Написано в соавторстве с Алексеем Карповым
Лицо мамы в зеркале исказилось. Очертания её фигуры размылись, из-под верхней губы показались клыки. Зрачки расширились. Хищно облизнувшись, она уже собиралась сделать шаг к нам, когда её откинуло в сторону, а вместо неё показался мужчина в сером, старомодном плаще. Я отскочила, схватила Лизу за руку и рванула к двери. Выбегая из комнаты, напоследок обернулась и увидела, как тот мужчина, которого я видела в зеркале, запрокинул голову медиуму, вонзается клыками в горло и пьёт её кровь.
С собой этот вампир принёс запах подземелья, сырости и тлена. Так пахнет мир мёртвых. Однако, при виде крови вместо страха я почувствовала лёгкое головокружение и голод! Мне вдруг захотелось присоединиться к пиршеству! Слизать тёплую струйку с оголённой шеи, не дав пролиться ни единой капли. Но Лиза вовремя схватила за руку, сбросив тем самым наваждение, и потащила за собой. Мы выскочили за дверь, запрыгнули в машину, и понеслись прочь от этого жуткого места.
– Что это было?! – дрогнувшим голосом спросила Лиза, вцепившись мёртвой хваткой в руль автомобиля. – Ты это видела? Он убил её! Он её убил! Господи. Что за псих? Он что – за зеркалом всё это время стоял? Надо сообщить в полицию.
– Нет, он вышел прямо из зеркала, и нет, в полицию нельзя, – твёрдо ответила я, – что-то мне подсказывает, что вся эта история как-то связано с той книгой, о которой мне мать рассказывала в детстве.
– Значит, ты вспомнила?
– Да, кое-что.
– И где сейчас эта книга?
– Я не знаю. Последнее, что помню, как мама отдаёт её мне, и я кладу её у себя в комнате, а что про трость скажешь?
– Трость?! Нам отдали её в больнице, куда маму доставили на скорой. Но что-то дома она мне давно не попадалась. И что же нам теперь делать? Этот сумасшедший будет искать нас. Ведь мы всё видели…. Видели, как он….
– Поехали к твоему детективу. Как там его – Петр Олегович?
– Да.
– Может, подскажет чего дельного, да и сам пусть полицию вызовет.
– Ты же не отдашь этому маньяку вещи нашей матери?
– Нет, конечно. Мы найдём им другое применение.
Детектив оказался на месте. Мужчина в преклонных годах, одет в чёрный костюм –тройку. В глазах его читалась уверенность, спокойствие и сила духа. Он напоил нас горячим чаем и предложил шоколадных конфет. Я рассказа детективу всё с того момента, как я очнулась привязанная к больничной койке. Если не ему рассказать, то тогда кому? Даже про паука, людей с трубками в горле и без нижней челюсти, про маму, колдунью и вампира.
Он внимательно слушал, молча кивал, пообещал сделать всё возможное и потом бесцеремонно выпроводил. Сложилось впечатление, что он не поверил ни единому слову и смотрел на меня, как на умалишённую. Похоже, что на детектива рассчитывать не стоит, впрочем, как и на полицию.
Домой добрались быстро и чуточку успокоенными. Я вообще ощущала себя странно. Не тряслась от страха и ужаса как такового не чувствовала. Только за Лизу испугалась. После побега из больницы восстановилась быстро. Хоть и немощь, но силы есть. В зеркало на себя смотреть не хотелось. Если только, когда наберу десяток килограммов.
Плотно поужинали и принялись искать трость и книгу. Перевернули весь дом, но так и не нашли.
– Кто приходил к нам домой за это время? – устало выдохнула, когда все уголки квартиры оказались проверены.
– Никого особо, только твой муж заходил, – вспомнила вдруг Лиза.
– И что ему было нужно? – удивилась я.
– Говорил, что скучает, приносил торт, мы с ним пили чай.
– Возможно, захотел продать, я, не помню, но наверняка трость выглядит дорого, вот гад, – я стукнула с силой по столешнице, и она раскололась на две половинки.
– Света, как это получилось?
– Я… я не понимаю.
– Ты настолько сильна, или наш стол подточили термиты?
