Это не просто отзыв, а история про принятие решений, про действие и любовь к своему близкому человеку.
«Хочу поделиться полученным опытом, возможно это поможет кому-то, кто оказался в такой же сложной ситуации, как и я несколько лет назад, когда узнала о том, что мой ребенок принимает наркотики.
Мне крупно повезло, я встретила психолога Михаила Минакова из Ярославской общественной организации “Много Добра”, который меня подготовил к одному из самых сложных решений в моей жизни - отправить дочь в реабилитационный центр. Далее выступал, как проводник на всех этапах ее реабилитации, что очень помогало и поддерживало.
Также очень благодарна сотрудникам центра, консультантам и психологам, которые все время реабилитации очень чутко и внимательно проводили ее и меня через все страхи, сомнения, отрицания.
Сразу скажу, что реабилитация от современных наркотиков занимает не менее 6 месяцев. У меня этого понимания изначально не было, было только острое желание сохранить ей жизнь.
Далее стали просыпать страхи, а сможем ли мы общаться когда-либо, сможет ли она понять мое решение - принудительно отправить ее на реабилитацию?
Сможет ли она вернуться в социум? Простят ли друзья, родственники за то, что она успела натворить?
Хорошо ли с ней обращаются сотрудники центра?
Не вернется ли она в старую компанию после реабилитации?
Как я уже писала, все страхи и сомнения постепенно слой за слоем снимались сотрудниками центра, как у меня, так и у нее.
Основные сложности, которые были в процессе прохождения реабилитации - это моя низкая осведомленность о болезни и поведении родственников в процессе реабилитации, большое количество сомнений и страхов, которые то и дело меня посещали, часто толкали на необдуманные действия, например, срочно поехать в центр, навестить дочь. Или запросить ее фото, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Это отвлекало и раздражало консультантов, но тем не менее они давали обратную связь в полном объеме по первому запросу.
Для родственников была создана онлайн группа и школа, которые я регулярно посещала, и могла найти ответы на все, волнующие меня вопросы.
Первый разговор по телефону с дочкой состоялся только спустя месяц, она еще была в стадии отрицания и обвинения меня в том, что я испортила ей жизнь.
Далее мы общались раз в две недели по ее желанию, разговорили на отвлеченные темы, делились новостями. Я заметила, как с каждым разом она становилась добрее и теплее ко мне.
Через 4 месяца начались семейные сессии с психологом, где мы уже могли общаться очно, сначала было сложно, после приема препаратов дочь как будто очерствела, я не знала, как с ней общаться, что говорить, как вести себя. Психолог помогла преодолеть нам эти трудности.
Как я узнала позднее, дочери было также важно мое внимание, поддержка, участие. Но страх осуждения, низкая самооценка мешали проявлять теплоту, интерес, заботу.
Спустя 8,5 месяцев дочь вернулась домой. Сначала было сложно. Нам предстояло заново научиться делить одно пространство, открыто обсуждать сложные темы, раздражение, злость, чем оно вызвано. Также помогли сотрудники центра, они нас не оставили, продолжали работать со мной и дочкой, обсуждали все сложные эмоциональные реакции, что их вызвало.
Дочь регулярно посещала группы, стала искать новые увлечения, где появились знакомые, друзья.
Вокруг много соблазнов, в сознании людей живет идея, что “наркотики - это не вредно, наоборот, они помогают расслабиться, расширить сознание” и прочий бред. Все это вызывает боль и раздражение после того, что мы пережили.
Надеюсь, что благодаря фонду и центру “Много добра” будет меньше попавших в эту адовую мясорубку людей. А тем, кто уже попал, помогут выздороветь.»
Я благодарен за эту историю со своими болевыми и чувствительными моментами. От себя хочу пожелать маме и дочери (имен не называю по соображениям анонимности) душевного покоя и мудрости во взаимоотношениях. И, конечно, не останавливаться на этом пути выздоровления 😇