17 марта отмечается Всемирный день сна, в пятницу перед днем весеннего равноденствия. Это ежегодное напоминание о важной части нашей жизни. И в этот день будет очень уместно вспомнить основателя экспериментальной сомнологии Марию (Марью) Михайловну Манас(с)еину-Коркунову. Этот год дважды для нее памятный – она родилась 180 лет назад, в 1843 году, а умерла – 17 марта 1903 года.
Всем известна, например, Софья Ковалевская, а Марью Михайловну не знает практически никто. Хотя именно она могла бы стать первой женщиной – лауреатом Нобелевской премии.
Свою научную карьеру Марья Михайловна начала с полугодовой стажировки в лаборатории одного из лучших ботаников своего времени Юлиуса фон Визнера в Политехническом институте в Вене, где изучала процесс спиртового брожения. До этого она, получив блестящее домашнее образование, стала одной из первых женщин России и Европы, имеющих высшее образование. Манасеина получила звание врача и степень доктора медицины.
А в венской лаборатории она сделала такое открытие, благодаря которому ее уместно назвать фактическим основателем физиологической химии, или биохимии, как эта наука называется теперь.
Что же открыла Марья Михайловна? Она опровергла «физиологическую» теорию брожения Луи Пастера, который считал, что этот процесс запускается именно самими живыми дрожжами, показав, что брожение происходит под воздействием особых веществ, которые можно выделить из дрожжевых клеток.
Однако фамилия Манасеиной как первооткрывателя химической природы брожения была прочно забыта и не упоминается в современных, даже российских, учебниках биохимии.
А полностью подтвердивший через 25 лет результаты Манасеиной немецкий химик Эдуард Бухнер получил Нобелевскую премию за открытие внеклеточной (химической) природы брожения в 1907 году, через четыре года после смерти Манасеиной. Зная о ее научной работе, он сознательно умолчал об этом и не сослался на нее.
Вернувшись в Россию, Марья Михайловна стала заниматься физиологией в лаборатории ученика Сеченова – профессора Ивана Романовича Тарханова, будущего выдающегося психофизиолога, академика (кожно-гальванический рефлекс – рефлекс Тарханова).
И вот здесь она под влиянием Тарханова приступила к изучению проблемы сна, провела первые в истории науки опыты по депривации (лишению) сна. И выяснила, что лишение сна приводит к гибели существенно быстрее, чем голод. Манасеина оказалась первым ученым, кто экспериментально доказал, что сон для организма важнее пищи. Она отвергла «странную точку зрения на сон, как на бесполезное, глупое и даже вредное времяпрепровождение».
В 1889 году Марья Михайловна опубликовала большую книгу, фактически энциклопедию сна под названием «Сон как треть жизни человека, или физиология, патология, гигиена и психология сна». В этой книге впервые в популярном изложении были приведены все известные на тот момент научные факты по проблеме сна.
Книга имела огромный успех и распространялась по всей Европе.
Манасеина пришла к выводу, что основные эффекты от продолжительной депривации сна возникают в мозгу, и они весьма отличны от тех, которые проявляются у погибающих от голода. Правда, она не предполагала образования каких-то специфических веществ под воздействием процедуры лишения сна – она считала, что причиной гибели подопытных животных в ее опытах было нарастающее утомление. Однако первые попытки обнаружить накопление подобных веществ-гипнотоксинов в организме лишенных сна животных выполнили в начале XX века независимо друг от друга японский ученый Куниоми Ишимори и француз Анри Пьерон именно под воздействием работ Манасеиной.
Более того, Марья Михайловна Манасеина была первом в мире ученым, кто усомнился в том, что сон – это некое пограничное состояние между жизнью и смертью, а наличие сновидений – всего лишь признак недостаточно глубокого сна. Так считали и Иван Петрович Павлов, и Зигмунд Фрейд. Это положение было незыблемым еще со времен Аристотеля.
Поэтому гипотеза Манасеиной о том, что мозговой «субстрат бессознательного» сохраняет свою активность во сне, намного опередила свое время. И стала основой научной парадигмы о трех состояниях сознания: бодрствовании, спокойном сне и сне со сновидениями. Или в научной терминологии: бодрствование, медленноволновая и парадоксальная фазы сна.
Эта теория получила свое окончательное завершение в работах крупнейшего сомнолога второй половины ХХ века, французского нейрофизиолога и невролога Мишеля Жуве, чье высказывание послужило названием статьи – «Я должен спать и видеть сны, дабы существовать».
Читайте материал в сетевом издании «Учительская газета».