История 5.
Паводок.
Снова весна, только пока самое начало.
Снега в этом году немеряно по всему краю. Опасаются люди разлива рек. Деревне, где баба Катя и Машка живут, это не грозит – высоко она над рекой, а вот соседи волнуются.
Как потеплело, стали готовиться – вывозить остатки сена с полей, чтобы не унесло, укреплять дамбы, дороги. В самые дальние деревни, которые может отрезать паводком, завозили продукты. Готовили пункты эвакуации. Старикам советовали уехать на неделю-две во время паводка. Но старики неохотно на это шли – как родной дом бросить! А разворуют? И хотя им обещали охранять хозяйства, они недоверчиво качали головами и обещали подумать. А время шло. Снег таял все активнее, потом полил дождь, смывая грязь с деревьев. Снег под дождем стал стремительно осаживаться. Дороги размыло. Ручьи хлынули в реку и ускорили начало ледохода.
Баба Катя и односельчане стояли на высоком берегу и смотрели, как льдина налезает на льдину, ломается, падает, поднимая тучи брызг.
Специальные команды подрывников отслеживали места, где возникали большие заторы и разрушали их, помогая воде уходить. Но вода все прибывала и прибывала – снег продолжал таять в верховьях реки, которая стекала с невысоких старых гор.
Одна из дамб не выдержала, и грязный поток устремился на небольшие деревни, которые были построены недостаточно высоко.
Людей стали спешно эвакуировать. Кто-то уезжал к родственникам. Других размещали в санатории, поселковых гостиницах. Были развернуты пункты эвакуации.
Последних людей вывозили уже с помощью вертолетов.
Баба Катя подоила козу Милку и решила отнести молоко в школу, где в спортивном зале и нескольких кабинетах был развернут пункт для людей, вывезенных из соседней деревни в последний момент. Машка решила побежать за хозяйкой.
Баба Катя вышла из ворот, где ее окликнул сосед Федор.
- Здравствуй, баба Катя, ты куда собралась?
- Здравствуй, Федор. Да вот молока отнести в школу хочу. У Милки хорошее молоко, а там ребятишки.
- Садись, подвезу.
Баба Катя забралась в кабину. Машка прыгнула за ней.
- А ты куда, Машка, сиди дома!
Кошка ухом не повела, но подумала – бестолковые эти люди.. надо бы и Касьяна прихватить!
Но было уже поздно, сына дома не было – гулял.
Они быстро добрались до школы.
Баба Катя отдала банку с молоком одной из знакомых женщин, а сама зашла в здание. Машка бежала за ней. Баба Катя шла по коридорам, смотрела на потерянные лица людей, лишившихся домов. Потом она подошла к группе женщин и мужчин, которые стояли около стола со списками.
Машка тоже внимательно смотрела на людей, которые сидели на раскладушках и спортивных матах. Все это как-то придет в норму, как-то устроится, но пока люди были растеряны и испуганы.
На одной из раскладушек Машка увидела женщину с маленькой девочкой. Машка не удивилась бы, если бы ребенок плакал, но девочка не плакала. Она была похожа на куклу. Мать что-то говорила ей, целовала, но девочка не реагировала. Машка отправилась к ним.
Она вспрыгнула на стул, который стоял рядом с девочкой, и потянулась к ребенку. Машка толкнула детскую руку головой. Девочка машинально сжала пальчики. Кошка лизнула их и замурчала. Она запрыгнула девочке на колени, начала тереться об нее. Ткнулась влажным носом ей в ухо, потом стала аккуратно, не выпуская когти, делать девочке массаж передними лапами. И все время мурчала.
Мать девочки с надеждой смотрела на неожиданную помощницу. Подошедшая фельдшер Лидочка остановила людей, которые хотели забрать ребенка в медпункт.
- Не трогайте.
Девочка почувствовала, наконец, тепло идущее от кошки, услышала Машкино мурчание и посмотрела на нее. Она обернулась, увидела мать и засмеялась!
- Мамочка, - киса!
Люди выдохнули – ребенок пришел в себя. Машка просидела с девочкой до того, как она заснула. Потом мягко высвободилась из ее рук. Мать девочки погладила Машку.
- Спасибо тебе!
