Володя большой, Володя маленький

На Володю мое внимание обратил Дмитрий "Экзистенциалист" Тарусов.

– Радуют меня, – говорит, – люди в водолазках и шапках таких.

Смотрю: ходит вокруг соседнего стола и спорит с товарищем крепко пьяный мужичок лет под шестьдесят в темно-синей водолазке и огромной шапке-буханке. Мужичок качается, как камыш у реки, и кажется, что это не из-за выпитого, а из-за непомерно тяжелой шапки. Второй смотрел-смотрел, да и снял буханку с головы друга, вызвав на лице освобожденного выражение крайней скорби.

Володя – так, как оказалось, зовут мужичка в водолазке – судя по всему, вовсе не хотел играть в бильярд. Он отказывался от кия, морщился и хмурился, ругался и в итоге, вернув шапку на свою всклокоченную недовольную голову и снова превратившись в колышущийся камыш, утопал в конец зала, где сел в одно из кресел ко всем спиной и предался невеселым думам о бренности бытия.

Товарищ, вероятно, исчезновение Володи проглядел, заозирался и, не обнаружив беглеца поблизости, отправился на поиски. Буквально через две минуты он уже вел сопротивляющегося Володю к столу.

– Володя, ну хорош, – приговаривал он, – ну хорош. Трусишь ты со мной играть, что ли? Так? Трусишь?

Володя, спрятав глаза под отяжелевшими веками, а веки – под шапкой, только кривил рот и с тихой злобой негодовал.

Подведя строптивого к столу, товарищ вручил последнему кий, поспособствовал снятию шапки и удалился на второй этаж за пивом, не взирая на то, что по моему сугубо личному мнению встреча пива с Володей метафорически могла быть выражена в картине "Камыш, истоптанный медведем", где пиво – медведь.

Володя, как только товарищ отдалился, прижался к столу, стиснул кий и принялся тыкать им в шары с таким видом, будто каждый удар причинял ему прямо-таки физическое страдание. При этом он злился, жмурил левый глаз при прицеливании, и из заднего кармана его брюк комично выглядывала расческа, как бы символизирующая непокорность и несломленность сильной натуры. Справедливости ради следует признать, что несколько шаров оказались лузах; хотя, учитывая состояние игрока, эти удары скорее подойдут для темы пары-тройки серий "Секретных материалов", нежели для описания здесь.

Я с любопытством наблюдал за Володей, и за все это время наши взгляды встретились лишь однажды. Он посмотрел на меня, показал язык, сделал неприличный звук и продолжил как ни в чем не бывало терзать шары.

Пришел товарищ и принес пива. Медведь направился к реке через камыш.

Я на некоторое время ослабил свое наблюдение и за долгую их игру не углядел ничего примечательного, но в какой-то момент Володя и товарищ стали сами привлекать к себе всеобщее внимание. Володя держал планку и с выражением искреннего страдания на лице, ругая и товарища, и игру, худо-бедно катал шары по столу, а вот его товарищ, ранее выглядевший вполне адекватным, разошелся и принялся бурно переживать каждый свой промах. Он кричал, пыхтел и шумно выдыхал, размахивал кием и даже ударил последним об стол, отчего хрупкий инвентарь потерял заглушку и улетел в сторону соседствующих с буянами игроков. Подоспел охранник, пытался агрессоров унять. А еще перед этим (забыл упомянуть) к Володе и товарищу спускался со второй этажа сам администратор Евгений и в чем-то упрекал Володиного друга (вроде как в распитии "своего" алкоголя). Володя в продолжение разговора стоял за спиной Евгения и с такой решительной ненавистью смотрел на его затылок, что я всерьез стал опасаться за здоровье администратора.

Ушли мы с экзистенциалистом довольно рано, чем закончилось противостояние администрации клуба и Володи с товарищем, мы не увидели. Что ж, есть, где развернуться воображению.