Автор Григорий Ениколопов
Нидерландский нападающий московского «Спартака» Квинси Промес и его соотечественник форвард Рай Влут из «Урала» (Екатеринбург) замешаны в уголовных делах. «Абзац» выяснил у футбольного агента Дмитрия Селюка, почему российские клубы до подписания контракта не проверяют, чем игроки живут вне поля.
В начале марта 2023 года стало известно, что прокурор суда Нидерландов запросил для Квинси Промеса два года тюремного заключения за нападение на двоюродного брата с ножом в 2020 году. После, 20 марта, голландские СМИ сообщили, что игравший в 2021 году за местный «Хераклес» его соотечественник Рай Влут, находясь за рулём в состоянии алкогольного опьянения, стал участником ДТП, в котором погиб четырёхлетний ребёнок. Ему грозит до 3,5 года тюрьмы.
Агент Дмитрий Селюк в разговоре с «Абзацем» рассказал, кто виноват, что футболисты с тёмным прошлым попадают в клубы Российской премьер-лиги (РПЛ), а также поделился своим мнением насчёт того, почему «Спартак» до сих пор удерживает у себя Промеса.
– Дмитрий Дмитриевич, сначала Промес, теперь Влут. Что вы обо всём этом думаете?
– Такое ощущение, что в Россию едут не футболисты, а скрывающиеся от уголовного преследования элементы. Одни уголовники к нам едут, клоунада какая-то.
– Чья вина, что игроки с таким бэкграундом попадают в клубы РПЛ, – агента или клуба?
– Тут дело не в агенте. Агент – это посредник, но сам себя я агентом не называю, я больше, чем агент. Я сам за свои деньги выращиваю игроков. В России, к сожалению, в большинстве случаев агенты – это седьмая вода на киселе. Они даже не то чтобы футболиста не видели – им просто сказали, и они дальше несут коррупционную схему, «вносят» того или иного футболиста.
Безусловно, клуб должен проверять игрока, интересоваться. Но если у нас клубы не знают о том, что их футболисты не должны выходить на поле из-за перебора жёлтых карточек, как в случае с Дмитрием Бариновым из «Локомотива» (он не должен был играть в Кубке России – прим.) и Ярославом Михайловым из «Пари НН» (он появился на поле в матче 20-го тура РПЛ, из-за чего нижегородцам грозит техническое поражение – прим.), то откуда им знать, что у них криминальное прошлое?
Я считаю, что надо более внимательно относиться к этому. Клуб же даёт контракт, платит деньги, потом, получается, соглашение может прерваться. Репутационные риски колоссальные.
– Неужели агенты не дорожат своей репутацией, предлагая клубу игрока, о тёмном прошлом которого они заранее знают?
– Если агент нормальный и дорожит своей репутацией, то он, безусловно, должен сказать, что у игрока вне футбола есть другая история. Иначе потом происходят вот такие истории, как с Промесом и Влутом.
Иначе получается, что к нам едут футболисты, совершившие преступления у себя на родине, которые после хотят получить российский паспорт. Надо отдать должное [органам МВД], что Промесу отказали в получении гражданства.
– Как вы считаете, почему «Спартак» держит Промеса, понимая, что он может сесть в тюрьму?
– Потому что он лучший игрок. Если бы он был худший, его бы выдали Нидерландам. Может, это его и мотивирует так неплохо играть.
– «Спартак», подписывая летом 2022 года контракт с сенегальцем Кейта Бальде, не знал о его дисквалификации, которую он получил за нарушение процедуры допинг-контроля во время выступления в «Кальяри»?
– Никто ничего не знал о его дисквалификации.
– Агент игрока тоже не знал?
– Очень хорошо знал.
– Почему не сообщил клубу?
– Потому что клуб должен проверять информацию, прежде чем покупать. «Спартак» – один из самых известных клубов на территории России, и, по идее, там должны были проверить.
Люди, когда подписывают футболиста, берут откат – и всё, что ли? Надо же проверять футболиста. У меня ощущение, что в клубах работают люди, мягко говоря, непрофессиональные.