Поводом для написания этих заметок стал случайно подслушанный мною разговор между девочкой-подростком и её мамой.
Девочка жаловалась маме на своего классного руководителя: мол, придирается, всё ей не так, и веду я себя вызывающе, и одета слишком ярко, и волосы не того цвета, и вообще, она меня не любит…
Насчёт одежды сказать ничего не могу, не видела, в чём эта ученица ходит в школу, но волосы у неё действительно были выкрашены прядями в зелёный и розовый цвета. Ну да, ладно, может, сейчас это в порядке вещей.
Но вот реакция мамы на жалобы дочки меня немного напрягла. «Не переживай, дочка, - сказала мама. – Ты у меня самая красивая и самая умная, не обращай внимания на то, что говорят глупые люди. Она же, ваша классная, старая и некрасивая, и мужа у неё нет, вот она и завидует вам, молодым и красивым».
И вспомнила я свои школьные годы.
Думаю, излишне говорить о том, что с накрашенными ресницами и завитыми или распущенными волосами в школу ходить было не принято. А если кто и появлялся в таком виде (помните, как в фильме: ко мне друг из деревни приехал, я заночевал с ним в Доме колхозника, и зайти домой переодеться не успел), то крупно рисковал: могли отправить в лучшем случае в школьный туалет умыться, а в худшем – домой с записью в дневнике.
Про одежду я вообще молчу – школьная форма не оставляла простора для разнообразия. А если кто из мальчиков, по мнению директора (!) давно не посещал парикмахерскую, то лично из директорских рук получал 20 копеек с напутствием «иди подстригись».
Но это такие наши приметы времени. А вот об авторитете учителя – разговор немного другой.
Когда я училась классе в восьмом или девятом, в нашу школу пришла новая учительница математики. Здесь надо сказать, что жили мы тогда в небольшом закрытом военном городке, и большая часть учителей в наших школах – это были жёны офицеров, которые прибывали в наш гарнизон по распределению. Особого разнообразия рабочих мест для женщин в городе не было, поэтому устраивались кто куда мог. Или просто сидели дома.
Так вот, эта молоденькая офицерская жена, которая устроилась к нам в школу учительницей математики, нам сразу не понравилась. Ну не то, чтобы не понравилась, но как-то мы её не полюбили. Во-первых, она говорила с южным акцентом. «Правда, ребята, эта функция чем-то похожА на ту?» - радостно вопрошала она класс, а мы издевательски смеялись.
А во-вторых, она совершенно не умела объяснять. Мы ничего не понимали из её уроков, потому что она больше писала на доске длинные сложные формулы, а говорила немного.
Я в старших классах училась хорошо, уверенно шла на золотую медаль, поэтому мне все предметы были важны. И как-то раз, придя из школы домой, расстроенная, я пожаловалась папе, что учительница плохая, я ничего не понимаю, успеваю только переписать в тетрадь с доски то, что она там пишет.
Мой папа, кандидат технических наук, взял мою тетрадь, минут 15 изучал записи, потом позвал меня и всё разъяснил.
«Смотри, вот этой формулой она хотела сказать, что… А тут она хотела сказать, что…» И так, формула за формулой, всё непонятное прояснилось.
«Почему же она так не смогла объяснить?» - спросила я, но на этот вопрос папа смог ответить мне позже, после родительского собрания, на котором, как я понимаю, многие родители жаловались на эту молодую неумеху-учительницу.
Папа мне сказал примерно следующее: понимаешь, дочь, она же только-только из института, причём закончила она не педагогический, а Киевский университет, мехмат! То есть, образование у неё прекрасное, предмет знает она прекрасно, но её же не учили объяснять детям, работать с детьми. И вот представь – она, молоденькая выпускница университета, для которой русский язык – не родной, приехала с мужем-лейтенантом на другой конец страны, в другую союзную республику, где по специальности ей работы не найти. Устроилась в школу, а тут вы над ней смеётесь. Представь себе, каково ей?
И ни слова о том, что она – неумёха, дурёха, овца…
Мне было стыдно. Думаю, не мне одной, потому что отношение к этой молоденькой девчонке в нашем классе изменилось. Тем более, что вскоре она ушла в декрет, а мы за то время школу закончили. Но насколько я знаю, после декрета она вернулась в школу, и много лет работала там, набравшись опыта и приобретя необходимые навыки.
А вы как считаете, детям надо говорить правду об учителях (если вы её, конечно, знаете, или предполагаете, что знаете), или всё же авторитет учителя ронять нельзя?