И это не про меня любимого. А про другого, но то-же хорошего человека. Учась в ординатуре, меня отсылали из любимой сосудистой хирургии в другие отделения. С целью расширить мой кругозор и попытаться развить новые навыки. Работал я в отделении, которым руководили очень колоритные и добрые люди. Два, колоритных и добрых руководителя. Один от больницы - заведующий, другой от кафедры -руководитель. Работали они дружно, несмотря на то, что были и внешне и внутренне, совершенно разными. Заведующий, походил на богатыря былинного. Обстоятельный, неторопливый, спокойный и уверенный в каждом слове и движении. Над ним немного подсмеивались, за глаза, потому, как в глаза..., лицо у него было недоброе. Я бы даже сказал страшное, в молодости он боксом занимался. Помогать на операциях ему не любили. Все обстоятельно, надежно, ревизию бр.полости мог проводить бесконечно, четыре узла на шов - это минимум, который он требовал от помощника. Сам вязал не меньше семи - медленно и качественно. А раз я молодой и мне как-бы учиться надо, все врачи отделения сразу, автоматом стали писать меня к нему первым номером, второго у него не было. До меня с ним страдал другой ординатор, который через пол года сбежал от него на землю обетованную, не выдержал, слабак. Ругаться и повышать голос заведующий не умел, но с его лицом и размерами этого и не нужно. Моего предшественника - по фамилии звали: - Бляхер. Худенький, носатенький, в очках и очень хотел понравиться заведующему, из-за этого суетился. Чем невыносимо раздражал неторопливого хирурга-богатыря. Суетился он и на операции, постоянно влезая ненужными инструментами в рану. И это, для человека обстоятельно и неторопливого, вязавшего по семь узлов на кишечный шов, было особенно невыносимо. "Бляхер! Убери кохер! Нахер!"- однажды прорычал заведующий. Видимо тогда, юный Бляхер решил, что в России он карьеру не сделает и что рифмовать его фамилию только начали.
Руководитель от кафедры был очень быстрый, очень. Я не помню, что бы он просто сидел. Его никогда не было в кабинете. Он постоянно бегал, забежит в ординаторскую, мы там сидим кушаем все вместе, схватит кусок хлеба и убежит опять. Его уже за стол не приглашали потому, что бесполезно, он ерзал на стуле секунд пять и убегал. Хирургию и операции любил больше всего в жизни, даже больше чем бегать. Только возле операционного стола и замирал, на операции не спешил, вот прямо совсем другой человек! Стоял и оперировал! Было видно, сильно ему эта работа нравилась - трудоголик.
Тогда мода новая появилась, корпоративы называлась. Людям нравилось. Раньше-то такого не было. Накануне нового 199... года, собралась вся толпа хирургическо-анестезиологическо-медсестринская в ресторан, что бы значит пообщаться в неформальной обстановке. Дежурить никто не хотел. Хотел только руководитель, тот который бегал все время, так-как сидеть просто и есть он не мог. Он мог думать только о хирургии. Вот.
Народ, в ресторане празднует, общается, хорошо очень общается, долго, многие потерялись в процессе общения, оставшиеся крепыши не унывали и с еще большим усердием продолжали общаться. В это время наш трудоголик, аппендицит оперировал, мог бы и мне доверить, блин, я то-же дежурил. Жаден он был до хирургической активности. А отросток тот, оказался не просто воспаленный, а очень, очень длинный - 38 см. Наш "бегунок" так сильно возбудился, что даже апоневроз зашивать не стал, убежал в склянку сей орган запихивать. Я не гордый и апоневрозу был рад. Спасибки, руководитель мой неуловимый!
Как он до утра дотерпел, не знаю. Уже в семь часов стоял у двери в клинику и всем приходящим на работу людям заговорщическим шепотом, - пойдем, что покажу- приглашал в один из кабинетов на первом этаже. Люди, человеки эти, они после вчерашнего "общения", а праздник удался на славу, думать могли только о бокальчике холодного пива. Некоторые думать вообще не могли совсем потому, что их тошнило. Вот скажите мне пожалуйста, дорогие читатели, чего в первую очередь будут ожидать человеки на утро после удачного корпоратива? Когда их на входе встречает добрый товарищ и шепотом опытного конспиратора, приглашает в отдельный кабинет? Вот именно! А видели они, какого-то гадкого, противного, мерзкого червяка, плавающего в слегка мутной воде! "Посмотри, какой аппендюк длинный я удалил этой ночью!"- радостно сообщал этот трудоголик. Рабочий день после корпоратива прошел под лозунгом: "Поймай и убей этого трудоголика!" Его, нашего любителя хирургии, даже завкафедры на утреннюю конференцию не пустил, видимо не мог слушать про длинный отросток. Завкафедры наш, то-же очень плодотворно пообщался на корпоративе а утром, одним из первых был отведен к червяку в склянке. Теперь при любом упоминании об аппендиците, он бледнел и его тошнило. Мне было больно наблюдать за руководителем отделения, он так искренне радовался длинному отростку, он так искренне не понимал почему его подвергают обструкции. Хорошо то, что поймать его было невозможно, а долго расстраиваться он видимо не умел, увлеченный человек.
