Найти в Дзене

Деревня-призрак

НЕ СМОТРИ В ГЛАЗА | Глава 9 Стас напряженно смотрел на дорогу, ведя одной рукой машину, второй пощипывая бороду. Он периодически замыкался в себе, выстраивая стену, сквозь которую я побаивалась ломиться. За короткий срок полноценного знакомства с Викингом возникало двоякое чувство: что мы уже давно вместе, но я ничего о нем не знаю. Хаотичные смены настроения пугали меня и раздражали одновременно.  — Долго ехать? — я нарушила тягостное молчание, поглядывая на включенный навигатор, но не соображая в нем.  — Часа три, — отозвался на удивление Стас и добавил скорость.  — Ты что-нибудь слышал об этой деревне? Ново.. Новопрудное?  — Нет, но почему ты впервые слышишь? Неужели в семье никогда не обсуждали родственников?  — Дальше разговоров о бабушке речь не заходила, а она жила в городе. Я не задумывалась особо, кто мои предки. В школе задавали нарисовать генеалогическое древо, но опять же оно упиралось корнями в бабушек и дедушек, — пояснила я и задала встречный вопрос, — а ты? Благодаря р

НЕ СМОТРИ В ГЛАЗА | Глава 9

Стас напряженно смотрел на дорогу, ведя одной рукой машину, второй пощипывая бороду. Он периодически замыкался в себе, выстраивая стену, сквозь которую я побаивалась ломиться. За короткий срок полноценного знакомства с Викингом возникало двоякое чувство: что мы уже давно вместе, но я ничего о нем не знаю. Хаотичные смены настроения пугали меня и раздражали одновременно. 

— Долго ехать? — я нарушила тягостное молчание, поглядывая на включенный навигатор, но не соображая в нем. 

— Часа три, — отозвался на удивление Стас и добавил скорость. 

— Ты что-нибудь слышал об этой деревне? Ново.. Новопрудное? 

— Нет, но почему ты впервые слышишь? Неужели в семье никогда не обсуждали родственников? 

— Дальше разговоров о бабушке речь не заходила, а она жила в городе. Я не задумывалась особо, кто мои предки. В школе задавали нарисовать генеалогическое древо, но опять же оно упиралось корнями в бабушек и дедушек, — пояснила я и задала встречный вопрос, — а ты? Благодаря рассказам демонов ведь должен был озаботиться о собственных предках?

— Искал, но бестолку. Старики рано ушли из жизни, а родители мало, что могли рассказать, да и не общались мы из-за моего поведения, — Стас вздохнул. — Вроде бы и есть я, но лучше бы не существовал. 

— Тебе не позволяли сказать им правду? — предположила я, на что Стас только кивнул, вновь погрузившись в раздумья. 

Я не стала тормошить Викинга вопросами, достала телефон, который зарядила по полной мере, отвечая на входящие сообщения. Появилась Вика и спрашивала, как дела. У подруги все хорошо, сердце отлегло. Поговорила с мамой на отвлеченные темы. Я оказалась не готова обсуждать с ней насущные вопросы, не зная, с какой стороны подойти к разговору. Написала начальнице и выпросила отгулы. Три дня на решение семейных проблем. Конечно, она не поверила, но пошла навстречу благодаря моему трудолюбию и ответственности. 

Стасу при мне никто не звонил. Но подробности его отношений с дружками из банды – последнее, что меня волновало. Да и демоны отстали. 

— Можно спросить? 

— Валяй. 

— Айнет и ее напарник. Они с детства тебя курируют? 

— И да, и нет, точнее, менялись их оболочки. Человеческий сосуд не выдерживает длительное их содержание, изнашивается. Как объяснила Айнет, чем выше и сильнее демон, тем сложнее тому удержаться в человеческом теле. 

— А главный критерий, помимо физических данных – греховность души?  

— Видимо, так, — коротко ответил Стас и свернул в сторону от трассы, съезжая на ухабистую грунтовую дорогу. 

Лесной коридор окаймляли высокие густо растущие деревья и непролазные кустарники. Даже отсутствие зелени не позволяло взгляду пробиться сквозь их заросли. Покусывая губу и сдирая нежную кожицу зубами, я вновь ощутила нервозность. 

— Что нам даст кольцо и вызов демона? Сражаться с ним будешь? 

— Лина, давай решать вопросы по мере их поступления, — огрызнулся Викинг, выводя машину из очередной ямы. 

Я метнула на него недовольный взгляд, но спорить не стала. Отвернулась и смотрела на медленно проплывающий за окошком лес. Мысленно перебирала в памяти воспоминания детства, но ни мама, ни бабушка никогда не упоминали о деревне Новопрудное. 

Впервые о ней заговорила Елизавета Петровна, вкратце рассказав историю своей жизни и обучении ведьмовству у Айлин. Она подробно описала дом, где жила прабабушка, чтобы нам проще было отыскать тот среди старых заброшенных домов. По словам Елизаветы Петровны, деревня давно получила статус призрака. 

