В эфире радио Спутник Михаилу Хазину был задан вопрос:
Давайте поговорим о нашем сельском хозяйстве. Обещают в Правительстве поддержку больше, чем это было в 2022 году. Эту поддержку из бюджета обещают увеличить до 14 миллиардов рублей. Но опять, когда мы говорим о больших суммах, то даже вот фермер, который нас сейчас, может быть, где-то слушает в каком-то регионе России, он думает: 14 миллиардов, хорошо, а сколько дойдёт до меня? А как это поможет мне? Что значит вообще 14 миллиардов?
Михаил Хазин:
Поймите, большая часть этих миллиардов не людям предназначена. Хотя с другой стороны, я просто не знаю, как это. Я давно не занимался аграрными вопросами. Есть люди, которые в этом разбираются куда лучше меня.
Смысл следующий. У нас есть вещи, без которых мы жить не можем и которые были уничтожены в 90-е годы. Это семенные хозяйства, то есть мы жили на семенах, а потом мы сеяли чужие семена.
Дальше, зародыши. У нас была полностью разрушена племенная работа. Яйца, из которых в инкубаторах вырастали цыплята, инкубаторы мы разрушили. Это реальная проблема, этим нужно заниматься.
А еще ветеринария. У нас нету практически своих вакцин. Знаете, как-то раз меня ветеринары позвали на свою тусовку на Сицилии, российские ветеринары. Я там познакомился с дяденькой. Такой, знаете, серьёзный дяденька, к нему относились с таким почтением. Это оказался очень уважаемый человек - лучший в России коровий акушер.
И понятно, почему он такой могучий. Я один раз видел, как корова рожает. Так вот, значит, я их спрашиваю: "А зачем вы меня, макроэкономиста, позвали?"
Они говорят: "Михаил Леонидович, вы думаете, что ветеринария - это кошечки и собачки? Это хобби. Вы думаете, что это лошадки и коровки? Нет. Это на поддержание штанов. Ветеринария - это птичник на пару миллионов голов, и каждой птичке надо сделать прививку. А если вы ей прививку не сделаете, то там начнётся эпидемия и накроются все.
И по этой причине они говорят: у нас конкуренция и у нас таких птичников мало". А там, где конкуренция, там очень важна роль макроэкономики. И по этой причине у нас очень много куда есть вкладывать.
Нам нужно восстанавливать всю инфраструктуру, которая была порушена, создавать всякого рода кооперацию, потому что нам надо создавать систему переработки этой самой еды. Потому что если вы посмотрите, то вы увидите везде в магазинах одни иностранные фишки.
А молоко у нас какое? Вот вы давно пили настоящее коровье молоко? Кто сказал, что там не пальмовое масло, которое взбито миксером? А между прочим, из этого пальмового масла сыр, например, нельзя сделать. Потому что это будет не сыр. Я не хочу сказать, что пальмовое масло плохое. Может быть, оно даже полезно. Только не сделанное из него молоко. То есть на самом деле у нас реально масса проблем, реально есть куда вкладывать много денег.
Ведущий:
Не так давно в эфире с фермером разговаривал, который работает в Подмосковье, и он сказал, что его знакомый на ягодах стал миллионером. Оказывается, есть дефицит ягод, и он начал заниматься ягодами. Но в том числе нужны были и там какие-то госкредиты, чтобы раскрутить этот бизнес.
Михаил Хазин:
Да, да, они всё время нужны. И тем более в сельском хозяйстве, потому что тут нету возврата трехмесячного. И вот как вы не крутите.
Как-то раз мой друг Ваня Стариков в начале двухтысячных, когда он был председателем комитета Аграрного совета Федерации, Путину рассказывал, как устроена коровка от рождения до первого молока. Три года проходит. Она отелиться должна.
Пока корова не отелится, она молоко не даёт. А у коровы беременность аккурат 9 месяцев. То есть понимаете, она сначала должна подрасти, потом к ней надо подвести быка или искусственно осеменить. Потом она 9 месяцев беременна и только потом можно ожидать молока.
Читать продолжение темы:
Может ли наш аграрный сектор стать локомотивом нашей экономики
