Конец восьмидесятых, город Братск, талоны, очереди, дефицит. Люди постепенно начинают облачаться в кожу, окна в решетки, двери в металл. Из дворов исчезли стихийные автостоянки, а на улицах стали появляться первые японские автомобили. С экрана телевизора Горбачев часами вещает о консенсусе, великая страна уверено идет к распаду. В это неспокойное время, работал я оперуполномоченным уголовного розыска, в Центральном РОВД города Братска. Летом восемьдесят восьмого года, было образовано городское отделение милиции на улице Крупской 37. Отделение было небольшим, обслуживало всего четыре микрорайона на окраине города, с двадцать первого по двадцать четвертый. В отделении были следователи, оперуполномоченные уголовного розыска, участковые инспектора, инспектора по делам несовершеннолетних, возглавлял наш коллектив майор Анохин, замом был Олег Константинович Иванов, за уголовный розыск отвечал Смолин Сергей Владимирович. Сослуживцы из РОВД нам завидовали, потому как были мы на отшибе, и от глаз начальства, и от райотделовской суеты. Коллектив сложился молодой и дружный, жили одной семьей, все были на виду. Да и жили мы все ровно, машины, квартиры и дачи были единичными случаями. Жили кто в общежитии, кто снимал угол, ездили на общественном транспорте, одевались скромно. С продуктами тоже было плохо, в магазинах «Завтрак туриста», соль, да трехлитровые банки с томатным соком. Больше купить было нечего, хотя деньги у людей были. На разноцветные фантики талонов, выдаваемых населению, можно было купить строго нормированное на человека количество продуктов. Талоны выдавались на все, масло, сахар, водку. С промышленными товарами тоже был тотальный дефицит. Но на промышленных предприятиях, особенно крупных таких как БРАЗ или БЛПК, рабочим иногда выдавали талоны на нормальную одежду, мебель, бытовую технику. В райотделе замполит вел очередь на промтовары, так я по очереди купил спальный гарнитур. С продуктами у меня проблем не возникало, недалеко в деревне жили родители, и все необходимое я привозил от них. Отец у меня рыбачил, и глубокой осенью он ловил пелядь, рыбу очень жирную, вкусную и нежную. Иногда я приносил пелядь в отделение, что очень приветствовалось коллективом. Все было хорошо, но вот с шапкой у меня были проблемы. В начале зимы искал я малолетних воришек, которые обосновались в подвале одного из домов. Блуждая в подвальной темноте, зацепился за что- то шапкой, она упала под ноги в глиняную жижу. Шапка была из меха кролика, и когда я ее очистил и высушил, то стала она похожа на воронье гнездо. Ходить в такой шапке было просто неприлично. Больше шапок у меня не было, за исключением форменной. Но все опера ходили по гражданке, форму одевали только на праздники и большие собрания. Нужно было что- то срочно предпринимать. Я объехал все магазины города, но нигде нормальных шапок не было, даже из меха кролика. Были только ватные, с верхом из искусственной кожи, но такие только в зонах выдают. Конечно же такую шапку я брать не стал. На рынке в то время вещами не торговали, барахолки в нашем городе не было, а связей что бы достать у меня не имелось. Вот так и ходил стесняясь своего внешнего вида, ища выход из сложившегося положения. Спустя несколько дней, после ежедневного утреннего совещания, я рассказал о своей беде сослуживцам. Началось бурное обсуждение решения моей проблемы, но оказалось что у всех, как и у меня никакого блата в торговле не было. Был только один выход , обратится с просьбой к операм в ОБХСС. Но тут Смолин Сергей выдвинул идею, что нужно обратиться к Гундрову Александру. Он раньше работал в ОБХСС, у него остались связи в торговле. Да и жена у Александра командовала общепитом на БЛПК, так что с направлением в решении проблемы определились. Майор Гундров был оперуполномоченным уголовного розыска в нашем отделении, но в момент обсуждения его на месте не было. В тот же день, как только майор появился в отделении, с ним состоялся разговор. Вникнув в суть дела, и немного поразмыслив, Александр сделал заключение. – Есть такая возможность, но с пустыми руками не поедешь, нужна хотя бы пара хвостов пеляди. - На что я ответил: - Не вопрос, рыба есть. Перед этим я ездил к родителям в деревню и привез довольно много пеляди, собираясь угостить коллектив. На том и порешили. Я съездил до дома, взял несколько увесистых, серебристых замороженных рыбин и передал их майору. На следующий день, на утреннем совещаний Александр торжественно объявил, что договорился на хорошую норковую шапку. Только нужно ехать за ней на базу, в поселок Гидростроитель и при себе иметь деньги на оплату. В последнее время я постоянно носил при себе деньги в надежде на покупку, поэтому ехать за шапкой я готов был немедля. После обсуждения предстоящей поездки, было решено, что кроме меня и Гундрова, поедут Иванов Олег и Смолин Сергей, составив тем самым группу поддержки. Выехали на оперативной машине уголовного розыска. Через час мы уже были на базе, точнее остановились у длинного одноэтажного деревянного барака. Внутри полутемный коридор с множеством дверей, уводил вдаль. Александр уверено провел нас в один из кабинетов, заставленного коробками. Из за стола, навстречу нам поднялась приветливо улыбаясь, приятного вида женщина. Как оказалось нас уже ждали, женщина стала извлекать из коробки шапки, раскладывая их на столе. Она предложила мне примерить несколько вариантов. От разложенного на столе товара разбегались глаза. Шапки были фабричного производства, полные, из темно коричневого меха норки. Я мерил их одну за другой, группа поддержки критически оглядывала меня, заставляя повернуть голову и так и эдак, давая советы и подшучивая. В кабинете было небольшое зеркало, но оно не давало полной картины, и мне оставалось полагаться на вкус товарищей. Наконец выбрали самый подходящий вариант. Я оплатил покупку, и мы в приподнятом настроении поехали назад в город. По дороге, здесь же в Гидростроителе заехали домой к следователю прокуратуры Гимельшпах Марине Николаевне. Похвалившись купленной шапкой, и попив чаю мы вернулись в отделение. Нашего приезда уже ждали. Все сотрудники собрались в помещении дежурной части, где я демонстрировал шапку. Опять я поворачивал голову и так и эдак, под одобрительные возгласы и шутки товарищей. Все было просто и искренне, без фальши, злости и зависти. В душе я был всем благодарен за участие в моей «беде», да и шапка была хороша. Признаться у меня больше не было такой удачной шапки как эта. Вечером мы всем коллективом ели расколотку из пеляди, обмывая покупку. Было шумно, весело, просто и легко на душе. Так или иначе, каждый чувствовал свою причастность к покупке шапки. Вот так неожиданно, незамысловатое житейское событие, превратилось в маленький праздник человеческого общения в эпоху тотального товарного дефицита.