В семье его называли Мелким. Сложилось так. Был он поздним, отчасти неожиданным ребенком. Трое старших детей к моменту его рождения уже учились в школе, поэтому и воспринимали его соответственно. К тому же, и ростом, и комплекцией он совсем не вписывался в общую семейную концепцию: все высокие и крепкие, и родители, и дети, а на нем генетика как будто решила отдохнуть, сделав маленьким и щупленьким. Даже домашний пес, безбашенный и бестолковый лабрадор, был крупнее и сильнее его. Одним словом, - Мелкий.
Характер опять же. Молчаливый и весь в себе, как будто не последний, самый оберегаемый и лелеемый ребенок, а маленький печальный будда… Отец пытался найти оправдание: «Интроверт чистой воды…», а мать поглаживала по жестким волосикам и вздыхала. И оба надеялись – подрастет, перерастет…
В тот день они отправились в деревню, в старый скрипучий, заколоченный за неимением постоянных жителей дом, доставшийся семье по наследству. Ехали на машине. Мама за рулем, спереди – бабушка с собакой, сзади – четверо детей. Мелкого держали на руках по очереди, благо маленький и легкий. Папа не поехал, работал.
Машину остановили у ворот. Пес выскочил первым, для него полтора часа дороги были просто невыносимыми. И уже через пару секунд послышался его громкий задиристый лай, а вслед за ним – кошачий визг. А затем еще спустя какое-то мгновение все вздрогнули от пронзительного дикого вопля, как будто зависшего в тишине летнего тихого дня. Звук был резкий и полный боли. Все, естественно, побросали вещи и бросились к полуразвалившейся беседке, вокруг которой наворачивал круги пес и откуда несся этот звук.
Причину нашли почти сразу. Одна из досок в полу беседки провалилась и, падая, придавила кота, спасавшегося бегством от разыгравшейся собаки. Через щель было видно часть рыжей шубы животного, отчаянно пытающегося вырваться из плена и издающего неимоверно резкие и пронзительные крики. Все вместе стали пытаться приподнять или сдвинуть доску, но тщетно. Острый кусок края основательно застрял, зацепившись за что-то снизу, и лишь слегка расшатывался, несмотря на все усилия. Между тем, кот так кричал, что люди сами каждой клеточкой начинали чувствовать его боль. Однако, словно в ступоре, не могли сообразить, как помочь.
Как и когда Мелкий очутился под полом беседки, никто не понял. Щель между землей и полом была такой маленькой, что никому бы и в голову не пришло туда лезть. К тому же натолканы там были огрызки досок и всякого хлама. Но неожиданно через кошачий вой они услышали его голос: «Тяните. Я его вытащу». Подцепляли, тянули, пытались раскачивать… Кот уже не орал, а сипел и захлебывался. В какой-то момент все-таки что-то получилось и стало тихо…
Потом он пополз обратно, пятясь задом и вытаскивая раненное животное. Вылез ободранный, с подтеками слез на грязном лице, весь исцарапанный намертво вцепившимся в него котом.
В деревенскую лечебницу их так и везли вдвоем, полуживого кота и ребенка в полусознании. Обкололи уколами, зашили, обработали, коту сделали операцию и реанимировали. Надо ли говорить, что кошака после всех этих злоключений оставили в семье, куда ж его покалеченного… Он, к слову говоря, разъелся и обнаглел потом так, что гонял лабрадора, весившего раз в десять больше него, грыз всех за пятки и чувствовал себя в доме полным хозяином.
А Мелкого больше Мелким не называли. По обоюдному молчаливому согласию. Никогда.
Мелкими бывают предметы. А люди могут быть мелочными, зацикленными на мелочах, мелко мыслящими… Ну, Вы поняли. Научитесь видеть в малом большое и важное…
Людмила Прилуцкая
Подписывайтесь на ТГ-канал t.me/...ies, пишите в личку t.me/...ikp
Добрые истории со смыслом и теплотой