«Призрачно всё в этом мире бушующем.
Есть только миг – за него и держись…» – поется в известной всем песне. Этот миг – настоящее. В книге – то, что происходит с героем здесь и сейчас. Настоящее, которое меняет и прошлое, и будущее. Кончик ниточки, потянув за которую, писатель «разворачивает» историю, словно спутанный клубок. Читатель мгновенно погружается в сюжет и вряд ли отложит книгу.
Как создать такое активное начало? Пожалуй, прием «ПНБ», о котором пойдет речь, один из самых эффективных приемов активного начала наряду с контрастом и угрожающим событием.
Прием «ПНБ»
Этот прием – не просто игра со временем (прошлым, настоящим и будущим), а эмоционально-напряженная смена жизни героя, мира в целом из-за яркого поворотного события (позитивного или негативного), после которого невозможно вернуться к привычному образу жизни, мироощущению, мировоззрению и т.д.
Общая формула: Прошлое → Поворотное событие в настоящем → Будущее.
Выделю три вида такого начала.
1️⃣ Разрушение прошлого, начало будущего.
В начале показывается, что было (с героем, с миром) до начала истории, которая последует дальше. Прошлое разрушается и начинается новая история. Герой обязан действовать и действует в новых обстоятельствах. Чем сильнее «разрушение», тем вероятнее эффект сопереживания и сильнее интерес читателя.
Если день начинается воскресной тишиной, а вы точно знаете, что сегодня среда, значит что-то неладно.
Я ощутил это, едва проснувшись. Правда, когда мысль моя заработала более четко, я засомневался. В конце концов не исключалось, что неладное происходит со мной, а не с остальным миром, хотя я не понимал, что же именно. Я недоверчиво выжидал. Вскоре я получил первое объективное свидетельство: далекие часы пробили, как мне показалось, восемь. Я продолжал вслушиваться напряженно и с подозрением. Громко и решительно ударили другие часы. Теперь уже сомнений не было, они размеренно отбили восемь ударов. Тогда я понял, что дело плохо.
Я прозевал конец света, того самого света, который я так хорошо знал на протяжении тридцати лет; прозевал по чистой случайности, как и другие уцелевшие, если на то пошло. Так уж повелось, что в больницах всегда полно людей и закон вероятности сделал меня одним из них примерно неделю назад. Легко могло получиться, что я попал бы в больницу и две недели назад; тогда я не писал бы этих строк — меня вообще не было бы в живых. Но игрою случая я не только оказался в больнице именно в те дни, но притом еще мои глаза, да и вся голова, были плотно забинтованы, и кто бы там ни управлял этими «вероятностями», мне остается лишь благодарить его. («День триффидов», Джон Уиндем)
Удивительно, книга начинается с просыпания (!) героя, да и действия совсем не экшен: ощутил неладное, засомневался, выжидал, вслушивался, прозевал… Но не оторваться же!
У Уиндема герой лишь сообщает, что оказался в больнице, что ничего не видит. О прошлом читатель понимает только, что оно было (а каким оно было, узнает потом). Настоящее героя наполнено тревогой, попыткой разобраться, что же происходит, ожиданиями, что и приводит его к решению – самому снять бинты (о чем читатель тоже узнает чуть позже). Будущее же заключено в конкретных словах о конце света.
Обратите внимание, что о главном начальном событии будет сказано уже после того, как герой проявит характер, примет решение и начнет осознавать происходящее.
Минимум действий, но при этом начало активное за счет роста эмоциональной напряженности во времени.
Если вы читали книгу, вы знаете, что будет дальше: прошлое разрушено не только для героя, для всех. Мир никогда больше не будет таким, каким он был. Ни-ког-да! А каким будет будущее – зависит от действий героев в настоящем. Именно поэтому прием «ПНБ» особенно эффективен в апокалиптической фантастике.
2️⃣ Возврат к прошлому.
Формула: главное событие настоящего → событие прошлого, предыстория.
