Владимир Набоков известен, как прозаик, классик русской и американской литературы, а также человек придирчивый, язвительный, категоричный. Он не боялся выражать свое мнение и показаться грубым. Некоторые высказывания автора были весьма язвительными.
Расскажем о тех, кого не любил Владимир Набоков…
Биографов и интервьюеров
Всякий писатель хочет быть признанным, но не все терпят вмешательства в личное пространство. Таким человеком был Набоков. Он терпеть не мог назойливых биографов, интервьюеров, исследователей, папарацци, которые пытались вмешаться «в сокровенную жизнь» и «раскопать подробности биографии». Своим студентам литератор однажды заявил:
«Ненавижу вульгарность «сентиментальных историй», шуршание юбок и хихиканье в коридорах времени: никогда ни один биограф даже краешком глаза не увидит моей личной жизни».
К своим интервью Набоков всегда относился очень внимательно. Придирался к словам, не терпел сокращения и переиначивания слов. Иногда и вовсе переписывал и редактировал интервью. Его раздражали грубые ошибки журналистов, намеренные искажения. Некоторых представителей СМИ Набоков уличал в этом публично.
Писатель никогда не был затворником, и внимание ему льстило. Но когда репортеры переступали черту, он злился. Когда популярнейший роман «Лолита» вызвал «нездоровую шумиху», он стал источником бед для своего автора, в том числе его семьи. Набокова раздражали постоянные вопросы о том, были ли у героев реальные прототипы, но приходилось на них отвечать. Также огорчало, когда образ Лолиты пытались использовать для назойливой рекламы.
Других писателей
Многих признанных гениев мировой литературы Владимир Набоков считал «посредственными или переоцененными». Говорил об этом часто и много. Он честно признавал наличие у себя «инстинкта зло смеяться над великими» и постоянно подвергал под сомнение чужие таланты.
В одном из интервью Набоков язвительно заметил, что восхищение некоторым произведениями представляется ему:
абсурдным заблуждением, словно вы наблюдаете, как загипнотизированный человек занимается любовью со стулом.
Пожалуй, никто не критиковал других писателей так, ка это делал Набоков. Доставалось и его современникам, и классикам прошлых лет. Писательский хейт-лист был обширен. В него входило много имен. Авторам и их произведениям доставались нелестные эпитеты, например:
- Федор Достоевский – «посредственный», а «Преступление и наказание» - «ужасная тягомотина»;
- Томас Манн – «крошечный писатель», а его «Смерть в Венеции» – глупость;
- Уильям Фолкнер – «ничтожество»;
- Николай Чернышевский – «философски подслеповатый и художественно бесслухий пачкун»;
- юного Николая Гоголя в своих лекциях по литературе Набоков назвал «дрожащим мышонком с грязными руками, сальными локонами и гноящимся ухом»;
- роман «Доктор Живаго» Пастернака – «недалекий, неуклюжий, тривиальный»;
- роман Серватеса «Дон Кихот» Набоков считал сумбурным, несмешным и однажды изорвал книгу на глазах у студентов.
- Жан-Поль Сартра Набоков охарактеризовал «даже хуже, чем Камю», а Камю считал «отвратительным».
Были и другие… Иван Бунин, Оскар Уайльд, Сомерсет Моэм, Оноре де Бальзак... Непримиримый Набоков не боялся комментировать чужие произведения!
Немцев
Были вещи, которые Набоков критиковал «за дело». В числе того, что вызывает его отвращение, он называл «тупость, тиранию, преступление, жестокость». Не удивительно, что писатель не терпел нацистов, тем более что застал становление «человеконенавистнического» режима в Германии, где прожил более 15 лет.
Он вовремя покинул страну до начала Второй Мировой, но до конца дней так и не смог симпатизировать ее жителям. Нацистов он отождествлял с немцами, а Германию ругал за «пошлость», тупость и агрессию. В одном из писем товарищу Набоков писал:
Это отвратительная и ужасающая страна. Я никогда не выносил немцев, этот свинский немецкий дух, а в нынешнем положении (которое, впрочем, вполне подходит им) жизнь там стала для меня невыносимой, и я говорю это не просто потому, что женат на еврейке…
Прошло несколько десятилетий, и Набокова спросили, смог бы ли он когда-нибудь вернуться в Германию. От ответил категорично – нет. И пояснил:
«Пока я жив, могут быть живы и те бестии, которые пытали и убивали беззащитных и невинных. Откуда мне знать, какая бездна зияет в прошлом моего современника — добродушного незнакомца, чью руку я могу случайно пожать?»
Читайте наш канал и любите литературу!