Или что такое конструктивизм.
🔸️🔸️🔸️
Татлин, тайновидец лопастей
И винта певец суровый,
Из отряда солнцеловов.
Паутинный дол снастей
Он железною подковой
Рукой мертвой завязал.
В тайновиденье щипцы.
Смотрят, что он показал,
Онемевшие слепцы.
Так неслыханны и вещи
Жестяные кистью вещи.
(Велимир Хлебников, 1916)
🔸️🔸️🔸️
Почему я начала с Татлина? Потому что именно ему принадлежит авторство первой, еще не архитектурной, но художественной концепции конструктивизма.
Идея, собственно, простая: КОНСТРУКЦИЯ становится основой выразительности.
Адепты: Владимир Татлин, Александр Родченко, братья Стенберг, Александр Веснин.
Манифест: Башня III интернационала, которая задумывалась аккурат как памятник живой идеи и организации.
То утопическая архитектура (вращающаяся с разной скоростью геометрия, в каждом ярусе которой должны были помещаться структуры всемирного правительства - III Коммунистического интернационала, а в самом верху они - художники как устроители новой жизни), ибо Татлина совсем не интересовали детали реализации строительства башни, высота которой предполагалась почти полкилометра, впрочем, как и ее функциональное назначение. И в этом, к слову, одно из отличий конструктивизма от функционализма - для первых важна красота и эстетика формы-конструкции, функция которой слита с ее художественным голосом, для вторых - функционал и комфорт превыше всего.
Итак. Конструктивизм. В частности, "говорящая" архитектура - ну чудо что такое! (Заха Хадид, Рем Колхас, Питер Айзенман постоянно говорили о безусловном влиянии на их творчество именно советского конструктивизма, да и до сих пор советский конструктивизм, особенно проекты Леонидова, Гинзбурга, Мельникова, братьев Весниных, Чернихова, есть азбука современной архитектуры).
Вся соль в том, повторюсь, что главным был именно художественный голос конструкции (рациональные и функциональные элементы шли уже после) - эдакая очищенная от шелухи, т.е декора, чистая геометрическая форма, ритм, контраст, масштаб, оптические эффекты, свет и цвет. И как итог - полное слияние формы и функции.
Спасибо базовому курсу ВХУТЕМАСа (Высшие художественно-технические мастерские), учившему абстрагировать формы и искать пластические выражения идеям, т.е (в нашем случае) функционалу. Иначе говоря, видеть, в первую очередь, художественно.
Художественно и очень оригинально.
Памятуя о пропаганде и воспитании, конечно.
1️⃣ КУХНЯ-ФАБРИКА завода им. Масленникова в виде серпа и молота.
Где: Самара, ул. Ново-Садовая, 149
Кто: Екатерина Максимова
Когда: 1930-1932
Кухня-фабрика - это не просто столовая, но целый пищевой комбинат, который предоставлял заводу готовые горячие обеды, клуб и спортивный центр.
Ибо то аккурат эпоха ГТО - в марте 1928 года был принят, делающий из простых людей титанов, комплекс ГТО, то есть готов к труду и обороне. Советская власть пропагандировала физкультуру на разный лад, позиционируя ее как основной фактор трудовых успехов. В каждом дворе, на пустырях, в скверах бегали, прыгали, приседали и отжимались. В детских садах и школах висели плакаты: "Вместо молитвы - зарядка", а иметь значок ГТО практически означало быть лауреатом сталинской премии - его учитывали в комсомольских характеристиках, им хвастались перед девушками, сродни подвигам Геракла.
И именно в 1920-е годы архитектура становится новым видом пропаганды и воспитания: здания громко сообщают о своей функции (той самой идеи, которую необходимо было решить пластически), по сути рекламируя новый быт нового человека.
Самарская кухня-фабрика - серп и молот - довольно не удобная в плане функционала конструкция. Но ВХУТЕМАС учил видеть шире, емче, где-то не моргая, а где-то и вовсе без век.
