Её обнаружили. Вернули домой. Сделали строгое внушение. Требовали подчиниться и прекратить. Стыдили. Она могла бы солгать, что согласна, и снова продолжать свои попытки, когда все забудется, утихнет. Но Исми не могла лгать. Она сама не понимала, почему ведёт себя так глупо, отрезая все пути. Подумаешь - притвориться, согласиться, усыпить бдительность. Она понимала, как надо, но что-то внутри неё, что было сильнее доводов разума и инстинкта самосохранения, - не давало ей согласиться. Она и Лидси внушала неправильные мысли. И это тоже было глупо. Чтобы выжить, Лидси должна быть послушной Старейшинам Племени. Что бы там ни думала мать - потомство надо воспитывать в духе того мира, где ему предстоит жить. Чтобы выжить. Исми не могла, просто не могла поступать по разуму, но вопреки своим смутным ощущениям, что несвобода хуже гибели. Она не понимала, почему ради блага дочери не может соврать ей, точно её язык не повиновался ей.
Лидси перевели в группу подрастающего поколения. Там она была в безопасности от влияния Исми. Может, так и лучше - утешала себя Исми. Только вот еще и без Лидси ей хотелось просто биться головой о стенку. Стенку отдельной пещеры, куда её посадили на временную изоляцию. Пока не одумается.
Группой подрастающего поколения занималась Лэри - самка, родившаяся от той же, что и Исми. Только гораздо раньше неё. Лэри была разумной и законопослушной. Она была предана своему делу, и своему самцу, хоть и не испытывала к нему никаких эмоций, как и Исми. Просто она была другая. Самец - её собственность, и за это она готова считать, что в её семье всё прекрасно. Сын Лэри, рожденный до появления новых самцов, был уже взрослым охотником, и теперь она посвящала себя правильному воспитанию чужих отпрысков. Лэри давно не общалась с Исми, считая её странной, непонятной, и несколько опасной для душевного спокойствия. А ведь это самая важная вещь в мире!
Но сейчас Лэри попросили побеседовать с бунтаркой. Узнать, каким неправильным вещам она успела научить молчаливую Лидси, из которой было трудно вытянуть какое-то признание. А заодно мягко повоздействовать на саму предсказательницу. Вдруг получится?
Исми регулярно получала энергетические порции, запертая в своей пещере. Ей приносили даже сочные плоды дерева сурган, мякоть которых обладала дурманящим действием, и листья кхаки, вдыхая аромат которых, можно было погрузится в транс, или сон. В ограниченном количестве, конечно, чтобы неправильная самка могла расслабиться, но не учудила чего-нибудь.
Лэри пришла на встречу нехотя.
- Меня попросили поговорить с тобой, - хмуро промолвила она.
- Говори! Я рада тебе, очень рада! - Исми бросилась навстречу Лэри, желая обнять. Лэри обозначила касание губами в воздухе, в пяти сантиметрах от щеки Исми.
- Так ты пришла лишь потому, что тебя попросили, - сникла Исми. Жизнь взаперти лишила её быстроты разума и реакции.
- Да! Никто же не желает тебе зла! Почему ты не понимаешь?! Мы хотим, чтобы ты была в безопасности! Я никогда не понимала тебя, но теперь! это превзошло уже любой разум! Чего тебе не хватает, я не понимаю! У тебя есть пещера, есть самец, приносящий добычу, и уважаемый Старейшинами! Живи, подчиняйся и радуйся! Есть еда, есть крыша над головой! Песни можно петь и здесь, а рисовать - украшая мисочки!
- Я знала, что бесполезно говорить с тобой... Но я была глупой. Я надеялась на чудо, я обрадовалась тебе.
- Ты хочешь встречаться с дикими самцами? Иначе для чего тебе так нужны море и лес?
- Самцом. Одним. Но это не имеет значения. Не в том смысле, мне все равно не объяснить тебе! Зная, что я могу уйти куда-то одной - я чувствую себя живой. Без всякой цели.
- Ой, да будто я не знаю! Глупости всё это! Ты бежишь к нему, рискуешь, - а он? Ему ты нужна так, как он тебе? У них там своя другая жизнь, им вообще не до эмоций.
- Знаю. Но я не могу приказать сердцу не биться - и продолжать жить.
- Так люби своего самца! Обхаживай его, старайся для него! Обними, поцелуй, заставь волноваться!
- От него в моём сердце не рождается песен. Я не могу делать это против своей воли. Мне просто тошно.
- Я не понимаю.
- И не надо.
- Ты вечно выдумываешь что-то. Зачем? Показать всем, какая ты другая?
- Нет. Я хотела бы быть как все. Так легче. Но у меня не получается. Я просто не могу.
- Я не верю.
- И не надо. Благодарю тебя за Лидси.
...
Никто не охранял её. Никому она не интересна. У неё нет больше чувств. Разве что месть. Но на это тоже нужны силы. Ей нужно восстановить их. Тогда могут появиться чувства и мысли. Только тогда.
Алиса Тишинова