Кошка мурлыкнула и побежала на улицу.
Она остановилась на крыльце, пережидая, когда сядет вертолет. Из него вывели нескольких людей. Последним вышел старик. На глазах старика были слезы.
-Последние, - устало сказал летчик, - дед никак не хотел ехать! Чуть не силой сажали.
- А что так? - спросили его подошедшие мужчины.
- Живность у него там. Кролики. Ну, некуда было мне еще кроликов сажать! – внезапно вспылил летчик.
Его командир успокаивающе похлопал мужчину по плечу.
- Отдыхай, все правильно сделал.
Тот кивнул, передернул плечами. А сам смотрел на старика, идущего к зданию. Этот взгляд заметил Федор.
Машка подбежала к нему, рассчитывая доехать со знакомым до дома. Она тоже остановилась.
- Откуда дед-то? – спросил Федор, подойдя к вертолету.
- Из Выхино, - устало ответил летчик, закуривая.
- И что там?
- Дома стоят, вода вплотную подошла. Кое-где внутрь залило. Кур местные на чердаки подняли, зерна насыпали. Избы, думаю, устоят. Вода прибывает, но медленно. Нет напора.
Летчик затянулся и снова вспомнил старика.
- Не мог я его там оставить! А он – кролики, кролики….
Федор хлопнул его по плечу и отошел к односельчанам, которые подвезли к пункту воду и продукты. И ждали, не надо ли чем помочь.
- Петр, лодка твоя в порядке?
- Моторка? – да! А что?
- До Выхино бы нам с тобой сгонять.
- Зачем? - удивился Петр.
Федор рассказал про старика.
- Людей вывезли. Может, кого еще спасем. Жалко деда. Собаки там могли остаться, кошки. Кролики эти.
Петр почесал в затылке.
- Да я тут вроде как продукты возил. Надо бригадира спросить! Вдруг куда еще пошлют.
В это время к ним подошел бригадир.
- Все, мужики, спасибо. На сегодня все есть, отдыхайте.
Федор поглядел на Петра.
- А давай! - сказал тот.
Машка весь разговор просидела рядом с Федором, потом запрыгнула к нему в машину. Проезжая мимо дома, Федор притормозил.
- Прыгай, Машка! – сказал он, но кошка осталась в кабине. – Со мной хочешь? Ну, поехали.
На берегу они подошли к лодкам.
- Ребята, помогите спустить! – попросили они наблюдающих за рекой парней.
Те помогли спустить лодки. Машка прыгнула к Федору.
- Кошку-то зачем берешь? – спросил Петр.
- Это не кошка – чистый разведчик. Она Кузьминичну с дедом спасла зимой. Пригодится.
Моторы затарахтели и обе лодки направились в Выхино.
До Выхино напрямую было километров десять. Разлив позволил кое-где сократить расстояние, хотя особенно мужики этим увлекаться не стали – им совсем не хотелось налететь на деревья, которые оказались под водой.
Через полчаса они подошли к полузатопленной деревне.
В Выхино было всего с десяток домов. Федор и Петр разделились и стали осторожно обследовать деревню.
"Надо было спросить старика – где кролики-то, в каком месте", - с досадой подумал Федор.
Вдруг Машка, сидевшая на носу, вскочила и вытянулась. Она смотрела на один из домов. Федор направил лодку туда. Он заглушил мотор и на веслах подошел к сараю. Тот еще стоял на суше, но осталось совсем немного и его затопит.
Федор оглушительно засвистел. Еще раз. Петр услышал. Он тоже шел на веслах. Пока он не показался, Федор заглянул в сарай.
"Многовато", - подумал он, -Хорошо Петьку позвал! Один бы не увез".
Скоро вторая лодка вплыла во двор.
- Нашел! – обрадовался Петр. У него в лодке было не пусто.
- Я вот тоже подобрал, - и он показал на пару мокрых собак и трех кошек.
- Давай, я вылезу и буду тебе кроликов передавать. Их там штук двадцать!
Кроликов оказалось двадцать два. Мужики осторожно загрузили одну лодку, потом вторую.
- Ну, мы как в стихах – смеялся Петр, – дед Мазай один и дед Мазай два!