Вопрос не требовал ответа, и я по быстренькому удалилась в свою комнату. Завалилась на кровать. Мысли мелькали со скоростью света. Попыталась представить лицо мамы. Не получилось. Потом Книгу крови, она предстала, как наяву. Мысли плавно перетекли к трости.
Трость – это важно! – подумала, засыпая.
Стук-стук, стук-стук. Перед глазами полетели картинки. Они фотографиями кружились в вихре и разглядеть, что там изображено, оказалось сложно. Вот я стою в аудитории и получаю диплом о высшем образовании.
Стук-стук, стук-стук. Светлый класс, и мой первый урок у второклашек. Первые слёзы, когда не справилась с дисциплиной, и первые радости, когда несколько учеников заняли призовые места в Олимпиаде.
Стук-стук, стук-стук. А дальше появилось видео. Смотрела, будто со стороны. Жаркий июньский вечер. Выходной день, кажется, воскресенье. Я с мамой возвращалась домой с премьеры спектакля. Прохладный ветерок остужал наши лица, разгоряченные эмоциями и сухим воздухом концертного зала. Мы шли по тенистой аллее парка, вдыхая свежие запахи цветущих кустарников.
Стук-стук, стук-стук. Глухой стук трости об асфальт приглушил мои вдохновенные порывы. У матери болели ноги, и она не могла много ходить. Сказывался возраст. Без этой трости она уже давно не выходила на улицу. Сама трость – произведение искусства, похоже, что сделана на заказ у именитого мастера. Она похожа на сложенный зонтик, с загнутой ручки, оформленной в виде посеребряной головы орла со змеиным языком.
Присели отдохнуть на ближайшую лавочку под раскидистыми ветвями высокой ивы. Эмоции поутихли, и мы молчали в ожидании такси. Чем закончился вечер, не узнала, потому что Лиза трясла за плечо, пытаясь добудиться.
Еле продрав глаза поняла, что жутко хочу есть. Понеслась на кухню и, пока сестра не увидела, слопала килограмм сырого мяса. Но не наелась.
Пробок на дорогах не было, и мы добрались до его дома минут за пятнадцать. Пока ехали, всматривалась в окно. Улицы выглядели знакомо. Вспомнила вывеску над кафешкой, парк с лавочками. Когда зашла в подъезд, уловила знакомые нотки морского бриза. Наверх поднималась, ведомая ниточкой аромата. Перед нужной дверью остановилась.
– Ты вспомнила?
Покрутила головой, прислушиваясь к звукам в квартире. Там знакомый голос ругался с кем-то невидимым, похоже, что по телефону. Позвонила. Голос смолк. Дверь открылась рывком.
– Ты? Я же… Тебе же, – симпатичный брюнет открыл дверь, даже не посмотрев в глазок.
– Ждал кого-то другого? – отодвинула парня, и шагнула в квартиру. Уже несколько секунд моё обоняние терзал знакомо-незнакомый запах. Мне до одури захотелось посмотреть, кто так пахнет.
– Ты нашлась? – кареглазик побледнел и свалился в обморок.
– Ничего себе у тебя харизма, мужики штабелями падают, – хохотнула сестра.
Я затащила бедолагу в квартиру, а Лиза окатила его холодной водой из стакана и набросилась с расспросами.
– Ты забрал мамину книгу и трость?! – гневно выпалила она,– если не вернёшь их….
– Я…. Я…. Не пойму о чём ты…. – растерялся парень, – какая трость?
– Мы немедленно пойдём полицию, если ты сию же секунду не расскажешь нам, где они, – надрывалась сестра, обыскивая квартиру.
Схватила отросшими когтями шею Эдуарда и подняла его над полом на вытянутой руке. Злость требовала выхода.
– Ты. Посмел. Взять. Мою. Вещь? – взревела я диким голосом.
Он только хрипел.
– Ты его задушишь, отпусти, – попросила голосом Лиза. Ну вот, теперь сестру напугала. Кинула парня на пол, как мешок с картошкой.
И это его я любила? В квартире места нет свободного от женских запахов. Разных и много. Брезгливо поморщилась. А ещё витает один очень знакомый. Вот только откуда – не пойму.
