3.
Эвана заметили. Одна машина резко сменила курс и по пологой траектории пошла прямо на него. Нет, это вовсе не вертолёты. Нечто похожее на самолёты. Только треугольные. Равнобедренные треугольники с тремя фонарями кабин.
Скорость двести, высота тридцать, дистанция пятьдесят. Мигание. Пулемет?!
Слева от Эвана, в метре, шестью черным кустами на белом снегу выросли попадания.
– Почему?! За что?!
Машина взмыла ввысь, накренилась и широким кругом пошла на второй заход.
Другой «треугольник» кружил над посёлком, там тоже поднимались снежно-земляные фонтаны.
Бежать! Со всех ног бежать! Прятаться. Это сумасшествие! Дикость! Варварство!
На счёт «двадцать три» «треугольник» зашёл со спины и поднял девять «кустов» в шестидесяти сантиметрах справа.
До кузницы сто метров. Будет третий заход. Снег, ухабы, скользко. Спрятаться за стенами Эван не успевал.
Два, три, четыре…
Не выпускать из виду, двигаться перпендикулярно его курсу. Это снизит вероятность попадания.
Двадцать три, двадцать четыре, двадцать пять…
Скорость сто восемьдесят, высота сорок, дистанция триста.
Эван остановился, вскинул руку навстречу машине, выставил средний палец: в прицел должно быть видно, злость стрелку помеха, кто бы он ни был. После резко дёрнулся влево, побежал.
Дюжина «кустов» мимо.
Девятнадцать, двадцать…
Он успел. Добежал. «Треугольник» дал «слепую» очередь по кузнице, прошил её насквозь, изуродовал ведро, перебил рукоять молота.
Жени внутри не оказалось.
Поселение будто вымерло. Все попрятались.
В кузнице плюс пять. Сила тяжести – шестнадцать: усталость, уныние, непонимание.
Нападение закончилось. Они улетели. В сторону гор.
Тридцать децибел – «бум», двадцать – «там-там».
Эван постукивал молотком по наковальне. Без надобности. Просто, чтобы подавить тошнотворное чувство одиночества, ощущение тупика сознания.
Люди били в набат. Значит, знали. Значит, такие налёты происходили раньше.
Он ни о чём подобном не слышал. Никогда.
«Бум, там-там», «бум, там-там».
– Что это было?
Кузнец приехал верхом на гнедой лошади, привёз что-то в двух больших сумках с чёрными пластиковыми змейками, с липучками.
– Сафари. Помоги. Я отвяжу, а ты придержи вторую, чтобы не упала. Смотри, тяжёлая.
– То есть?.. Как это, сафари?!
– Просто. Охота на людей.
Верёвка альпинистская. С карабинами. Сумка неподъёмная. Эван едва не уронил её в снег. Снова запах «Оурнайт». Едва уловимый. Нет, показалось.
– Но ведь это преступление! Это же варварство!
– Все живы? – спросил Женя.
– Не знаю. Я прятался здесь, а после… Я не выходил.
Эвану стало стыдно: зачёт по первой медпомощи он сдал на «отлично». Встречаться с Женей взглядами не хотелось.
– Варварство, говоришь? Так ведь варвары – это я, тётка Сима, все они! И ты тоже теперь варвар. Привыкай.
– Я?! Варвар? Почему?
– Отсюда нет выхода. Инфразвуковые ловушки. Слышал о таких?
Эван кивнул, но не слишком уверенно. Кузнец продолжил:
– Если начало тошнить, значит, ты попался. Следом появляется безотчётный страх, паника, а после разрываются внутренние органы. Можешь испытать на себе, если хочешь.
Минус десять градусов. Сила тяжести – двадцать: плющит от этой жестокости.
Высшие ценности, свободное общество, права человека, демократия… Единство непохожих…
Женя говорит об этом спокойно. Привык? Быть мишенью, животным в сафари-парке? Варварство!
Погиб старик. У порога своего дома. Не успел, не добежал.
Тит (кроличья шапка) недавно плакал: глаза, щеки красные, влажные. Это его дед в гробу.
Появился Колян (лисья шапка). Угрюмый. Заметил Эвана, отвернулся.
– Я теперь понимаю, – сказал Эван. – Мы просто летели домой.
Колян сделал вид, что не услышал.
Подошёл кузнец, положил Эвану руку на плечо.
Демонстрация покровительства?
– Спасибо, что ты меня спас.
– Благодари себя и того парня, которого тащил.
– Как это?..
– Ты то, что ты делаешь.
Ллойд. Все, что он сделал полезного за всю свою не слишком долгую жизнь – это вовремя умер. До самой смерти он занимался лишь тем, что пил виски и терял работу. Бабушка Сьюзен тут же находила ему новую. Он пил и терял, она находила: цикл, пока… Конец цикла.
Сьюзен умела искать. Ксению она нашла на вечеринке. Не сразу. Спустя девять месяцев. Или семь. Дедушки у Эвана не было. Тайны отцовств – это семейная традиция, связующая нить: Ксении с Эваном, Сьюзен с Ксенией. И с Ллойдом тоже, но ему безразлично. И теперь, и было до того, как… Земля ему пухом. И четверть креста.
Эван, сколько себя помнил, пытался сковырнуть «семь печатей», но кроме акустической гитары – «Буря. Стылый ветер…» – ни зацепок, ни намёков не было. Он или нет? Да и кто он – этот кантри-Джек?
Продолжение следует...
Ранее:
За перевалом-1
Автор: Емша
Источник: https://litbes.com/za-perevalom/
Больше хороших рассказов здесь: https://litbes.com/
Ставьте лайки, делитесь ссылкой, подписывайтесь на наш канал. Ждем авторов и читателей в нашей Беседке.
#проза #рассказ @litbes #литературная беседка #дом #сын #дерево #главные ценности жизни #мир #жизнь Героическая фантастика Антиутопия