Обидно было до немогу! Ирина Петровна прижалась лбом к холодному стеклу. За окном стояла кромешная тьма, такая же царила и в душе. Ну почему! Почему такая несправедливость?! Все последние три года, когда мама была уже совсем не такая, как прежде, когда с ней приходилось нянчиться, как с малым детенышем... Да бог мой, какой ребенок! Малыш вызывает умиление, а старый, выживший из ума человек- увы - совсем другие чувства!
Тот, кому доводилось иметь дело с человеком, страдающим деменцией, поймёт, о чем речь, даже и не стоит расписывать, что да как. Страдать-то приходится тому, кто рядом неотлучно, постоянно, мучительно! Чего стоит это неожиданное превращение мамы в скупую подозрительную женщину. Она то и дело обвиняла Ирину Петровну в желании её обокрасть, выгнать из квартиры и даже убить. Её нельзя было выпустить на улицу. Мало того, что заблудится и потеряется, она могла довериться любому. Так было с Лёшкой-пьяницей, которого с трудом удалось отвадить от дома. Как же, как же! Лучший друг...
И вот после этих трех лет нежизни, когда уже проводили маму в последний путь, открывается то, о чём Ирина Петровна и думать не думала.
Оказывается, ещё до болезни мама составила завещание, и по нему всё отходило сестре: и сбережения, и дача, и мамина однушка. Аренда этой квартиры была выручалочкой, иначе хоть ложись и помирай. Ну сейчас-то всё изменилось. Да и сдавать нечего... Обидно чувствовать себя обделенной, не любимой. Обидно вдвойне, если тебя обошли даже в материальном смысле. Обошли, то есть прошли стороной.
Ирина Петровна вспомнила, как она хотела съездить в отпуск в прошлом году, отойти от забот, развеяться, найти какую-то отдушину, может даже закрутить ни к чему не обязывающий роман... Но сестра сказала со слезами на глазах, что она никак не может по состоянию здоровья остаться на месяц с мамой, и все планы рухнули.
Разве не обидно? Ну почему мама всегда, все годы свою младшую дочь любила больше меня, мучительно ломала голову Ирина Петровна. И та выросла такой бессердечной эгоисткой! Ведь нисколько не дрогнула рука, ни от чего не отказалась, не поделилась, не захотела восстановить справедливость, а ведь об этом мне самой, подумала Ирина Петровна, нужно было подумать и позаботиться заранее. Вот и обижайся сама на себя!
