Когда тебе за шестьдесят, Не так деревья шелестят, Земля вращается не так, И всем мечтам цена — пятак. И пару слов «дорога к дому» Воспринимаешь по-другому, Не так, как в детстве, а иначе… Была бы дача, жил на даче, Сгребал бы листья, жёг костры, И были бы не так остры Воспоминанья и виденья, Будь на природе целый день я. А, может, глупости всё это? И чтенье Нового Завета Всего полезней старику? Не знаю. Дальше волочусь, Молясь в себе: «Изыди, грусть!» Всё в мире сущее от Бога, За шестьдесят не так уж много, И пусть не ёкает в груди: «Что там маячит впереди?» Маячит, значит, там маяк, Маяк есть свет, а свет не мрак, На этот свет надежды зыбкой Иди и благостной улыбкой Свети себе и для людей, И ни о чём не сожалей, Как будто снова ты — ребёнок… Николай Зиновьев
Когда тебе за шестьдесят,
Не так деревья шелестят,
Земля вращается не так,
И всем мечтам цена — пятак.
И пару слов «дорога к дому»
Воспринимаешь по-другому,
Не так, как в детстве, а иначе…
Была бы дача, жил на даче,
Сгребал бы листья, жёг костры,
И были бы не так остры
Воспоминанья и виденья,
Будь на природе целый день я.
А, может, глупости всё это?
И чтенье Нового Завета
Всего полезней старику?
Не знаю. Дальше волочусь,
Молясь в себе: «Изыди, грусть!»
Всё в мире сущее от Бога,
За шестьдесят не так уж много,
И пусть не ёкает в груди:
«Что там маячит впереди?»
Маячит, значит, там маяк,
Маяк есть свет, а свет не мрак,
На этот свет надежды зыбкой
Иди и благостной улыбкой
Свети себе и для людей,
И ни о чём не сожалей,
Как будто снова ты — ребёнок…
Николай Зиновьев