Федор еще раз проверил сарай – кроликов больше не было. Они шли на веслах, осторожно, чтобы ничего не задеть. Два раза Мазка начинала кричать и Федор, чья лодка была побольше сворачивал к домам и подбирал оставленных в спешке кошек и собак. Они уже почти миновали последний дом, как Машка замяукала еще раз.
Федор молча свернул в последний двор. Позвал. Никто не показался.
- Нет никого! – сказал он Машке, но кошка продолжала кричать и тянуться к дому. Федор подвел лодку прямо к крыльцу. Машка выпрыгнула на него и забежала в дом. Через пару секунд она вернулась и закричала еще отчаяннее.
Федор привязал лодку, чтобы не отнесло течением, и с трудом выбрался на крыльцо. Ругнулся, зачерпнув сапогом воды, и зашел в дом. Машка побежала вперед, и в соседней комнате Федор увидел кошку и совсем мелких котят. Кошка родила их уже после того, как уехали люди.
- Ну что там? – крикнул Петр.
- Тут роддом, похоже, - буркнул Федор. Он огляделся, взял с полки большой таз, постелил в него какую-то тряпку со стола и перенес туда смертельно испуганную кошку с котятами.
- Все? – спросил он Машку.
- Мрррр! – ответила ему кошка и боднула головой сапог.
- Пошли тогда.
Он вышел с тазом на крыльцо.
- Тут роддом, похоже! – повторил Федор.
Петр подгреб к нему и помог держать лодку, пока Федор размещал спасенных и садился сам. Машка забралась к кошке в таз и стала греть и вылизывать ее и маленьких котят. Федор прикрыл их, чтобы сохранить тепло.
- Все, давай домой, дед Мазай один, - усмехнулся он, вспомнив слова односельчанина.
Обратно они добирались дольше. Боялись за нагруженные лодки.
Уже начало темнеть, когда они причалили к берегу. Там их, волнуясь, ждали жены и баба Катя.
Машка выпрыгнула из лодки и требовательно мяукнула. Федор вынес на сушу таз с котятами. Баба Катя засмеялась.
– Машка, ты каждый год котят собираешь. Не мытьем, так катаньем.
Она взяла таз и пошла домой.
Спасенных собак и кошек разобрали подошедшие односельчане.
- Пока так, а потом хозяевам сдадим. Они как узнали, что вы в Выхино погнали, так и спрашивали все, - сказал жена Федора.
В пару машин посадили испуганных кроликов и тоже развезли по домам.
Федор забрал к себе десяток и разместил по свободным клеткам. Потом он посмотрел на жену:
- Давай деда заберем на пару недель? Старый он, на раскладушке ютиться.
- Заберем, - кивнула жена.
Федор взял самого большого кроля и пошел к школе.
- Где тот старик, что плакал из-за кроликов?
Федору показали на один из классов.
На раскладушке сидел старик и безнадежно качал головой.
- Дед! - сказал ему Федор, - спасать, я твоих зверей спас, а кормить давай уж ты сам!
Старик неверяще вскинул голову и увидел в руках улыбающегося Федора здоровенного кроля.
Он встал. Руки его затряслись.
- Спас? Всех?
- Двадцать два. По дворам пока. Потом соберем.
- Спасибо тебе, сынок!
- Машке спасибо, она нашла, - ответил Федор. – Пойдем, дед, у нас перекантуешься. Как тебя зовут-то?
А баба Катя в это время поила кошку козьим молоком. Она устроила ее с детьми около печки, слегка ее протопив. Кошка пришла в себя, вылизала детей, обошла дом. Пошипела на Касьяна. Потом вернулась к детям и начала их кормить.
Баба Катя сидела с Машкой на коленях и смотрела на кормящую мать.
- Не можешь ты без приключений, - снова укоризненно сказала она Машке.
Но Машка видела, что баба Катя не сердится. Так, ворчит по привычке.
История 6.
В городе.
Машке было скучно. Просто невыносимо скучно.
После простора деревенской жизни – стены квартиры. Одно хорошо – баба Катя была с ней. Машка скучала по Милке, по Снежку. По Касьяну.
