Список Шиндлера. Повторение

Для тех, кто не может до сих пор понять: за что же Международный уголовный суд выдал ордер на арест бедного президента и достойной женщины – детского омбудсмена, но у кого ещё осталась капля человечности, посмотрите недавнюю статью в CNN: Как в оккупированном Херсоне опричники – извиняюсь за “опричники”, – полицаи изымали детей из приютов и больниц; как работники прятали их по подвалам и старались подменять списки; как детей в больницах подключали к медицинской аппаратуре, чтобы создать у полицаев впечатление, что они нетранспортабельны…

Потом поверните эту историю на 180 градусов и подумайте: а как вы бы отнеслись, если бы это были бы российские дети?

Не бывает “своих” и “чужих” детей. Но только по какому-то дьявольскому измышлению полицаи говорили сотрудникам, что это теперь – “российские дети”.

И что, на этом основании их можно изымать и куда-то увозить?

Нет “своих” и “чужих” детей; если изымают “чужих”, то то же будут делать и со “своими”. Да, я имею в виду Машу Москалёву. Повторю свой давний тезис, что не бывает отдельно зла, обращённого “наружу”: такое же будет направлено и “внутрь”. Какой именно “мир” несут “освободители”? Какой ценой это оплачено? Детскими слезами? Вы Достоевского (давно) читали? Ещё повторю, что суд в Гааге должен будет рассматривать и “внутренние” дела, ибо не бывает одного без другого.

Задолго до первого выписанного им ордера, я писал, что доживём, доживём…

Злодеяния копятся; жернова мелют…

Доживём.

Мне скажут (по поводу первой части), что я слишком категоричен.

Возможно. Каждый человек пропускает события через призму своего (исторического) опыта.

Мою бабушку во время немецкой оккупации люди прятали по подвалам. Она не должна была остаться в живых – по нескольким “параметрам”. Они это знали. Они также знали: что будет с ними, если её у них найдут. Но они прятали.

Это также знали освободители. Поэтому они и задали вопрос: “Почему выжила?”

Но люди опять её спасли: на этот раз от своих. Никто не побоялся сказать: почему.

Когда мне говорят, что “там фашисты и нацисты”, я спрашиваю: “Где?”

В нашей – как и в соседней, – стране у огромного количества семей такие же или похожие истории.

Посмотрите эту статью в CNN и примерьте её к истории своей семьи.

Хотя… сами знаете, какие сейчас времена.

*****

Война срывает все покровы, все маски. “Повторения” случаются там, где их никто не ожидает. Уходя опять в область личного опыта, я расцениваю то, что против меня не стали возбуждать дело, как повторение моей семейной истории с бабушкой.

Каждый на своём месте пишет свой персональный “список”.

Но как можно было по сути посылать полицаям сигнал, что человек, который тебе доверился, ещё “там”?

Неосторожность? Глупость? Ошибка?

Оставим это на совести того, кто это делал.

Потом, когда всё закончится и будут подниматься все дела и читаться все списки, и у белорусских товарищей возникнут свои вопросы к своим опричникам, нужно будет не забыть и этот эпизод: понятно, что они – вассалы и им приказали, но ведь они же могли “не найти”.

Кстати, российские тоже выдавали людей “батьке”. Так что взаимные списки будут сверяться и вычитываться долго. Но рано или поздно, они будут составлены.

“Проверка, она для всех проверка”.

Не надо читать “вражескую” CNN; посмотрите “О бедном гусаре замолвите слово”.

Там всё в тему, как будто – сегодня.