Есть сотни законов. Придумали их,
Когда вшестером налегли на двоих,
Когда за деньгами полезли в карман,
Когда приставал к вам хмельной хулиган,
Когда вдруг в квартиру забралось ворьё,
Когда посягают на что-то твоё.
Когда уголовщиной где-то пахнёт,
Закон на защиту немедля встаёт.
Но против таких преступлений, как ложь,
Нахальство и наглость закон не найдёшь.
Живут лицемерие, хамство и мат,
И подлость, и лесть, выходя на парад.
На них видно нету управы пока
Кишка у закона на это тонка.
Схватил кто инсульт, кто инфаркт, кто невроз,
Кто просто не может просохнуть от слёз.
Вас сплетня-змея обвила, не вздохнёшь
Все верят, все знают, что всё это ложь,
Что всё это глупость, навет, наговор,
А сплетня смеётся, городит забор.
И смотришь, косятся, сторонкой идут,
При встрече смолчат, и руки не дадут.
Сработал сполна подловатенький звон.
А где справедливость? А где же закон?
С собаками надо такое вскрывать,
И строгому сразу суду предавать.
Но здесь категорий моральных стезя, -
Бери, пожури, ну а больше – нельзя!
Богословский Николай Дмитриевич, 13 января 1987 г.