька положил хлеб и, до самого вечера, играл на улице с братьями и соседскими мальчишками в прятки, затем гонял мяч на лугу. В его доброй душе обиды долго не задерживались.