В первый раз татуировки северных эскимосов были зарисованы в конце XVIII веке. И опубликованы в отчете о путешествии капитана Биллингса. Через 150 лет точно такие же татуировки путешествуя в районе мыса Дежнева зарисовал советский антрополог и этнолог Сергей Руденко.
В начале XX века в эскимосов обычай наносить татуировки был общераспространенным. Татуировались в основном девушки с наступлением половой зрелости до замужества.
Мужчины татуировались редко. Татуировка женщин гораздо богаче и разнообразней. Обычно на подбородке от нижней губы идут три, пять, семь двойных, реже тройных линий. Часто две параллельные линии нанесены на лбу между бровями, спускаясь вниз по обе стороны носа. Щеки татуированы разными узорами, как правило правая щека покрыта более сложным узором, левая более простым. Может быть татуирована только одна щека.
«Татуировки считались украшением. Впрочем не узорная татуировка толстыми линиями на носилась да и сейчас наносится на заболевшие места с медицинской целью как женщинами, так и мужчинами. С той же целью на лбу, над бровями наносились изображения человечков при нервных заболеваниях» - отмечает Руденко.
Все татуировки состоят из набора элементов. Это уголки, насаженные на прямые линии, дуги или круги, которые не редко превращаются в рога, эллипсы, лопатки, трезубцы, скребки.
Смысл этой геометрии можно понять, если обратится к трудам другого этнографа – Юрия Березкина. «Маски племени Каража изображали духов-животных — муравьеда, грызуна паку, сокола, жука. Особенно много было водных существ — рыбы, черепаха, кайман. Однако маски даже приблизительно не передавали сходства с животными. Это были либо спускавшиеся к ногам колпаки из пальмового листа, либо сложный наряд, увенчанный укрепленным над головой тростниковым цилиндром. Он был украшен узором из ярких перьев (ломаные линии, ромбы), по которому можно было определить, какого духа изображает танцор. Тело участника ритуала закрывали полосы луба либо лубяная материя с геометрическим орнаментом... Главное в маске племени каража — знаки. Именно эти нематериальные символы были, с точки зрения индейцев, неразрывно связаны с таинственным существом из иного мира, все остальное представлялось временным вместилищем духа»[1] - пишет Березкин.
Если допустить, что эскимосы использовали тот же принцип, что и Каража, то их татуировки – изображения духов – аналоги обрегов. Некоторые из татуировок напоминают кричащую птицу.
Любопытно, что татуировки эскимосов составлены из тех же элементов, что и наскальные личины окунёвской археологической культуры. Разница лишь в компоновке рисунка. Считается, что окунёвские рисунки изображали детей духа Леса женского рода – тёсов (хакасы), доси (кеты).
Схожесть рисунков говорит в пользу гипотезы о существовании общего центра происхождения эскимосов, индейцев тлинкитов и представителей окунёвской археологической культуры.
[1] Березкин Ю.Е. «Голос дьявола среди снегов и джунглей»