В Северной столице давно вошли в моду фестивали в честь кофе, чая и красивого процесса их употребления. «Кофейные станции» на каждом углу, где можно схватить бумажный стаканчик с «латте», «мокачино» или «флэт-уайт» и нестись к своему офису, уже стали неотъемлемым атрибутом городского пейзажа. И они соседствуют с камерными и дорогими кофейнями и чайными, а претенциозный интерьер и рецепты выводят рекламу на новый уровень, превращают в некое уличное искусство наподобие граффити.
Для этого есть все предпосылки: чай и кофе демократичнее элитных вин, имеют лучшую репутацию, чем пиво, и их рецептура красива и овеяна традициями и символами. Однако по мере расширения этого бизнеса растет конкуренция и, соответственно, цены. И надо придумывать новые уловки, чтобы привлекать покупателей, которым зачастую не до красивой жизни — прожить бы хоть как-то.
Забавно, что рядом с причудливыми названиями соседствуют цены, за которые можно сытно пообедать в среднем кафе и тем более дома. Но такие маркетинговые ходы становятся достопримечательностью исторического центра, придающей туристическим точкам менее официальный характер, чем памятники и дворцы, и более уютный, чем вульгарная обстановка сувенирных лавок.
Ассортимент кофе, чая, сладостей и закусок все больше превращается в калейдоскоп символов и образов, а не возможность подкрепиться. Кофейни, чайные и кондитерские отличаются разнообразием меню: «раф», «фраппе», «кортадо», «доппио», «лунго», «шмель», - после того, как много лет в СССР знали ровно два вида кофе: черный и белый, то есть с молоком.
А как много эстетических игр с добавками - клубника, киви, банан, шоколад, вишня, кокос, орех в карамели, попкорн, яблоко с корицей, имбирь, мята, мед, апельсин, черника, смородина, облепиха. В чайной среде все популярнее наименования с диковинными фруктами и ягодами, хотя эти трюки дают больше запах, чем вкус. Строго говоря, это уже не чай и кофе, вернее назвать их «кофейные и чайные напитки».
Не будем подсчитывать калории в таких лакомствах и гадать, насколько это полезно и нужно. Интересны сами корни этой культуры. Массовое потребление чая и кофе началось с династии Романовых — их благотворное действие при головной боли и насморке было замечено даже в старину. После основания Петербурга они пошли в народ. Но чай легко закупался в Китае и транспортировался по России, а покупка кофе была сложной, дорогой и зачастую зависела от спокойствия на южных границах. Поэтому кофе был очень дорогим и считался «респектабельным» напитком.
Но уже тогда «кофейные дома» были своеобразным клубом общения и досуга, где зажиточные горожане могли почитать европейскую прессу. Один из таких домов - «Кондитерская Вольфа и Беранже» - был любимым местом для литераторов, посещал его и Пушкин. Существовали трактиры и кондитерские, где можно было купить «кофий на вес», появилось истинно русское приспособление для варки кофе - «самовар-кофейник», которому мастера придавали изящную декоративную форму. Если в Европе турка и классическая чашечка олицетворяли уединенность процесса, то у нас кофе пили с семьей или гостями. Мелкие самовары «на одного» были заметно дороже. Сейчас же процесс распития кофе вновь стал единоличным и сосредоточенным в мелком стаканчике. Еще в XIX веке начались кулинарные и творческие изыски в приготовлении кофе, типа апельсиновой воды, экстракта розы, фиалки, лаванды. В моде был кофе по-турецки, а также немецкий и венский (со взбитыми сливками). Те, кто не мог позволить себе такого баловства, пили цикорий или различные суррогаты на основе желудей, ячменя, свеклы, корня одуванчика, грушевых семян или арбузной корки.
Все популярнее становятся рецепты с этническим оттенком, хотя от истинных традиций порой не остается камня на камне. Азиатские чаи «масала», «улун», «дянь хун», турецкий и «ирландский» кофе, заедаемые круассаном, трдельником или бейглом, забавная игра слов на уличном лотке - «Венский хот-дог» рядом с «Невским хот-догом» - весьма трогательная дань моде. Пользуются этой модой и на городских гуляниях, изобретая тематические трюки для лавочек с быстрыми перекусами. Порой они работают на грани фола - яркий пример тому угощения на световом шоу в честь юбилея Революции.
Словом, эстетическая сторона потребления кофе, чая и закуски толком не изменилась. Стаканчик немыслимого микса из сладостей и пряностей не столько бодрит и освежает, сколько дает эфемерную возможность прикоснуться к «элитному» и разнообразить свой быт. А последний пункт вдвойне важен для Петербурга, где большую часть года царит холодная сырая погода и круглосуточные сумерки, в которых все равно нужно подниматься на условном рассвете и брести по реальным темным дорогам на работу. Естественно, что в таких условиях культура горячего напитка со сладким «энергетиком» завоюет народную любовь, а бизнес получит свою выгоду.
Но это касается в основном центра, а в спальных районах едва ли мы увидим много таких странных меню и высоких цен. Их ассортимент порой бывает скупым до двух пунктов: «кофе» и «чай черный». А для простых петербуржцев, по мнению автора, самым любимым сортом всегда будет кофе с молоком «по-советски», с которым так вкусны родные горячие пышки.