Много лет спустя, перед самым расстрелом, полковник Аурелиано Буэндия припомнит тот далекий день, когда отец повел его поглядеть на лед. («Сто лет одиночества», Габриэль Гарсиа Маркес)
Не знаю, как у вас, а у меня мурашки от такого начала.
Да как?! Героя сейчас расстреляют, а он вспоминает детство? Какой-то лед? И почему – лед?! Думаю, не у одного меня тут же появляются вопросы, на которые хочется получить ответы. А дальше – текст, который затягивает как водоворот в те самые сто лет одиночества, с каждым витком приближая читателя к раскрытию начала.
Начало держится в памяти, не отпускает.
3️⃣ Прошлое – причина настоящего и будущего.
Формула: загадка настоящего → важное событие прошлого как причина настоящего → обобщение, соединение прошлого и настоящего.
Тем, кто я есть, я стал зимой 1975 года, в морозный пасмурный день. Эта минута навсегда врезалась мне в память: пригнувшись, я хоронюсь за саманной стеной у замерзшего ручья и украдкой наблюдаю за тем, что совершается в переулке. Все это происходило давно, но не верьте расхожим присказкам, что, мол, «было и быльем поросло». Прошлое впивается в тебя словно когтями, не оторвешь. Оглядываясь сейчас назад, я четко понимаю: вот уже двадцать шесть лет кряду я тайком наблюдаю за тем, что творится в переулке. И нет этому конца. («Бегущий за ветром», Халед Хоссейни)
Читатель не понимает, кем же стал герой из-за события, которое произошло в прошлом. Что там произошло в переулке, что за событие – он тоже не знает. Однако напряжение, подчеркнутое указанием точного времени, деталями времени, тревожными эпитетами и эмоциональными сравнениями заставляет читателя читать дальше, разобраться во всем. Кроме того, рождается чувство сопричастности и из-за обращения к читателю (не верьте), и обобщения, что подобное, когда прошлое является причиной настоящего, испытывал каждый из нас.
И всегда при этом создаётся стартовая площадка для отправки сюжета в будущее
«Значит, в первом способе вектор внимания направлен от прошлого к настоящему. Во втором — от настоящего к прошлому. В третьем — вектора нет, прошлое и настоящее слипается в общую бесконечную точку». (Резюме писателя Тима Яланского)
Есть ли у приема «ПНБ» минусы?
Скорее, не минусы, а ошибки, которые возможны.
✅ Некоторые писатели совершают необратимую ошибку, когда, начиная так, не знают, о чем писать дальше. Такое начало требует если не дотошного плана, то хотя бы общего представления о собственном замысле.
✅ «Сливая» сюжет, писатель невольно обманывает читателя. Прошлое на самом деле не разрушается, происходящее с героем оказывается, простите, фиговинкой, ерундой. Ну представьте, что герой Уиндема снял с глаз бинты и увидел, что больных вывели, потому как горит больница. Выдохнул с облегчением и выбрался в привычный мир примерно на двадцать пятой странице. С двадцать шестой последует долгое описание привычного мира и разочарование читателя.
✅ Двадцать пять страниц – цифра примерная, но не случайная. Редакторы, читающие присылаемые в издательство рукописи, говорят, что, если читатель не заинтересовался к этому переломному моменту, дальше читать он не будет. Хотите верьте, хотите нет.
✅ Нельзя обмануть читателя бездействием героев, недостоверностью, статикой, а не динамикой.
Вот уж, правда, как говорит моя подруга писатель Мария Демина: «Я стараюсь, чтобы начало показало активное действие – чтобы читатель увернулся от летящего чайника».
Здесь и сейчас. Настоящее – суть изменения прошлого и будущего. И все зависит от действий героя.
Есть только миг между прошлым и будущим.
Именно он называется жизнь.
Все статьи в подборке "Сюжет"
© Алексей Ладо
Буду рад вашим отзывам.
писательство писательское мастерство как написать книгу начинающий писатель литература