Сколько человек может жить без сна – спрашиваю я.
Сколько человек может жить без сна – спрашивают люди.
Абсолютный рекорд – семьдесят один год.
Семьдесят один год я иду из вчера, которое каждый день наступает мне на пятки, в завтра, которое все время убегает от меня прочь.
Семьдесят один год я ищу свой сон.
Да-да, вы не ослышались. остальные уже давно нашли свои сны, ну сами знаете, к к двадцати годам обычно находят, ну максимум к двадцати пяти, сейчас все как-то позже, со снами напряженка пошла – и все, и ложатся в кровати, и снят свои сны, навсегда замирая в сегодня. А я – да-да, вы не ослышались – семьдесят второй год иду из бесконечного вчера в бесконечное завтра, ищу сон.
Нет, вы про меня так не думайте, да я знаю, что вы думаете сейчас – вот рохля, вот трус, не смог сон получить, сны под ногами валяются, подбирай не хочу, ну за хороший сон повоевать надо, ну что, повоевать не можешь? Ну не можешь – не можешь, но завалящий-то сон найти никак не судьба?
Да знаю я, все знаю, и про завалящие сны, и про сны под ногами, и про все – про все знаю. И нечего меня рохлей называть, сами вы такие, подобрали первый же попавшийся сон вообще не пойми, про что, и радуетесь, будто целую вселенную во сне отхватили.
А я вот ищу свой сон.
И опять же нечего мне тут, а-а-а, это леге-енды-ы-ы, сами вы легенды, вот что.
Раньше стеснялся отвечать на вопросы, чем занимаюсь, чтобы не смотрели, как на психа, пальцем у виска не крутили – отнекивался, отмалчивался, придумывал что-то, не пойми, что. Сейчас уже как-то все равно, ну спросят у меня, что я делаю, ну я отвечу вот так, сразу – ищу свой сон, свой собственный. Чтобы отстали. Сразу. Потому что мне такие не нужны, которые вроде нормальные, а потом в разговоре нет-нет да и тявкнут что-нибудь про бред собачий, что не бывает собственных снов.
Сколько человек может прожить без сна...
...день...
...неделю...
...месяц...
...год...
...десять лет...
..семьдесят два года...
...нет, бывало, конечно, желание все бросить, лечь на первую попавшуюся кровать, схватить первый попавшийся сон и заснуть, уже неважно как, лишь бы заснуть. Только не на того напали, я хоть тысячу лет буду искать свой сон, а найду. Смотрю на людей, которые подбирают сны, идущие к ним навстречу из завтра во вчера, все так и переворачивается внутри от нестерпимой зависити, хотя чему тут завидовать, они-то не свои сны смотрят.
Верю в свой сон, который идет откуда-то из бесконечно далекого завтра в бесконечно далекое вчера, ищет меня, не находит. Другие сны говорят ему, да что ты паришься, бери человека, вон их сколько, один другого лучше. Но я почему-то верю, что мой сон никакого другого человека не возьмет, будет искать меня.
Сколько человек может без сна...
Год...
Два...
Десять лет...
Сто...
Двести...
Триста лет...
Теперь уже никто не спрашивает меня, кто я и откуда, потому что никто не понимает моего языка, а я сам не понимаю языка современных людей, все переменилось, вот табатоп – это что? А рапат? А почему «Ю» через каждое слово вставляют, не знаете? Вот и я не знаю. Смотрят на меня, перешептываются, я по их шепоткам даже понять не могу, что они говорят.
Сколько человек может жить без сна...
Год...
Два...
Век...
Тысячу лет...
Уже и людей не осталось, так, идут один-два последние выжившие в опустевших городах, уже и снов не осталось, так, идут один-два зазевавшиеся, замешкавшиеся в бесконечном пути из завра во вчера, ищут своих людей – ну, то есть, это мы так думаем, кто их знает, эти сны, что у них на уме.
Сколько человек может жить без сна...
Век...
Два...
Тысячу...
...две...
...миллионы лет...
...сбиваюсь со счета, смотрю в бесконечную пустоту, где не осталось ничего, совсем-совсем ничего...
Время просит меня остановиться, время говорит мне, что там, впереди, нет никаких снов, некуда мне идти. Почему я не верю времени, оно ведь видит все завтра и вчера, оно не может ошибаться.
И все-таки...
...иногда мне кажется, что я не найду свой сон, потому что я сам сон, какой-то неправильный сон, который идет не из завтра во вчера, а из вчера в завтра, - но тогда где-то там в будущем должен идти из завра во вчера человек, неправильный человек, который ищет свой сон...
Сколько сон может жить без человека...
Год...
...два...
Тысячу лет...
Галактический год... (двести шестнадцать миллионов лет, полный оборот солнца)
Здесь время забывает само себя, кто оно и откуда, здесь уже ни время, ни я не могу сказать, куда я иду, из вчера в завтра или из завтра во вчера, кто я – человек или сон, или ни то, ни другое, или и то и другое вместе, и что я ищу, уж не самого ли себя, которого я уже нашел, или я должен кого-то найти, чтобы кому-то сниться или кого-то снить...