– А…. Я вспомнил, – захрипел Эдик, – у меня их нет. Я продал их одному антиквару. Честно говоря, думал, что за них дадут больше. Я готов заплатить….
– Нам не нужны деньги! – вмешалась в разговор я, – кому ты их продал?! Где? Как?
– Я выставил их на продажу на сайте объявлений, – ответил виновато Эдуард, садясь за компьютерный стол, – сейчас посмотрю, как его звали.
– Потрудись уж….
– Я не знаю, что на меня нашло. Был сам не свой, будто во сне.
– Ты сможешь вычислить по ip-адресу покупателя? Ты ведь – программист.
– Да, сейчас. Но это займёт некоторое время.
Ещё просидев на неудобном диване минут сорок, получили адрес покупателя. Только вместо имени значился говорящий «ник» – Воланд. Лиза тем временем уже набрала номер телефона Петра Олеговича и попросила узнать, кто живёт по этому адресу. Детектив пообещал выяснить и назначил встречу на станции метро через час.
– Голова! – похвалила сестру. – Лиза, а давай покушать куда-нибудь заедем. Желудок урчал. Лиза странно посмотрела, но спорить не стала. Умяв два горшочка жаркого, пару тарелок салата и закусив куриными крылышками, выдохнула с облегчением.
– Ну вот, теперь можно и на встречу с детективом ехать.
Увидев в конце платформы широкополую чёрную шляпу и чёрный плащ, закатила глаза. Седая бородка делала похожим его на англичанина.
– Никакой конспирации, его же за километр видно, – изумилась я. Мне всегда казалось, что сыщики должны передвигаться незаметно. Радостно улыбаясь, детектив пригласил нас присесть на лавочку.
– Новостей куча, я такого никогда не видел, сначала не поверил вашим словам, но снимки с дрона, который пролетел по этажам больницы – это нечто. Он протянул пачку фотографий, и мы принялись их просматривать. – Больница принадлежит роду Фирсовых, – продолжил он свой рассказ. Древние и богатые. В большинстве своём нормальная клиника. Только три этажа закрыты. Мне удалось запустить туда миниатюрный дрон. Достал по случаю. Он не больше мушки, но изображение передаёт отлично. Я такого ещё не видел, хотя пожил достаточно. Удивляюсь, как тебе удалось сбежать, там охрана на высшем уровне. Даже персонал проверяют на входе.
Мы с Лизой ответить не могли, потому что снимки впечатляли.
– Весь седьмой этаж занимают палаты с испытуемыми. Они, как и ты все лежат, привязанные к кроватям. На восьмом находится лаборатория. Девятый – забит умалишёнными. Больше всего поразила лаборатория. В круглых колбах от пола до потолка, заполненных жидкостью плавали существа. Людьми назвать их уже было нельзя. Лишние конечности в виде хоботов, щупалец, лап, наростов торчали из тел. У других отсутствовали некоторые органы. Три глаза, шесть ног – смотреть на всё становилось невозможно. Те, кто пережили опыты, находились в палатах.
Лиза отложила фотографии, отошла на пару шагов, и её вырвало. Я держалась, но тошнота накатывала волнами. Сложив фотографии стопкой, решала, что делать дальше.
Громкий крик заставил обернуться. За спинами стоял уже знакомый вампир. Кучка людей с оружием бежала к нам. И они не были полицейскими.
– Всеволод, нет, – крикнул один из бежавших, прицеливаясь в вампира. Тот нагло ухмыльнулся и протянул руки с длинными когтями к сыщику. Секунда, и голова со шляпой летит навстречу нападающих, а длинные когти устремились ко мне. Кровь, толчками вытекающая из того места, где только что находилась голова детектива окатила меня горячей волной. Среагировать сразу не успела, но опомнившись отпрыгнула в сторону раньше, чем тело Петра Олеговича сделало несколько шагов и упало на серый кафель платформы. Лиза завизжала. Всё происходило, словно в кошмарном сне. Пассажиры тоже заметили безголового человека, шатающегося на перроне и заливающего всё вокруг фонтаном крови. Началась паника. Люди бежали, сталкиваясь друг с другом и падали кто куда. Некоторых выкинули на рельсы.