И вуаля: из молота-кухни по трем конвейерам готовые блюда доставлялись в серп - обеденную залу с панорамным видом. А в рукоятке молота удобно расположились спортзал, клуб и библиотека.
Увы и ах, в 1940-м, а потом и в 1990-м кухню-фабрику изменили до неузнаваемости, оставив лишь общую планировочную структуру.
2️⃣ ЗДАНИЕ-МАШИНА или Кушелевский хлебозавод.
Где: Санкт-Петербург, ул. Политехническая, 11
Кто: Георгий Марсаков
Когда: 1932
"Огромное здание цилиндрической формы со всех сторон открыто солнцу, дневному свету. Круглые залы выложены сияющей белизны кафельной плиткой. Почти не ощущается мучная пыль, хотя завод перерабатывает в сутки несколько сотен тонн муки. Весь производственный процесс, начиная выгрузкой муки из железнодорожных вагонов и до выдачи продукции - механизирован и автоматизирован, переходя по конвейеру с этажа на этаж. Сложные операции, которые казались доступными лишь проворной человеческой руке, безукоризненно выполняют замечательные машины и приборы, сконструированные советскими специалистами и образующие уникальный кольцевой конвейер" (из журнала "Огонек" об одном из хлебозаводов Марсакова, 1952), который придумал Джек.
Он же Георгий Марсаков. Именно сей товарищ на рубеже 1920-30-х годов изобрел тот самый "уникальный кольцевой конвейер", а вместе с ним и совершенно новый тип механизированного хлебопекарного завода - здание-машину (ответочка на решение пленума ЦК партии о механизации хлебопечения).
Мука со склада в подвале поднималась на верхний, четвертый этаж, а оттуда, спускаясь по кольцевой конвейерной цепочке, замешивалась в тесто, которое бродило, разделывалось и запекалось в кольцевых печах, а готовый хлеб по наклонным спускам сгружался в хлебохранилище - все без использования ручного труда (по этой схеме были построены 7 хлебозаводов в Москве и Ленинграде, которые за несколько лет полностью решили проблему поставок хлеба... в Москве и Ленинграде).
Кушелевский хлебозавод - это тот самый чисто художественный взгляд, когда форма здания полностью сливается с функционалом: инженерной красоте производственной схемы вторят выразительные цилиндрические объемы фасада. Многоуровневый массив оттеняется мощными вертикалями лестничной клетки и трубы.
А теперь нежданчик - знаете какая связь у кухни-фабрики и здания-машины? Миссия их освободить советскую женщину от "кухонного рабства".
Такое дело. Весной 1917 года советские женщины на всей территории страны получили право голосовать и быть избранными, а вслед началось, казалось бы благостное, освобождение женщин от бытовых забот: в 1920-е годы под лозунгом войны с домашними обедами как раз и строятся фабрики-кухни, назначение которых - снабжать горячим питанием советских рабочих (тот самый случай, когда идеологически верная форма определяет содержание на технологическом уровне).
Хлебозаводы-машины, как и фабрики-кухни, были призваны избавить женщину от необходимости выпекать домашний хлеб, позволяя ей ... работать на производстве полный рабочий день наряду с мужчинами. Потому что дружба, равенство, братство.
...Товарищ хозяйка,
в несчастье твое
обязаны
мы
ввязаться.
Что делать тебе?
Купить заем,
Заем индустриализации.
Займем
и выстроим фабрики пищи,
чтобы в дешевых
столовых Нарпита,
рассевшись,
без грязи и без жарищи,
поев,
сказали рабочие тыщи:
"Приятно поедено,
чисто попито".
(Владимир Маяковский, 1928).
3️⃣ КЛУБ-ШЕСТЕРЕНКА им. Русакова.
Где: Москва, ул. Стромынка, 6
Кто: Константин Мельников
Когда: 1929
Помните, как у Маяковского: "А сверху смотрела какая-то дрянь, величественно, как Лев Толстой".
