Розги отменили в учебных заведениях России сто лет назад. Но не в семье. Некоторые родители по-прежнему воспитывают детей с помощью ремня или подзатыльников. Только результат этого воспитания порой прямо противоположен желаемому. Ребёнок учится врать, чтобы избежать наказания, или воспринимает насилие, как норму. Он накапливает агрессию, вымещая её потом на тех, кто слабее. Наступает момент, когда может попасть уже и самим родителям.
Фёдор учится в 9 классе. Учится хорошо, занимается спортом, активно участвует в школьной жизни. Только одноклассники относятся к нему настороженно. Иногда парень – сама доброта, иногда может из-за какой-то мелочи подраться. Причина в воспитательном воздействии папы Фёдора, который периодически устраивает сыну «выволочки». После этого Фёдора лучше обходить стороной, так как он может ударить, даже если ему не понравился чей-то взгляд или интонация.
Игорь - отец Фёдора, к психологу приходит с явной неохотой. У него есть чёткие взгляды на процесс воспитания, и расставаться с ними он не собирается. Он уверен, что всё хорошее, что есть в сыне – следствие наказаний. «Если бы я его хвалил, он бы не учился и спортом не занимался. А как накажешь, надолго хватает. Сейчас то и дело самостоятельность свою пытается показывать, но я из него это выбью». Игоря воспитывали мать и бабушка. Обе работали, особого внимания ему не уделяли, но строго наказывали за любой проступок. Игорь говорит, что благодарен им за такое воспитание. «Вырос, выучился, руковожу производством. Меня и на работе все боятся. Поэтому и работают хорошо». Вспомнить, что он чувствовал в детстве, когда его наказывали, мужчина не хочет. «Что вспоминать? Я тот ещё разгильдяй был! Если бы не ремень, не знаю, где бы сейчас был».
На самом деле, он боится вспоминать, потому что пережитые в детстве сильные негативные эмоции и физическая боль заблокированы в памяти. Наша психика создаёт надёжные механизмы защиты – вытеснение и отрицание. Если не думать и не вспоминать, то прошлого вроде бы и не было. А если вспомнить и понять, что мама и бабушка были неправы, то рушится стройная система мира: родители всегда правы, они умнее. Взрослый Игорь повторяет поведение своих родителей, причём, не только с сыном, но и с подчинёнными.
Пришлось потратить немало времени, чтобы вспомнить что-то хорошее о том, маленьком, Игоре. Оказалось, что он очень любил маму и бабушку, всегда старался сделать уроки к их приходу и убраться в своей комнате. Но не потому, что боялся наказания, а потому что жалел их. «Они приходили такие усталые! Я старался налить чаю, сделать им бутерброды. Но меня никогда за это не хвалили». Зато часто ругали, не разрешали гулять с ребятами. Причём, не всегда причиной было поведение мальчика. «Мама иногда просто вымещала на мне своё недовольство жизнью. Если я видел, что она пришла в плохом настроении, то старался спрятаться». И тут Игоря осенило: «Но ведь мой сын делает так же! Неужели я копирую свою мать?». Потом вспомнились и другие моменты из детства: как обидно ему было, когда мама ударила его по лицу прямо на улице, когда она подумала, что сын курит. А он единственный из их компании не курил. Зато все ребята видели, как мама его унизила. «В тот момент я её ненавидел! Я даже сейчас ощущаю себя так же: ненужным, плохим, позором семьи. Но я ведь таким не был. Неужели мой сын тоже меня ненавидит?».
Результатом разговора стал вывод: «Я понял, что физические наказания и оскорбления – не метод воспитания. Я не хочу, чтобы мой сын меня боялся и ненавидел. Я хочу быть ему другом. Только этому придётся учиться».
Действительно, учиться придётся. Мало сломать прежние установки. На их месте нужно создать новые, эффективные и позитивные. Физическое и психологическое насилие не способствуют формированию личности ребёнка. Для этого нужна родительская поддержка, которая даёт уверенность в собственных силах и формирует адекватную самооценку. Прошлое изменить невозможно, тем более, нельзя исправить поведение родителей. Но мы, взрослые, можем стать заботливыми родителями для своего Внутреннего ребёнка, дать ему ту любовь, которую он не получил в детстве. А для начала понять его и принять те чувства и эмоции, которые он испытывал. Это поможет не только пережить детскую травму, но и стать самодостаточным взрослым, который действует не по навязанные ему установкам, а в соответствии со своими взглядами и моральными нормами.