Она снова уныло посмотрела на улицу. Через сетку посмотрела. Металлическую. Не порвать никак. Потом спрыгнула и пошла в соседнюю комнату. Запрыгнула на кровать.
Баба Катя спала.
Машка пригляделась – спокойно спала. Значит – лучше ей. Машка обрадовалась – выздоровеет баба Катя совсем, и поедут они обратно в деревню. Кошка улеглась рядом с хозяйкой и замурчала. Она мурчала и вспоминала последние недели.
Три недели назад ничто не предвещало беды. Все было как обычно – баба Катя проснулась, подоили Милку, отправила ее со Снежком пастись. Покормила кур. Потом вернулась в дом и вдруг опустилась на лавку.
Машка подбежала к хозяйке. Баба Катя держалась за сердце. Она хотела что-то сказать, но только шевелила губами.
Машка выскочила из дома и понеслась по улице. Она заскочила во двор соседа Федора и громко закричала. Мужчины дома не было. На крик Машки из окна выглянула его жена Полина.
- Что случилось, Машка? – спросила она.
Кошка закрутилась по двору, рванулась к забору, потом снова вернулась под окно – она изо всех сил звала с собой.
Полина догадалась. Она выбежала из дома. Машка увидела, что ее поняли и побежала назад в свой двор. Полина поспешила за ней.
Она нашли бабу Катю лежащей на полу. Вызвали фельдшера Лидочку. Потом скорая – бабу Катю увезли.
Машка, пригорюнившись, сидела на пороге опустевшего дома. Потом хозяйственно загнала кур, которые разбрелись по улице, воспользовавшись тем, что калитку не прикрыли, назад во двор. Рявкнула на пестрого петуха, который вздумал ей противоречить и поддала ему лапой. Петух с воплем залетел назад во двор.
Машка села на лавочку и стала следить, чтобы куры снова не разбрелись. Калитку она закрыть не могла.
Ближе к вечеру подошли Федор с Полиной. Она закрыли дверь в дом. Полина подоила вернувшуюся Милку, Федор загнал в сарай Снежка, который хотел прободаться и погрозил ему – не балуй.
Подошли соседи.
- Что с бабой Катей-то?
- Говорят – инфаркт. В больницу ее положили.
- В райцентре?
- Нет, сын приехал – в город повезли.
- Оно и правильно – там оборудование получше. Новее.
Машка слушала, что говорят люди. Она не понимала слов, но то, что люди говорят спокойно, значило, что баба Катя жива.
Полина посмотрел на Машку.
- Все-таки умная у бабы Кати кошка. Вовремя прибежала.
Она поладила Машку, сидевшую рядом.
- Здесь будешь хозяйку ждать, или к нам пойдешь, - спросил кошку Федор, беря ее на руки. Машка поняла, что он хочет ее унести со двора и спрыгнула на землю.
- Здесь, значит. Понятно. Правильно. Хозяйка ты теперь пока баба Катя не вернется.
Соседи поговорили между собой. Договорились последить за хозяйством. Они по очереди доили Милку, кормили кур. Выполняли все нехитрые дела.
Через неделю приехал Виктор, сын бабы Кати и зашел к Федору с Полиной. Поблагодарил их и всех соседей за помощь. Федор с Виктором знали друг друга давно, росли вместе, только один предпочел остаться в деревне, а другой перебрался в город.
- Мать-то как? – спросила Полина.
- Лучше ей. Спасибо, вовремя помогли.
Полина улыбнулась.
- Это снова Машке спасибо. Она у нас как скорая помощь. И Снежка спасала, и Кузминичну зимой, и кроликов по весне. Умная кошка.
Виктор кивнул.
- Хочу хоть ее в город забрать. Мать из больницы заберу, непривычно ей будет. Пусть хоть Машка у нее под боком мурчит.
- Бабу Катю в городе не хочешь оставить?
Виктор с досадой махнул рукой.
- Да как не хочу!? Давно хочу и зову чуть не каждый месяц. Не хочет мама. Дом бросить. Жизнь привычную. Корову уговорил продать, так она козу завела.
Федор кивнул. Он понимал бабу Катю. Всю жизнь прожившему в деревне человеку было тяжело перебираться в город. Ему самому там было неуютно. Да, удобств больше. Магазины. Асфальт. А как жарило от того асфальта летом!
