Женщины. Как много лежит забот на плечах настоящих женщин. Когда идет война, и в стране достаточно мужчин, их каждодневный труд остается в тени, но стоит только числу мужских потерь перейти незримую грань, как женщины подхватывают оружие из рук, своих павших мужей, сыновей и братьев. Именно тогда очень близок момент перелома хода войны. Выстоим? Победим ли? Мы или они?
Примеров женского героизма в истории человечества множество в т.ч. числе и в истории нашего Отечества. Но поскольку я пишу на канале Ф.Д.З. об эпохе освоения Северной Америки, обратимся за примерами к колониальной Канаде. Первая (полная) официальная перепись населения Новой Франции 1667 года дает цифру в 3918 человек, одна треть из которых приходилась на женщин. А за 15 лет до этого, во времена, о которых пойдет речь. население составляло около 2000 человек, из которых примерно 200-300 человек в Монреале и его окрестностях.
Одной из жительниц Монреаля была Мартина Примо, в девичестве Месье. Она родилась в 1607 году во Франции в епархии города Руан (Нормандия), и там же вышла замуж за Антуана Примо. Супружеская чета Примо перебралась в Новую Францию в 1642 году, и не позднее 1650 года обосновалась в Монреале. Насколько я понял, у Примо не было собственных детей, но они привезли с собой из Франции приемную дочь - Катрин Тьерри (1640 г.р.), которая в 1654 году вышла замуж за Шарля ле Мойна, основателя знаменитой династии Ле Мойнов баронов де Лонгёй - первых коренных баронов Новой Франции. И, похоже, Мартина Примо передала своим внукам, знаменитым братьям Ле Мойн, если не через гены, то через воспитание их матери, мужество и хладнокровие, которое Мартина проявила по крайней мере в одном случае.
La bonne femme Parmanda
В середине XVII века Новая Франция с населением в 2000 человек вела изнуряющую войну с Союзом Пяти племен ирокезов, насчитывающих от 12 000 до 15 000 человек, из которых не менее 3000 воинов. По этим цифрам вы легко можете понять в какой непростой обстановке оказались французы, которые были не в состоянии организовать полноценную военную экспедицию против ирокезских деревень, но зато сами подвергались ежегодным опустошительным набегам.
29 июля 1652 года в двух ружейных выстрелах от форта Монреаль на Мартину Примо из засады напали трое ирокезов. По словам историка и католического священника-иезуита Долье де Кассона (1636-1701) дальнейшие события развивались следующим образом.
Женщина защищалась как львица, но поскольку у нее не было ничего, кроме рук и ног, от третьего или четвертого удар топора она замертво упала на землю. Тут же один из ирокезов бросился на нее, чтобы снять с нее скальп и скрыться с этим позорным трофеем. Но когда наша амазонка почувствовала, что ее схватили, она сразу же пришла в себя, поднялась и, еще более свирепая, чем прежде, и с такой силой схватила это чудовище за место, о котором скромность не позволяет нам упоминать, что он был не в силах освободиться. Он бил ее своим топором по голове, но она продолжала его удерживать, пока снова не упала без сознания на землю, что позволило этому ирокезу убежать со всей возможной скоростью, и это было все, о чем он думал в тот момент, потому что его едва не схватили французы, которые со всех сторон бежали на выручку.
Ко всеобщему удивлению Мартина оказалась жива, что кстати в очередной раз доказывает мою догадку, что индейцы Вудленда не производили острой заточки своим томагавкам, используя их скорее как дубинки, а не рубящее оружие.
Де Кассон продолжает:
Кроме того, за этим эпизодом последовал весьма забавный случай. Когда пришедшие на помощь французы, подняли эту женщину, один из них обнял ее в знак сострадания и привязанности. Но она, придя в себя и почувствовав, что ее обнимают, нанесла этому радушному спасителю сильнейшую оплеуху. Это заставило окружающих усовестить ее: "Что ты делаешь? Этот человек просто хотел проявить к тебе свое дружеское участие без всякой злой мысли, почему же ты бьешь его?". Она ответила на своем нормандском наречии: "Парманда [Клянусь], мне показалось, что он хотел меня поиметь". Это оправдание так рассмешило людей, что с тех пор к Мартине прилипло прозвище - la bonne femme Parmanda [славная женщина Парманда].
Судя по всему Мартина Примо полностью оправилась от ран, т.к. умерла только 29 лет спустя в 1681 году.
Присоединяйтесь к увлекательным историям эпохи Фронтира и Дикого Запада на ЯДе, в Телеграме и ВКонтакте.
P.S. Картинка без цензуры будет размещена в Телеге и в ВК.