Айдар Хусаинов
ПЕСНЯ
Я узнал – ты не хочешь взрослеть,
Ты хотела остаться ребенком,
И годов опадающих медь
Ты сгребаешь ладошкою тонкой.
Никогда ты не станешь чужой,
Никогда я тебя не забуду.
Я люблю, мне с тобой хорошо,
Потому что ты нежность и чудо.
Потому-то все эти года
Я повсюду тебя окликаю.
Вдруг ты выйдешь на свет, и тогда
Ты увидишь меня, дорогая.
И тогда ты откроешь глаза,
Ты поймешь, как мне страшно на свете,
Что в душе затаилась слеза,
Оттого, что мы больше не дети.
Вот зачем у меня на пути
Никогда не вставай, дорогая.
В этой жизни так сладко цвести,
Своих лет медяки собирая.
Владимир Буев
Ты стоишь, дорогая, в тени.
Я тебя, моя милая, вижу.
Для себя я уже уяснил:
Ты не видишь меня, хоть я пыжусь.
Но как только ты выйдешь на свет,
То увидишь меня моментально.
Возмутителен диспаритет:
Для меня пропадёшь визуально.
Кто стоит на свету, видит тот
Всех огулом, включая не нужных.
А как только кто в темень уйдёт,
То его наблюдают все дружно.
Но не видит он сам никого.
Так закон уж природы устроен.
Колдовство? Может быть, колдовство.
Протестуют одни сумасброды.
Так что, милая, выйди на свет.
И обзором меня наслаждайся.
Пусть тебя не увижу в ответ,
Мной, коль видишь меня, восхищайся.
Айдар Хусаинов
Я шёл домой усталый и разбитый,
Осенний день. Болела голова.
И я сказал с волнением – finita!
И огляделся. И земля укрыта
Была листвой. Пожухла вся листва.
«Ну вот и осень, – думал я, – и скоро
Войдёт зима и станет на привал».
И что сказать? Напрасны все укоры,
Непререкаемы у смерти приговоры,
Как Маарри мне некогда сказал.
«Зачем искать какие-то примеры, –
Так думал я склоненной головой, –
Достоинства, спасения и веры,
Все это, как доказано, химеры».
Но вспомнил я, идя по мостовой,
Что снег летит, назойлив, как цитаты,
И звезды спят под тяжестью числа.
И я опять, как мастер бородатый,
С моим изделием встаю из-за стола,
Ещё живой, ни в чем не виноватый.
Владимир Буев
Я шёл домой, и образ необычный
В моей созрел толковой голове:
Усталый и разбитый я. Привычно
Я записал находку. Фантастично
Она смотрелась бы в любой строфе.
О том я размышлял, о чём на свете
Никто не мог подумать до сих пор:
Что осень вот сейчас в приоритете,
Потом зима придёт, и я в куплете
Смогу отобразить её узор.
И тут я вспомнил одного араба:
Он десять сотен помер лет назад,
Но мысль сказал вселенского масштаба
На у́шко мне. Я был безмерно рад.
Мы все умрём, открыл араб мне тайну.
Я долго сей секрет в себе хранил.
Держать в себе такое чрезвычайно
Опасно, тяжело. И больше сил
На это нет… Я подвиг нереальный,
Открыв секрет, сегодня совершил.
Оригинал публикации находится на сайте газеты "Истоки"
Издание "Истоки" приглашает Вас на наш сайт, где есть много интересных и разнообразных публикаций!