Вампир снова ухмыльнулся, глядя на меня. Пуля, отбросила его на пару метров, но он поднялся. Выстрел, ещё один. Люди в длинных плащах с лицами, прикрытыми повязками приближались, стреляя в вампира. Видно, что каждая попавшая в него пуля причиняла боль. Он морщился. Вампир морщился! От такого количества пуль, что всадили в него, другой уже был трупом, а он только морщился. Когда до нас оставалось метров пять, Всеволод решил испариться.
– Опять упустили, – зарычал человек, стягивая со злостью маску с лица. – Кто вы? – обратился он уже к нам.
Лиза так и седела на корточках возле стены, где её стошнило. Я, вся в крови детектива стояла ни жива, ни мертва, не понимая чего ожидать от пришедших.
– Мы охотники на вампиров, – соизволил представиться главный, – почему Всеволод напал на вас?
– Мы не знаем, – отмерла Лиза. Она встала, подошла ко мне, достала из сумочки влажные салфетки и начала оттирать кровь с лица.
– Смотри-ка, какой улов, – задумчиво поднимая фотографии с пола, обратился один из охотников к главарю. – Откуда это? – жёсткий, прожигающий взгляд прошёлся по нам с сестрой, и вся команда окружила нас.
Вокруг кружил хаос, но никто не дёргался, чтобы уйти.
– Я лежала в больнице, и в лифте столкнулась с человеком без нижней челюсти. Он казался таким страшным, что когда я выписалась, наняла частного детектива, чтобы понять, что происходит в больнице, – сказала полуправду я.
– Она не врёт, – крикнул кто-то из команды. Ещё один доставал удостоверение детектива из плаща сыщика. Удовлетворённый ответом главарь решил просветить бедных девушек.
– Вы уже поняли, что на вас напал вампир? – мы сделали удивлённые лица. Тот только снисходительно хмыкнул. – Фотографии мы забираем, и с больницей разберёмся тоже сами, а красивым куколкам нужно искать женихов и ходить на свидания, а не ввязываться в борьбу между вампирскими кланами.
– Кланы вампиров? – Лиза удивилась, причём по-настоящему. Главарь довольно покачал головой. – Многие годы между кланами идёт борьба за власть, территории, людей. Каждый клан пытается улучшить генетику. В лабораториях пытаются найти решения невосприимчивости вампиров к свету. Улучшить кровь людей, создать воинов, безразличных к боли и другим травмам. Убить вампира может только свет и осиновый кол в сердце. Даже серебряные пули лишь немного ослабляют, но не убивают тварей, – главарь вываливал на нас новую информацию, так необходимую сейчас, сам того не зная.
– Спасибо, что спасли, мы пойдём? – Лиза начала пятиться, утягивая за собой и меня.
– Идите, и не высовывайтесь по ночам, что-то от вас этому Всеволоду надо.
– Может у него с детективом счёты были? – предположила я.
– Не знаю, всё может быть, будьте осторожны, вы теперь знаете другую сторону Санкт-Петербурга.
Рванули до ближайшего туалета, чтобы отмыть кровь.
– Что думаешь? – слишком серьёзно спросила сестра, стягивая с меня куртку.
– Он охотится именно за нами, и это только начало, – со злостью стукнула кулачком по раковине. – Такой хороший человек погиб из-за меня.
– Что это было, чёрт побери! – выругалась Лиза, – во что мы с тобой впутались?!
– Вампиры…. – спокойно ответила я, – они существуют.
– Что ты такое говоришь?! Какие вампиры! Он руками оторвал голову Петру Олеговичу! Всё! Теперь нам точно нужно обратиться в полицию.
– Они и без нас уже всё знают. Наверняка кто-то уже позвонил, и на место происшествия едет следственная группа. В метро есть видеокамеры, так что нас тоже скоро найдут. Но они не смогут защитить. Сейчас на карту поставлены не только наши жизни. Рано или поздно он доберётся и до нас, и полиция не сможет его остановить. Готова поклясться, что видеокамеры не засекли этого вампира. Ты ведь видела собственными глазами, как он буквально испарился. Ещё чего доброго подозрения падут на нас. Ведь мы были ближе всех к детективу в момент его смерти.
– Да, ты права. Ты всегда была рассудительнее меня. Так, что нам теперь делать?