Я быстро ввела в поисковик название населенного пункта и нашла информацию о нем. Заложена деревня была как стратегический объект для обслуживания дороги и строящегося завода в конце девятнадцатого столетия. Спустя время в том же районе обнаружили золотые прииски, что позволило одной улице разрастись до размеров населенного пункта с часовней, магазинами и клубом. Но золото иссякло, а с ним начала затухать и жизнь. По словам Елизаветы Петровны, последний житель испустил дух лет двадцать назад и более там никто не проживал, а деревня обрастала слухами. Любители острых ощущений, исследуя заброшенные места, обнаружили на кладбище вырытые могилы и треснутые крышки гроба, что породило легенду о вампирах, убивших население. Версия о расхитителях гробниц никого не устроила. 

Однако мне стало не по себе, когда я прочитала статью, рисуя в воображении запустение и полную разруху в деревне-призраке, где гулял лишь один ветер. 

— Твою ж..., — выругался Стас, а я вскинула глаза и с удивлением посмотрела на него, медленно переводя взгляд на лобовое стекло: поперек дорожки лежало дерево, простирая к небу корявые сухие ветки. 

— Что будем делать? — спросила я с надеждой в голосе: сейчас Стас скомандует отбой, мы развернемся и уедем обратно. 

— До деревни рукой подать, — Викинг сверился с навигатором, — пойдем пешком, но прежде я развернусь. 

Я благоразумно промолчала. Говорить что-то под руку и без того обозленному Викингу себе дороже. Продолжила задумчиво обкусывать губу, ощутив солоноватый привкус крови, а память тут же не преминула напомнить о вампирах. 

Чертыхаясь, Стас с трудом развернул машину на узкой дорожке, ломая задом кусты и царапая корпус. К счастью, тачка не застряла на неровностях дороги, и этот маленький нюанс не украл время, работающее против нас. 

Я вышла из машины вслед за Стасом, застегивая на молнию куртку и водружая на голову шапку. День едва перевалил за полдень, но хмурая с утра погода да густой лес создавали видимость вечернего сумрака. Даже птицы не щебетали на деревьях, отчего тишина давила на уши, пробуждая затаенные в душе страхи. 

Стас открыл багажник и достал лопату, которую одолжил у Елизаветы Петровны, заблокировал машину и кивнул, приглашая следовать за ним. Обогнув поваленное дерево, продираясь сквозь колючие и цепкие ветви кустарника, мы вновь вышли на дорогу. 

Навигатор не обманул. Пройдя с полкилометра мы достигли окраины леса и вышли к деревне, мрачно и неприветливо встретившей незваных гостей. Сквозь нее пробегала и терялась вдали старая дорога, пришедшая в ненадобность, когда построили в отдалении большую скоростную автотрассу. 

— Вот тебе и первая причина упадка, — резонно заметил Стас, — отрезали от мира, когда проложили новую магистраль. 

— Тут еще золото добывали, — рассказала я сведения из статьи, не забыв упомянуть о разрытых могилах. 

— Серьезно? — нахмурился Стас. — Что же искали вандалы? Надеюсь, не наше кольцо? 

— Я как-то об этом не подумала. Но откуда бы они знали о нем и для чего? 

— Лиз Пална же знала, почему другие не могли? — возразил он. — Учитывая, что оно старинное и обладает мощью. 

Я пожала плечами и заметно приблизилась к Стасу, когда он удобнее перехватил лопату и уверенно шагнул на центральную улицу деревни. Бросив на меня мимолетный взгляд, криво усмехнулся и произнес негромким, но твердым голосом, которому захотелось верить:

— Расслабься, Лина! Позволь руне начать действовать. Защита не сработает, если ты будешь зажата и трястись от каждого шороха. Глубоко вдохни, закрой глаза и сконцентрируйся на стигмате, представь образ руны, впусти в себя энергию защиты. Давай! 

Мы остановились. Покосившиеся дома по обе стороны дороги угрюмо смотрели оконными провалами, за которыми притаилась тьма. Старые штакетники держались за счет разросшейся и спутанной сухой травы. Тяжелые свинцовые тучи низко наседали над деревней, словно охраняя забвение от непрошеных путников. Обведя глазами запустение, я прикрыла веки и сосредоточилась... 

 Четкие линии руны одна за другой возникали перед внутренним взором, я рисовала их вслед раскаленному клинку в руке Линн. Не ощущая той боли, как во сне, я почувствовала силу, исходящую от охотницы. По телу разливалось тепло. Медленно зарождаясь, оно волнами перекатывалось снизу-вверх, постепенно устремляясь к голове, заполняя меня. 

В ушах раздался хлопок. Сквозь звон проникли голоса. Множество людей говорили на неизвестном наречии, но я не стремилась понять их, поддавшись четкому ритму, который подхватил сознание и завертел в нарастающем круговороте повторяющейся фразы. 

— Мун эк фара тиль бардаганс мед тер! — повторяла я вслух, увеличивая тембр голоса. Глаза распахнулись, но перед взором продолжали плясать отблески огня. — Мун эк фара тиль бардаганс мед тер! 

Я взывала к предкам, в унисон с ними произнося клятву. Не зная языка, я прониклась смыслом. Сама руна подсказала значение фразы: мы будем биться вместе!... 

Продолжение здесь