Как известно, абсолютное большинство уголовных дел возбуждается и прекращается уполномоченными сотрудниками правоохранительных органов: дознавателями и следователями. Законодатель предусмотрел исключение только для трех составов преступления: умышленное причинение легкого вреда здоровью (ч. 1 ст. 115 УК РФ), нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию (ч. 1 ст. 116.1 УК РФ) и клевета (ч. 1 ст. 128 УК РФ).
Уголовные дела об этих преступлениях считаются делами частного обвинения. Они возбуждаются только по заявлению потерпевшего или его законного представителя и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. Заявление при этом подаётся не в органы предварительного следствия или дознания, а непосредственно в суд – мировому судье, к подсудности которого относится рассмотрение соответствующего дела.
Закон предусматривает только один случай, когда дело частного обвинения может возбудить руководитель следственного органа, следователь или дознаватель – если преступление было совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы (в том числе, когда преступление совершено лицом, данные о котором не известны).
На практике же граждане нередко обращаются с заявлениями о совершении вышеперечисленных преступлений в правоохранительные органы. Данное поведение вполне естественно и закономерно – в конечном счете гражданин и не обязан правильно квалифицировать совершенное в отношении него преступление. На этот случай закон прямо предусмотрел, что орган дознания, дознаватель, следователь, руководитель следственного органа могут принять решение о передаче сообщения по уголовному делу частного обвинения непосредственно в суд, уполномоченный его рассматривать.
Гораздо больше вопросов вызывает ситуация, когда по результатам рассмотрения сообщения о преступлении сотрудники правоохранительных органов выносят решение об отказе в возбуждении уголовного дела. Как было сказано ранее, к их компетенции не относится ни возбуждение уголовных дел частного обвинения, ни их расследование – логика подсказывает, что в таком случае они не вправе и отказывать в их возбуждении.
Эту же позицию неоднократно, прямо и косвенно, высказывал Конституционный Суд. Наиболее недвусмысленно она была сформулирована в Определении от 29 марта 2016 г. № 706-О, где Суд прямо указал, что руководитель следственного органа, следователь, а также дознаватель не уполномочены разрешать вопрос об отказе в возбуждении уголовного дела частного обвинения. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в свою очередь, не может служить ни препятствием для принятия судом к своему производству заявления о преступлении, преследуемом в частном порядке, ни основанием для прекращения уголовного дела по мотиву наличия такого неотмененного постановления.
К сожалению, в судебной практике, особенно на уровне первой инстанции, до сих пор встречаются случаи слепого формализма, когда суды прекращают производство по делам частного обвинения при наличии неотмененного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. Несмотря на наличие однозначной позиций Конституционного Суда по данному вопросу, коллизия в законодательстве может создать непредвиденные неприятности для потерпевшего.