– Наведаемся к антиквару. Судя по навигатору, по адресу, который дал нам Эдик, находится антикварная лавка. Нужно действовать, пока он наши вещи не перепродал.
– Согласна, но справимся ли?
– Посмотрим. Гони туда. Возможно, нам повезёт, и мы успеем выкупить их.
Антикварная лавка оказалась совсем не такой, какой я её себе представляла. Рассчитывала на маленькую контору с колокольчиком за дверью, но это оказался трёхэтажный, современный дом в частном секторе, больше похожий на музей. Камеры видеонаблюдения, высокий забор, фруктовые деревья, большие арочные окна, занавешенные шторами. Над дверью, в самом деле, висела табличка, говорившая о том, что здесь находится антикварная лавка.
– Похоже, что магазин закрыт, – заключила сестра, заглушив двигатель, – что теперь будем делать? Тут повсюду – камеры.
– Есть у меня одна идея, но нужна помощь Эдика.
– Что ты задумала?
– Узнаешь. Пусть помогает. Смог продать чужие реликвии, пусть помогает вернуть. Набрала номер бывшего, и обрисовала ситуацию.
– Нужно свести несколько покупателей в одном месте. Все они люди богатые, значит приедут с охраной. Возникнет конфликт, и вы под шумок проберетесь, – выдал ценное предложение Эдуард. – Когда я продавал трость с книгой, мне делали предложения ещё несколько людей, сейчас я им назначу встречу, а вы уж там не оплошайте.
Мы сидели в своём укрытии – на чердаке заброшенного дома неподалёку, с явными признаками курятника. Пахло соломой и куриным помётом, но зато открывался хороший обзор на антикварную лавку.
С наступлением сумерек к антикварной лавке начали подтягиваться машины с тонированными стёклами. Пока ещё было не понятно, кто из них кто.
– Смотри, – толкнула меня в бок Лиза, – это же те самые охотники, которых мы видели в метро.
Люди, хотя мне показалось, что они нелюди подкрадывались к тонированным машинам. У ворот собралось человек сорок. Намечалось явно нечто грандиозное.
На скорости к остальным машинам подъехала малолитражка. Первая стрела вылетела прямо из приоткрытого окна автомобиля и поразила вампира, который тут же рассыпался прахом.
«Ага, значит тут вампиры и охотники. Интересно, а простые люди есть?».
Потом послышались выстрелы и звон мечей. Охотники и вампиры перешли на ближний бой, но это уже происходило на участке. В доме зажёгся свет. Раздался звук выстрелов и ударов стали о сталь. На мечах дерутся что ли?
– Пора, – шепнула я сестре, и мы спустились по приставной лестнице на землю, словно шпионы. Двинулись вдоль забора, подальше от основных действий. Прокрались во двор и поднялись по уличной лестнице на балкон второго этажа.
Вампиры двигались быстро, очень быстро, но и охотники не уступали им в скорости, силе и ловкости. В битве глаз человека улавливал их, как мелькающие тени или размытые силуэты. Драка переместилась в дом. Снизу доносились звуки сражения, треск ломающейся мебели и звон бьющихся стёкол. Трость с серебряным набалдашником в виде головы льва и Книга крови в потёртой кожаной обложке нашлась в шкафу за стеклянными распашными дверцами, а дверца оказалась закрыта на замочек. Ударила локтём по стеклу, но только больно ушибла руку. Стекло оказалось пуленепробиваемое. Труп хозяина дома обнаружили на лестнице. Он лежал вниз головой, раскинув руки. Человек. Иначе, после смерти, он испарился бы. Лиза заметила ключик на его шее. Он подошёл к замку. Забрав артефакты, тем же путём вернулись в машину мимо вампиров, что продолжали драться. Довольная улыбка не сползала с моих губ. Адреналин играл в крови. Хотелось расцеловать всех, кто участвовал в авантюре.
Домой возвращаться не рискнули, решили спать прямо в машине, откинув кресла сидений. Самое лучшее место для отсидки – побережье Финского залива, где морской бриз заглушал наш запах. Неизвестно, кто одержал верх в битве в доме антиквара. В любом случае обе стороны захотят владеть этими, по всей видимости, очень могущественными артефактами. Перед сном я долго наблюдала как чёрные и тяжёлые волны, обрушивались на берег. Никогда моя жизнь не будет прежней.
