Кто друг другу врач и пациент? Странный вопрос – они соратники в борьбе с болезнью. Это очевидная истина. Однако сегодня, эта простая истина заставила меня задуматься о том, что пока, увы, эта истина не очевидна. И о том, что надо сделать, что истина опять стала истиной?
Всё чаще встречаются прецеденты противостояния, доходящего до открытых конфликтов, суды полны исков и жалоб на врачей, в частных клиниках вводят анкеты «оцените работу врача», которые сами по себе – прямое пособничество потребительскому экстремизму. Иначе говоря, в обществе перепутаны понятия медицинского обслуживания и медицинской услуги.
Но с другой стороны, и врачи тоже хороши. Сейчас можно перечислять имена великих, которые собирали, систематизировали всё, что связано с медицинской этикой – от Гиппократа и Галена, но и в те времена, и сейчас, когда понятие о медицинской этике доросло до определения «наука», нарушений в медицинской сфере достаточно. Были случаи, когда эти нарушения принятых стандартов спасали жизни, а было и наоборот. Такое вспоминается быстрее.
Я за прогресс, телемедицина к моей радости шагает семимильными шагами. Но когда врач, ленясь выехать с дачи по viber ставит диагноз – это за гранью добра и зла. Врач заменяя себя современными технологиями, рискует лишиться того влияния, которое оказывает на пациента его личность. Ведь самое популярное лекарство – сам врач.
Например, от взаимоотношений врача и пациента часто зависит готовность больного выполнять врачебные рекомендации, даже изменять свой образ жизни.
Еще один аспект, который требует особого разговора - корректность в отношениях между всеми членами коллектива, невзирая на чины и звания. Панибратство, пренебрежение со стороны начальства и заискивание подчиненных вредят авторитету медиков, особенно, если всё это происходит на глаза больного. Ситуация, когда врач ставит под сомнение в глазах пациента профессионализм коллеги, выглядит крайне неэтично. В моей практике и в силу достаточной публичности, было несколько случаев, когда за подтверждением диагноза или назначенного лечения обращались пациенты других врачей. Отказать тут невозможно, но и поставить под сомнение, тем более публично, решение лечащего врача тоже не правильно. Поэтому пусть не обижается на меня тот, кто не получил оценки работы своего доктора.
Если факты доказывают врачебную ошибку, врач должен думать, прежде всего, как оказать больному помощь. Однако корпоративная солидарность не означает, что на ошибки нужно закрывать глаза. Каждый случай требует детального разбора. Каждый индивидуален.
Очевидно, что серьезные ошибки в диагностике и лечении чреваты конфликтами, судебными процессами. Но зачастую конфликты вызваны именно этическими проблемами, в том числе неумением врача найти общий язык с пациентом. Собственно, и пациенты в стороне не остаются. Но их я могу понять точно лучше. Они больны, напуганы, в том числе и «страшилками из телевизора» про равнодушных врачей, врачей-убийц и т.д. Что ж, каналам в предприимчивости при повышению рейтинга отказать нельзя. Поэтому адекватная реакция врача, его терпение и умение гасить конфликты, выдержка и соблюдение норм поведения – это хороший тормоз для больного. Но в том случае, если доверительные отношения между больным и пациентом сформировались.
Всё о чем выше написано – хорошо известные постулаты. Почему не работает? Потому что рассыпались базовые вещи, формирующие медицинские традиции, рассыпалась система, которые готовит кадры для здравоохранения не только профессионально, но морально. Сегодня идут некие работы, проводятся мероприятия. Но конкурсы и праздники, рейтинги – это просто мероприятия, латки на дырках подготовки кадров. Очевидно, что пора вновь отстраивать систему, которая будет сохранять и развивать медицинские традиции, научит выстраивать отношения в коллективе и возродит ключевые принципы медицинской этики. Формирование такой системы – это регулярная сложная постоянная работа, а не набор мероприятий с неясной целью.
Она рутинная, приносящая результаты не сразу. Зато какие! Результатом такой работы должно, наконец, стать повышение престижа профессии. А это и доверие пациентов, и сохранение кадров, которых не хватает, и потребность врачей в личном развитии, а значит повышение качества лечения. Только вот без профанации, без скороспелых результатов, без «снижения социальной напряженности», без палочной системы.