Смотрю соревнования: "Соберись, соберись, соберись!" – кричат родители, кричат тренеры...
А что дети? Кто-то испуганно-затравленно кивает, кто-то зол, а кто-то едва сдерживает слëзы...
Не знаю, как себя в подобные моменты ведут мальчишки, я наблюдаю за девчонками-гимнастками, но кажется мне, что с парнями обходятся иначе, без излишних эмоций и криков. Вот подрастëт мой самый масенький сынок – узнаю.
А пока я хожу на соревнования по спортивной гимнастике к 11-летней дочери Лилиане. В этом году я впервые её наблюдала не в родном зале. Лилиана ездила в Брянск на соревнования "Юный динамовец – надежда России" (до этого дочь ещё дважды выезжала в другие города, но меня там не было).
Пишу эту статью в телефоне, а автозамена в названии соревнований вместо "России" предложила "умирает последней". "Юный динамовец – надежда умирает последней". Как-то пророчески выглядит...
Я смотрю не только на дочь, мне интересны все люди в зале и интересен процесс соревнований.
Вот девочка готовится к выступлению на бревне, ей лет 10-11, она в одном разряде с моей дочерью, выглядит младше своих лет, впрочем, как и большинство гимнасток. Такая тоненькая, какая-то слишком маленькая в этом большом зале, хочется пожалеть её. Я не слышу всех слов тренера, адресованных девочке, слышу только "соберись", сказанное громче и резче, чем все остальные слова, вижу, как тренер что-то очень строго почти злобно выговаривает, девочка едва сдерживает слëзы. А рядом стоящая со мной на балконе женщина, по всей видимости мама, гневно трясëт кулаком и тоже кричит "соберись!".
Мне это кажется нелепым, где-то смешным, где-то обидным... Хуже только, когда родители кричат "не победишь – убью". Неужели они правда считают, что под страхом смерти ребëнок будет меньше волноваться и соберëтся? Они правда считают, что, если крикнешь "соберись", то ребëнок – раз и собрался? Хочется сказать этим взрослым: "сами соберитесь, возьмите себя в руки и не кричите на ребёнка в такой напряжённый ответственный момент".
Я ловлю себя на том, что почти не дышу, пока моя дочь выступает, боясь что от движения воздуха она упадёт, а эти орут своим детям "соберись" и показывают кулак...
Вспомнилась история из моего детства в лихие 90-е. В ту пору дети частенько гуляли на заброшенных стройках и в неработающем парке аттракционов. Было у нас там подобие американских горок. Круг – три горки разной высоты. Одна рельса. Считалось крутым пройти по этой рельсе. Маленькую горку проходили все. Многие осиливали две горки. И лишь особенно крутые отваживались покорить самую высокую, пройдя полный круг. Из девчонок вроде бы никто не решался сделать это. Ширина рельсы равнялась примерно ширине стопы. Рельса была гладкая и сияла на солнце. Мне захотелось быть крутой. И я пошла. Лет мне наверно было столько же, сколько и моей дочери сейчас, классе в 5 я училась. И вот поднимаюсь я на эту самую высокую горку, и вроде это не сложно даже, ширина приличная, иди себе, да иди, как по самой низкой горке, которую даже первоклашки в лёгкую преодолевали, но стоило посмотреть вниз, как рельса как будто качаться стала, и земля показалась то близкой, то далёкой, и ногу стало страшно оторвать от поверхности для следующего шага, показалось, что лишь я это сделаю, немедленно упаду. И в этот момент бдительный прохожий, как заорёт: "а ну слезь оттуда" и что-то ещё про "задницу надрать" и прочее, и прочее... Мои зрители-болельщики разбежались. А я осталась одна на самом высоком месте этой горки, и затряслись у меня колени, и чтобы не упасть, я села на корточки. Спрыгнуть с той высоты я боялась, и идти дальше тоже боялась. Прохожий, похоже смекнул, что наделал, стал кричать, чтобы я не волновалась и осторожно спускалась вниз. Легко сказать. Так на корточках кое-как и доползла до низа. Был ещё со мной похожий случай, когда я на высокое дерево залезла, и тоже какая-то тётка так заорала, чтобы я слезала, что я чуть не свалилась. С тех пор последним делом считаю кричать под руку что-либо, хоть "не волнуйся", хоть "соберись".
Но продолжим смотреть соревнования. Вот другая девочка на бревне. Она только что упала и не может сдерживать слëз. Она вновь залезла, чтобы продолжить выполнять программу, но ей уже явно не собраться, сколько не потрясай кулаками и не кричи "соберись", девочку буквально трясёт, слëзы наверно застилают глаза, она вновь падает и вновь с едва приглушëнными рыданиями лезет обратно, и, как мне кажется, преждевременно идëт на соскок. Удерживается на ногах. Девочке нужно сделать финальные жесты судьям, но она не может сдержать эмоции и слëзы, бьëт кулаками по воздуху, топает ногами, рыдает, что-то кричит в пустоту... В зале довольно шумно, мне не слышно. Тренер, который явно злился, наблюдая за выступлением воспитанницы, уже не злится и не кричит на девочку. Тут уж не до ругани. Тренер прижимает девочку к себе, чтобы та не бесновалась и не впала в истерику окончательно, уводит долой от любопытных и осуждающих глаз.
Да, девочку осудили за такое поведение, говорили друг другу: "Ты видела, как там одна психовала?" Я рада, что моя дочь не рыдает на соревнованиях, не рыдает, не попав в призëры.
Вы не думайте, та девочка выступала не хуже всех, судя по тому, что она прошла в финал на бревне, она неплохая гимнастка, но с бревна упали все финалистки: кто-то раз, кто-то два, а кто-то и три.
Лилиана упала один раз, в призëры в этом виде не попала, а одна из победительниц упала дважды, но вдаваться в специфику гимнастики сейчас не буду, чтобы не было кривотолков, что я ввожу кого-то в заблуждение и пишу о том, что не понимаю. Всё, что нужно, я знаю и понимаю, но не всегда удаëтся письменно выразить свои мысли так, чтобы все поняли одинаково. Читатели, они ж знаете какие – все читают одно и то же, а выводы делают совершенно разные, порой настолько чудовищные и далëкие от того, что я хотела сказать, что диву даëшься.
– Лиля, – спрашиваю я дочь, – что нужно сказать спортсмену перед соревнованием, чтобы поддержать, чтобы ему это помогло?
– Ну, с Богом! – после некоторых размышлений отвечает мне дочь.
– Лиля (глубокий вздох), с каким Богом?
– Ну не знаю, надо же что-то сказать...
– Так может "соберись"?
– Точно нет. Я же не могу по команде собраться. Лучше уж тогда вообще ничего не говорить. Но как-то это не правильно, что-то нужно сказать.
Я перед выступлением говорю дочери:
– Удачи! Ты справишься! Я верю в тебя!
И мне в голову не приходит перед выступлением угрожать, потрясать кулаком, а после бранить в случае неудачи.
Говоря "перед выступлением", я имею в виду наше прощание дома перед уходом в спортшколу или отъездом к месту соревнований. Непосредственно перед стартом я доступа к ребëнку обычно не имею. А если имею, то не лезу с разговорами, перед стартом не до разговоров. И со зрительских мест никогда ничего не кричу и не жестикулирую.
А как вы считаете, что нужно сказать перед стартом?