Треск и шум местной радиостанции заставил резко подскочить. Лиза крутила ручку магнитолы, настраивая звук.
«Бандитский Петербург полностью оправдывает своё название. Только этой ночью было совершено нападение на антикварную лавку, а в частной клинике Фирсовых произошёл теракт, – вещала диктор прокуренным голосом. Похоже, что охотники узнали о кормушке и логове вампиров. – В четыре утра прогремело несколько взрывов. Они оказались такой мощности, что от верхних этажей здания больницы остались только металлические конструкции».
– Видимо, конец шайки вампиров близок, – заметила Лиза, – до сих пор нам везло.
– Исчезнет один клан, его место займёт другой, – буркнула я, – их сотни.
– Ты-то откуда всё это знаешь?
– Потому что я – одна из них.
– Ты вампир? Ты серьёзно?
– Да. А как по твоему мне удалось выйти из искусственной комы и сбежать из больницы? Они приняли за свою, понимаешь? Кто-то заразил меня. Возможно, это был тот самый чумной доктор, а может это случилось ещё раньше.
– Сейчас нам нужно думать, как спастись, – сказала сестра, – даже, если ты – вампир, они не оставят тебя в живых, тем более – охотники на вампиров.
– Да. Ты права. Тебе удалось что-нибудь узнать из книги?
– Боюсь, что нет. Это – древний язык. Даже не представляю, какого народа.
–Дай-ка книгу сюда. Хм…. Это – язык вампиров. Ни один лингвист не сможет прочитать это.
– Но ты же – вампир. Ты должна уметь….
– Если это – Книга крови, то нужна кровь. Я думаю, что нужна моя кровь, кровь вампира, тогда я смогу понимать этот язык.
Перочинным ножиком, найденным бардачке, сделала небольшой надрез на ладони и капнула несколько капель на обложку книги. Та отозвалась. Казалось, будто её страницы на долю секунды засветились, или это так упал свет. В общем, через минуту я уже смогла читать то, что там понаписали.
Помимо текста, написанного мудрёными знаками, в книге имелось множество рисунков, схем, пентаграмм, таблиц и даже – графиков. Самый настоящий научный труд. Кто мог написать эту книгу? Явно какой-то мудрый вампир-колдун далёкого средневековья.
– Смотри, – воскликнула Лиза, останавливая, когда я листала страницы фолианта, – знакомая вещица, – она указала на рисунок медальона.
– Точно, я уже его где-то видела.
– Это – мамин. Она никогда не снимала его даже, когда ходила в ванну и когда мы ездили пляж. С этим медальоном её и похоронили.
– Тут написано, что этот оберег скрывает в человеке его вампирскую сущность. Но стоит только снять его, как человек превращается в вампира, одержимого чувством неуёмного голода, накопившегося за то время, пока вампир носил этот оберег. Таких амулетов в мире всего несколько штук.
– А вот – и наш посох Повелителя душ. Что тут написано?
– С помощью этого посоха можно как вернуть вампиру его душу, для этого надо отыскать эту душу, блуждающую по земле, так и отнять.
– Хммм…. Вот оно как. И что это значит?
– Видимо, кто-то хочет власти.
– А ведь детектив что-то говорил про Всеволода перед смертью. Благодаря посоху этот вампир мог стать Повелителем и сейчас хочет вернуть эту вещь, чтобы порабощать души, а наша мать оберегала артефакт, за что и поплатилась?
– Да, всё указывает именно на это. И пока Всеволод жив, зверства не прекратятся. Вдвоём мы не справимся. Нам нужна помощь охотников.
– Но ведь ты – вампир, а они – охотники на вампиров. Я не думаю, что они нам помогут. Скорее заберут посох, а тебя убьют.
– Именно поэтому нам нужен амулет нашей матери.
– Но ведь он – в могиле.
– Я знаю. Мы должны достать его.
– Это – аморально, к тому же осквернение могил – это противозаконно.
– А держать людей, как сосуды для крови – это законно? Мы должны остановить этот кошмар любой ценой, иначе он никогда не закончится.