Так вот тут также, только "дрянь" уж больно хороша! Да и как может быть иначе, ведь Константин Мельников один из самых экспрессивных представителей советского архитектурного авангарда - треугольники, острые углы, нависающие объемы, оконные ритмы, оконные ритмы, оконные рит...
Шестеренка, потому что строит этот клуб Мельников для работников Сокольнического трамвайного депо и вагоноремонтного завода.
Но шестеренка - это здание со стороны Русаковки (тотальный футуризм), а стороны предприятий, расположенных ближе к Яузе и построенных еще до революции в краснокирпичной стилистике, - клуб аки пароход с трубой ("громко" встречал идущих со смены рабочих новыми формами, но привычным строительным материалом).
Отдельных клубных комнат в здании нет - предполагалось, что большой зал на 1300 мест будет трансформироваться в шесть малых. Три отдельных зала (для автономной работы кружков и собраний) в нависающих над улицей объемах должны были отсекаться специальными опускающимися стенами, а два других, по бокам, на уровне партера, - с возможностью перестановки кресел.
Но увы и ах, гений Мельникова опередил свое время лет 20/30, машинерия здания так и не была воплощена.
Рабочий клуб-шестеренка стал не только манифестом Мельникова, но символом нового типа здания, той самой социально-ориентированной архитектуры 1920-х, ибо рабочих - новых жителей быстро растущих индустриальных городов - нужно было обеспечивать досугом: они больше не ходили в церковь, не имели образования ровно, как и денег, и угрожали общественной безопасности.
Вообще-то такие клубы явление не совсем новое, поскольку появились подобные заведения еще в конце XIX века и обзывались тогда народными домами. В 1920-х, наследуя типологию дореволюционных народных домов, их переименовывают в рабочие клубы (потому что учреждения эти существовали при предприятиях, а стройка финансировалась за счет профсоюзных взносов), а с середины 1930-х вновь изменяют название - дома (или дворцы) культуры. На том и порешали.
Да, традиционно Мельникова называют конструктивистом, но сам архитектор не причислял себя ни к одному из авангардных течений. Во ВХУТЕМАСе он вместе с Ильей Голосовым возглавлял мастерскую "экспериментальной архитектуры" и, думается, это лучшее определение стиля Мельникова, которого в 1930-х благополучно обвинили в формализме.
И вообще началась травля конструктивизма (и мучительные поиски настоящей "советской архитектуры").
В 1932 году, аккурат когда проводился конкурс на сооружение Дворца Советов, не без участия Сталина были сформулированы новые принципы советской архитектуры. Среди прочего читаем: "Не предрешая определенного стиля, Совет строительства считает, что поиски должны быть направлены к использованию как новых, так и лучших приемов классической архитектуры, одновременно опираясь на достижения современной архитектурно-строительной техники".
С 1930-х до конца 1955-х страна борется с "излишествами" - 4 ноября 1955 года ЦК КПСС приняло Постановление "Об устранении излишеств в проектировании и строительстве", в котором Хрущев подверг жесткой критике сталинскую неоклассику и провозгласил необходимость массового, типового, экономичного строительства, когда "Внешне показная сторона архитектуры, изобилующая большими излишествами… не соответствует линии Партии и Правительства в архитектурно-строительном деле... Советской архитектуре должна быть свойственна простота, строгость форм и экономичность решений".
Так появляется советский аналог (или вариант) ар-деко - постконструктивизм.
Военная академия им. М. В. Фрунзе в Москве аки Заупокойный храм царицы Хатшепсут в Дейр эль-Бахри или Городская баня №4 в Нижнем Тагиле, которая есть практически точная копия вавилонских ворот Иштар в Ираке, с памятью о Храме Хора в Эдфу.
Потому что больше никакой динамики, неустойчивости, оконной ритмики (т.е никакого конструктивизма), только массивы и монолиты, не порхание в воздухе, а с обильной корневой системой в земле.