- Так что вернется она, - продолжил Виктор. – я уж спрашивал! Говорит – здесь буду доживать.
Мужчины пошли во двор бабы Кати.
- Здравствуй, Машка, - сказал Виктор, - поедешь со мной в город к бабе Кате?
Машка услышала про хозяйку. Виктор погладил ее, взял на руки и понес к машине. Он вынул оттуда небольшой домик. Машка принюхалась. Домик пах другим котом.
- Помнишь, ты котят спасала? Там один же у нас живет. Это его переноска. Авось не подеретесь. Заходи.
Он открыл дверку домика. Машка принюхалась снова.
- К бабе Кате поедем! – снова сказал Виктор.
Машка зашла внутрь, и Виктор отправился в город.
Город Машке не понравился. Противные запахи. Шум. Квартира вместо раздольной деревенской жизни.
Кошку искупали. Кот, который живет у Виктора ее, конечно, не узнал. Да Машка и сама его с трудом вспомнила. Они пошипели друг на друга. Машка последила за ним. Непривычная она к городской жизни. Посмотрела, как он использует лоток. Где точит когти. Вздохнула. Надо и ей так. Пока домой не вернется.
Через несколько дней Виктор привез мать домой. Баба Катя была еще слаба. Она очень обрадовалась Машке. Гладила ее, прижимала к себе. Кошка мурчала из всех сил.
Машка для бабы Кати была как знак того, что она вернется к привычной жизни. Домой.
- Спасибо тебе сынок, - сказала она сыну. – За Машку спасибо.
Виктор рассказал ей, что соседи ее хозяйство не бросили. Милка доена, куры кормлены.
- А на хозяйстве Касьян остался, - засмеялся он.
Машка недовольно прищурилась – Касьян на хозяйстве. Он нахозяйничает. Гуляка этот. Придется ей, Машке, как вернется, снова кур строить и других котов со двора гонять. Но она справится! Главное, чтобы баба Катя скорее поправилась.
И вот теперь Машка отчаянно скучала по траве, несносному петуху, которого она воспитывала лапой. По бестолковым курам. По Милке и ее молоку. И по своему последнему сыну Касьяну. Они снились ей каждую ночь.
Баба Катя стала вставать, сын выводил ее гулять.
– Вези меня домой, Витенька, вези. Там легче будет. Уж больно в городе и жарко, и шумно. Да и врач говорил – гулять мне надо. А там Лидочка за мной присмотрит. Она хорошая девочка. Фельдшер хороший. Все ее хвалят. Да и мешаю я вам.
- Мама, не говорил глупости. Ты нам абсолютно не мешаешь.
- Домой хочу, сынок.
Виктор уговорил мать остаться еще на неделю. Повез ее в платную клинику. Там ее еще раз обследовали врачи.
- В меру возраста, конечно, но ваша мать здорова. Нам до ее поколения… - сказал врач. – Сейчас таких крепких меньше стало.
Баба Катя обрадовалась. Она попросила сына свозить ее по городским магазинам, купила гостинцев соседям. Как не поблагодарить людей, которые за ее хозяйством следили!
Еще пара дней и баба Катя с Машкой на руках сели в машину, и Виктор повез их домой.
За городом им сразу стало легче дышать. Запахи луговых трав быстро сменили вонь бензина и горячего асфальта.
Виктор посмотрел в зеркало на мать, которая просто оживала, с приближением к родному дому и невольно позавидовал ей. Конечно, он любил то место, где жил. Как жить без любви? Но, как всяких городской человек, он хотел квартиру побольше и собирался ее сменить.
А его мать любила тот дом, в котором она прожила всю жизнь, где маленьким бегал он. Виктор вспомнил слова врача, о поколении его матери. Что-то у них было. Стержень какой-то. Много приобрели люди в городе. Но, выходит, что-то и потеряли.
Машка тоже смотрела на проносящиеся за окном поля, перелески, озера. Вдыхала посвежевший воздух.
Она радовалась. Тому, что хозяйка поправилась, тому, что скоро будет дома. А что порядок придется наводить, после хозяйствования Касьяна-гуляки, так это ничего.
Она, Машка, справится!