Полистав ещё немного книгу, я наткнулась на имя Всеволода Брюхоморозова. Высший вампир. Настолько древний, что и сам не знает, сколько ему лет. Место его обитания – сумеречный мир, тесно соседствующий с миром людей. Попасть туда можно только с помощью одного заклинания и порталов, которыми являются зеркала.
– И что теперь? – спросила Лиза, – ты правда веришь во всё это?
– А ты?
– Я уже не знаю, во что верить, а во что – нет. Но Всеволод шагнул тогда именно из зеркала. А наша мать? Она тоже стала вампиром? Что тут ещё написано про посох?
– Души полностью подчиняются владельцу посоха. С его помощью можно вернуть душу вампиру, которую тот теряет при обращении, можно заставить её служить себе, или отправить ту на перерождение. Чтобы вернуть душу в тело, нужно её призвать. Направить посох на неё, прочитать заклинание и душа вернётся в тело. На каждое действие нужно своё заклинание. Для активации посоха необходимо капнуть крови на язык льва и прочитать заклинание. Тогда артефакт будет служить только этому хозяину до самой его смерти.
– Капай и читай, нам мамину душу спасать надо, – поторопила сестра. – Давай быстрей, так по крайней мере никто не заберёт посох просто так. Нужно достать амулет, и убить этого Всеволода. Это – единственный путь.
– Значит – на кладбище?
– Да, но сначала трость, – сестра многозначительно посмотрела на нож.
Вздохнула, и снова сделала небольшой надрез на ладони. Приложила к змеиному языку, и тут же из пасти ударил яркий сноп света. Рассыпался туманом, концентрируясь вокруг меня. Он окутал тело на несколько секунд и резко погас. Сильная головная боль как неожиданно началась, так же неожиданно и исчезла. Только после в мозгу оказались знания заклинаний, обрядов. А так же узнала и то, что посох никогда не принадлежал вампирам. Они им нагло пользовались, подчиняя души невинных существ. Книга и трость приняли меня потому, что во мне течёт ведьминская кровь. Испокон веков наш род помогал душам невинных уйти на перерождение. И это не только вампиры, но и оборотни, что тоже, оказывается, живут в нашем мире.
Я ещё немного полистала Книгу крови, и вдруг оттуда выпал небольшой листок, исписанный маминым подчерком. Дрожащими руками развернула тетрадный лист и начала читать.
«Света, раз ты смогла открыть эту книгу, то она твоя. Расскажу то, что пыталась донести до тебя раньше. Надеюсь, ты готова.
В мире живёт много нелюдей: вампиры, оборотни, разная нечисть. Наш род – ведьмы. Таких как мы тоже много. У каждого рода свой дар. Наш – провожать души умерших за грань или возвращать в тела. Такое, хоть и редко, но тоже бывает. Капни капельку крови на трость, и она признает тебя. Как это работает, поймёшь после инициации. Все ритуалы найдёшь в книге. Хочу предупредить о Всеволоде. Это древний вампир. Он живёт в Сумрачном мире, что находится параллельно нашему. Он охотится за посохом. Пятьсот лет назад ему удалось украсть его, но у моей мамы, твоей бабушки получилось вернуть его в род. Но могущество развращает. Он не остановится. Помни: посох – ключ к душам нелюдей. Удобно иметь безропотных рабов. Будь осторожна. Он приходит через старинные зеркала. Современные защищены. Люблю тебя и Лизу. Стань настоящей ведьмой и не дай себя в обиду».
Вампиры, оборотни, нелюди, я словно попала в кино! Она ведь это несерьёзно? Прикусила язык острым зубиком, пробежалась кончиком по клычкам. Серьёзно! В голове сама собой появилась картинка, как проводить душу на перерождение.
Несколько минут не могла прийти в себя. Ещё раз перечитала послание, и смахнула слезу.
– Насколько я знаю, вампиры боятся распятий, запаха чеснока и убить их можно, только пронзив сердце осиновым колом, – задумчиво проговорила Лиза.
– Всё это сказки. На деле это не работает.
– Его надо убить, – закричала сестра.
– Ух, какая кровожадная, но тут я с тобой полностью согласна. Нужно подготовиться к походу на кладбище.